Любовь к похитителю синдром: Что такое стокгольмский синдром и как помочь от него избавиться

Что такое стокгольмский синдром и как помочь от него избавиться

Когда Вольфганг умер, Наташа плакала. Позже она зажгла свечу в его память. Это выглядело бы трогательно, если бы не бэкграунд данного события.

Наташа Кампуш — это девушка, которую в 10‑летнем возрасте похитил маньяк и восемь лет держал в подвале, используя в качестве сексуальной рабыни. Вольфганг Приклопил — тот самый преступник, из рук которого Наташа в итоге чудом сбежала.

История Кампуш и Приклопила лишь один из примеров того, как проявляется психологический феномен под названием стокгольмский синдром. Иногда такие сюжеты выглядят скандально и даже пугающе. Но синдром гораздо распространённее, чем кажется.

Вполне возможно, он есть и у вас. Просто вы об этом пока не знаете.

Содержание

Что такое стокгольмский синдром

Скорее всего, историю этого термина вы хотя бы краем уха слышали: она достаточно популярна. Поэтому напомним лишь в общих чертах.

В 1973‑м вооружённые террористы захватили крупный банк в Стокгольме. В заложниках оказались четыре банковских служащих. Преступники обвесили жертв взрывными устройствами и на шесть дней поместили в маленькую комнатку. У заложников не было возможности встать и размяться. Нормально сходить в туалет. Первые дни они провели под постоянной угрозой быть застреленными за малейшее неповиновение.

Но когда полиции удалось освободить их, выяснилось странное. Жертвы не держали зла на своих мучителей. Напротив — сочувствовали им. «Не трогайте их, они не сделали нам ничего плохого!», — кричала одна из работниц, прикрывая террористов от полицейских. Чуть позже другая призналась, что считала одного из агрессоров «очень добрым» за то, что тот позволил ей двигаться, когда она лежала на полу банка. Третий заявил, что испытывал признательность похитителям: «Когда он (Олссон, террорист. — Лайфхакер) хорошо с нами обращался, мы считали его чуть ли не богом».

Психиатр‑криминалист Нильс Бейерот, анализировавший эту историю, назвал парадоксальную привязанность жертв к мучителям стокгольмским синдромом.

Тогда же, в 1970‑х, психиатры столкнулись с данным феноменом ещё не раз. Чего стоит знаменитое похищение Патти Хёрст, наследницы знаменитого медиамагната, всего через год после Стокгольма. Девушку много дней держали в тесном шкафу, насиловали, избивали. Закончилось всё тем, что Патти влюбилась в одного из похитителей и искренне вступила в их группировку.

Что заставляет людей привязываться к насильникам

На самом деле стокгольмский синдром — это даже естественно. Механизм его возникновения тесно связан с инстинктом самосохранения — одним из мощнейших человеческих инстинктов.

Во‑первых, симпатия к агрессору снижает риск быть убитым. Если вы улыбаетесь, демонстрируете послушание и понимание, то, возможно, насильник сжалится и подарит вам жизнь. В человеческой истории, переполненной войнами и захватами, такое случалось миллионы раз. Мы все — потомки людей, которые выжили лишь потому, что однажды продемонстрировали симпатию к агрессорам. Стокгольмский синдром, можно сказать, зашит в наших генах.

Во‑вторых, проявление этого синдрома повышает групповую выживаемость, поскольку служит объединяющим фактором между жертвой и агрессором. Раз уж вы оказались в одной команде, пусть даже против воли, выгоднее для всех — не прибить друг друга. Косвенный бонус: если кто‑то спешит на помощь, а вы дерётесь с агрессором, то в пылу сражения освободитель может убить и вас. Поэтому заложнику выгоднее сохранять мирные подчинённые отношения с насильником: со стороны так понятнее, кто есть кто.

Стать жертвой стокгольмского синдрома может каждый. Достаточно лишь создать для этого условия.

В большинстве случаев стокгольмский синдром — следствие сильной психологической травмы. Потрясение такого уровня, которое убеждает человека: его жизнь висит на волоске и ему не на кого положиться. Кроме разве что насильника — единственного активного субъекта, оказавшегося рядом, с которым связан пусть крохотный, но всё-таки шанс на выживание.

Как выглядит стокгольмский синдром в обычной жизни

Чтобы стать жертвой синдрома, необязательно попадать в ситуацию похитителей и заложников.

Достаточно всего трёх условий :

  • психологической травмы, связанной с угрозой для жизни;
  • близких отношений, в которых существует серьёзная разница в силе и возможностях сторон;
  • сложностей с тем, чтобы покинуть эти отношения.

Пример 1: отношения между жестоким родителем и ребёнком

Мать или отец могут оскорблять ребёнка, пренебрегать им, жестоко наказывать физически. Но иногда, в приступах хорошего настроения, дадут конфету. Или улыбнутся ему. Этого достаточно, чтобы ребёнок запомнил только светлые моменты, а родитель стал для него «почти богом», как террорист Олссон в глазах захваченных им банковских служащих.

Впоследствии такие дети будут защищать взрослых от, например, приехавших по вызову полицейских. Или лгать окружающим, уверяя, что синяки — это не от побоев, а от простого падения.

Пример 2: насилие в паре

Насилие в семье, когда кто‑то, чаще женщина , испытывает зависимость от своего жестокого партнёра, — классика бытового стокгольмского синдрома. Развивается всё по той же схеме. Сначала жертва оказывается в травмирующей ситуации, когда ей неоткуда ждать помощи, а насильник, кажется, держит её жизнь в своих руках. Затем агрессор преподносит жертве «конфету»: демонстрирует искреннее раскаяние, дарит подарки, рассказывает о любви.

Позже побои продолжаются, но жертва уже на крючке: она помнит редкие светлые моменты и начинает даже сочувствовать агрессору. «Он хороший, просто я его довожу». Такие мучительные отношения, полные физического и психологического насилия, могут тянуться много лет.

Пример 3: жестокий начальник или гуру в религиозных сектах

«Он жёсткий, но справедливый», — наверняка вы слышали подобные формулировки. Отношения с вышестоящим самодуром, который изредка балует похвалой, тоже могут являться своеобразной формой этого психологического феномена. В таких случаях говорят о корпоративном стокгольмском синдроме.

Как распознать стокгольмский синдром

Общепринятых диагностических критериев, которые позволили бы выявить стокгольмский синдром, не существует. Во многом это связано с тем, что данный феномен не является официально признанным заболеванием или психическим расстройством. Вы не найдёте его ни в одном авторитетном психиатрическом руководстве. Синдром рассматривается, скорее, как неосознанная стратегия

выживания.

Однако некоторые общие признаки, по которым можно распознать жертву стокгольмского синдрома, всё-таки существуют. Вот они .

  • Понимание, которое человек проявляет к насильнику. «Это не он, это обстоятельства вынудили его так поступать».
  • Позиция «Я сам виноват». Жертва может рассуждать так: если я буду вести себя «правильно», отношение ко мне изменится.
  • Вера в доброту агрессора. «Он хороший, просто характер взрывной».
  • Чувство жалости к мучителю. «Он такой, потому что отец бил его в детстве». «Он такой, потому что общество не признаёт его талант!»
  • Самоуничижение, безоговорочное признание власти агрессора. «Без него я ничего не стою». «Без него я пропаду».
  • Нежелание расстаться с насильником. Ведь «Он бывает добр ко мне», «Он меня ценит».
  • Нежелание сотрудничать с обществом или полицией в привлечении мучителя к ответственности. «Не надо вмешивать в наши отношения посторонних людей». «Полиция просто отправит его в тюрьму не разобравшись, а ведь он был добр ко мне, я не хочу быть неблагодарным».

Как помочь человеку, у которого стокгольмский синдром

Вот несколько правил, которые помогут вытащить жертву из болезненных отношений.

1. Предложите психотерапию

Идеально, если вам удастся уговорить жертву отправиться к психотерапевту. Специалист поможет разложить происходящее по полочкам. Обозначит, что происходит с человеком. Заставит того задуматься о ненормальности ситуации. Это самый эффективный способ избавления.

Если возможности для визитов к профессионалу нет, попробуйте сами подтолкнуть жертву к размышлениям. В разговорах будто случайно, без давления, обозначайте важные точки. «На людей нельзя кричать: это неуважение». «Никто не имеет права поднимать руку на другого человека». Предложите почитать статью о стокгольмском синдроме. Просвещение — важный шаг к избавлению от болезненной зависимости.

2. Не давайте советов и не давите

Жертва насилия должна иметь право принимать собственные решения. Если вы разговариваете с человеком с позиции «Я лучше знаю, что тебе делать», вы лишь в очередной раз подпитываете его беспомощность.

3. Выслушивайте, но не судите

Возможность рассказать кому‑то о своих переживаниях искренне и честно, без страха услышать в ответ: «Ты сам дурак», критически важна. Она помогает человеку избавиться от лишних эмоций и включить рациональное мышление.

4. Используйте метод Сократа

Древнегреческий философ полагал: человек сам может осознать, что с ним происходит, если задавать ему наводящие вопросы. Искренне интересуйтесь у жертвы, как она сама видит ситуацию. Что чувствует по этому поводу. К какому финалу может привести происходящее. Не делайте утверждений или оценок. Просто спрашивайте и слушайте.

5. Избегайте поляризации

Не пытайтесь убедить человека, что агрессор — злодей. Это может привести к противоположному результату: жертва «поляризуется» — станет на одну сторону с обидчиком против всего мира.

6. Определите крючок, на котором держится стокгольмский синдром, и разрушьте его

Иногда такой крючок очевиден. Например, женщина не может разорвать отношения с мужем‑насильником просто потому, что полагает: ей некуда идти. Или потому, что боится потерять материальные блага, которые даёт ей агрессор в моменты хорошего настроения. Иногда крючок спрятан более глубоко.

Помогите жертве определить, какую именно потребность она пытается удовлетворить в этих болезненных отношениях. Осознание, что именно держит человека рядом с насильником, — первый шаг к освобождению.

Читайте также ❗️❗️❗️

Стокгольмский синдром — Психологос

Фильм «Басаната (А.Галич) исп. С. Маховиков»

Те, кто сидели в лагерях по приказу Сталина, плакали о Сталине, как о родном отце.
скачать видео

Стокгольмский синдром — психологическое состояние, возникающее при захвате заложников, когда заложники начинают симпатизировать и даже сочувствовать своим захватчикам или отождествлять себя с ними. Если террористов удаётся схватить, то бывшие заложники, подверженные стокгольмскому синдрому, могут активно интересоваться их дальнейшей судьбой, просить о смягчении приговора, посещать в местах заключения и т. д.

Авторство термина приписывают криминалисту Нильсу Биджероту (Nils Bejerot), который ввёл его во время анализа ситуации, возникшей в Стокгольме во время захвата заложников в августе 1973 года. Тогда два рецидивиста захватили в банке четырех заложников, мужчину и трех женщин, и в течение шести дней угрожали их жизни, однако время от времени давали им кое-какие поблажки. Драма эта в общей сложности продлилась пять дней, и все это время жизнь захваченных заложников висела на волоске.

Но в момент их освобождения случилось нечто неожиданное: жертвы встали на сторону преступников, пытаясь помешать пришедшим спасать их полицейским. А позже, когда конфликт благополучно разрешился и преступники были посажены за решетку, бывшие их жертвы стали просить для них амнистии. Они посещали их в тюрьме, а одна из захваченных в заложницы женщин даже развелась со своим мужем, дабы поклясться в любви и верности тому, кто пять суток держал у ее виска пистолет.

​​​​​​​​​​​​​​Впоследствии две женщины из числа заложников обручились с бывшими похитителями.

Характерный набор признаков Стокгольмского синдрома следующий:

  • Пленники начинают отождествлять себя с захватчиками. По крайней мере, сначала это защитный механизм, зачастую основанный на неосознанной идее, что преступник не будет вредить жертве, если действия будут совместными и положительно восприниматься. Пленник практически искренне старается заполучить покровительство захватчика.
  • Жертва часто понимает, что меры, принятые её потенциальными спасателями, вероятно, нанесут ей вред. Попытки спасения могут перевернуть ситуацию, вместо терпимой она станет смертельно опасной. Если заложник не получит пулю от освободителей, возможно, то же самое ему достанется от захватчика.
  • Долгое пребывание в плену приводит к тому, что жертва узнаёт преступника, как человека. Становятся известны его проблемы и устремления. Это особенно хорошо срабатывает в политических или идеологических ситуациях, когда пленник узнаёт точку зрения захватчика, его обиды на власть. Тогда жертва может подумать, что позиция преступника — единственно верная.
  • Пленник эмоционально дистанцируется от ситуации, думает, что с ним этого не могло произойти, что всё это сон. Он может попытаться забыть ситуацию, принимая участие в бесполезной, но занимающей время «тяжёлой работе». В зависимости от степени отождествления себя с захватчиком жертва может посчитать, что потенциальные спасатели и их настойчивость действительно виноваты в том, что происходит.

«Стокгольмский синдром» усиливается в том случае, если группу заложников разделили на отдельные подгруппы, не имеющие возможности общаться друг с другом.

«Стокгольмский синдром» понимаемый более широко как «синдром заложника», проявляется и в быту. В быту не так уж редко возникают ситуации, когда женщины, перенёсшие насилие и остававшиеся некоторое время под прессингом своего насильника, потом влюбляются в него.

Клуб distant-nik Сентябрь 2020
Блог Светланы Дутты — Стокгольмский синдром: отношения агрессора и жертвы
Стокгольмский синдром: отношения агрессора и жертвы

По роду деятельности, время от времени мне доводится наблюдать за развитием отношений, основу которых составляет садо-мазохистический компонент в широком смысле этого слова. Подобные отношения всегда мучительны для обоих сторон, но особенно для той стороны, которая в данный момент времени находится в позиции жертвы. Предлагаю сегодня поговорить о парадоксальном функционировании психики жертвы, которая всегда находится в созависимых отношениях. И разобраться с тем, как не стать жертвой, как предотвратить попадание детей в ситуации насилия и злоупотребления. В психоаналитическом ключе мы называем такие отношения симбиотическими, так как при всех мучениях и страданиях ни одна из сторон не чувствует в состоянии эти отношения прервать или закончить. Чувства при этом очень амбивалентны, то есть противоречивы. Наверняка Вам известны истории про пьющих и бьющих мужей, которых жена сдает в полицию (раньше – милицию) или в случае «белой горячки», то есть алкогольного психоза вызывает специализированную бригаду, а потом места себе не находит от чувства вины, сопровождающего мысли о том, как плохо с ним там обращаются «эти люди», невкусно кормят, держат в холоде, ну и т. д.

Вспоминается стокгольмский синдром. Авторство термина «стокгольмский синдром» по некоторым данным принадлежит криминалисту Нильсу Биджероту, который анализировал ситуацию в Стокгольме во время захвата заложников в августе 1973 года. Она характеризовалась тем, что заложники начали симпатизировать захватчикам. Сегодня это понятие используется в психологии для описания ситуации, когда человек, подвергающийся какой-либо агрессии, проявляет симпатию и сострадание к своему обидчику. В подобной ситуации жертву насилия не обуревает гнев или протест, а, наоборот, она начинает чувствовать психологическую связь с агрессором, пытается оправдать его действия, а в некоторых случаях даже перенимает его идеи или начинает обвинять себя.

В описанных выше ситуациях речь идет об отношениях между взрослыми людьми, а в случае со стокгольмским синдромом и вовсе о чрезвычайной ситуации захвата, которую можно отнести к экстремальным.

Однако так ли редко этот синдром встречается в обычной жизни? Пожалуй, повсеместно и чаще, чем мы предполагаем. Ведь «обидчиком» в некоторые моменты времени, может быть, любой человек, даже самый близкий. Давайте попробуем обратиться к истокам этого явления и понять, когда и каким образом формируется синдром жертвы, почему некоторые люди бессознательно встают на этот путь. Как и многое другое в человеке, склонность к чрезмерной жертвенности (впрочем, как и к чрезмерной агрессивности) формируется в раннем детстве и закрепляется вплоть до подросткового возраста. Например, ребенок приносит тройку, его наказывают, второй раз приносит тройку – его ударяют, третий раз принес двойку, а у родителей – хорошее настроение, ребенка не наказали. Что будет чувствовать ребенок? Он запретит себе злиться на родителей за первые два наказания, но преисполнится чувства благодарности за отсутствие его в третий раз. А спустя несколько лет наказание и вовсе забудется, останется только история о снисхождении родителей, когда за двойки – не наказывают. Это просто пример. Но таких примеров очень много.

У психоаналитиков есть определённое понимание, что, когда клиент приходит в психологическую работу и рассказывает о родителях истории, в которых они выступают обычными людьми, со своими достоинствами и недостатками – это хороший признак. Если же клиент говорит о матери как об идеальном объекте, которая никогда не злилась и пальцем не трогала, ему позволено было все и даже больше, повода к конфликтам никогда не возникало – здесь надо быть внимательным! Почему? Есть такое понятие как психологические защиты. Когда нам больно, страшно, мы злимся, завидуем – мы вынуждены защищаться. Но защищаемся мы от своих собственных чувств. Не купили игрушку, которую хотелось, психика говорит «да не очень-то и хотелось, будет лучше». Ударил сверстник больно, а малышу стыдно свою уязвимость показать, он говорит: «Не больно мне совсем». Так и с родителями. Если мама позволяет ребенку на себя злиться, обижаться, гневаться, да даже просто расстраиваться по своему детскому поводу, то ребенку не надо защищаться, он, вспоминая, говорит, уже будучи взрослым: «Ох как же я тогда разозлился на маму, когда она меня наказала» …. А вот если на чувства запрет, то тут уж психике приходится придумывать и изыскивать любые способы, чтобы защититься. Знаете ли Вы, у каких детей «идеальные» родители? У детей из детдома, у детей, у которых нет реальных родителей, которые не успели их разочаровать. Малыши придумывают тысячи сюжетов про жизненные трудности мамы и папы, желая их оправдать и веря, что «мама найдется». Знаете ли Вы, как отчаянно защищают дети алкоголиков своих родителей. Получается, что психология жертвы предполагает защиту своего обидчика. Если с ребенком обращаться жестоко, используя его, избивая, унижая, в бессознательном у него формируется устойчивое представление о себе как о плохом, а значит, виноватом. Следовательно, другая сторона – должна быть оправдана. Сильно наказывают и бьют – значит, сильно виноватым. И в будущем такой человек обязательно будет повторять этот же сценарий в уже взрослых отношениях.

Что ж до обидчиков… Есть тип взрослых людей, страдающих нарциссическими расстройствами, которым очень нужен кто-то другой для опоры, но только лишь для того, чтобы причинять ему боль и пытаться его разрушить. Это люди, грубо обращающиеся со своими близкими, страдают частыми перепадами настроения, их может вывести из себя лишняя ложка сахара в чае, при этом на более серьезный «промах» со стороны партнера они могут «снисходительно» закрыть глаза. Чаще всего так поступают мужчины со своими женщинами, а вот женщины чаще так поступают со своими детьми нежели с мужьями. Но суть не меняется: отыгрываются на более слабых и зависимых. Таким образом их непредсказуемость расшатывает психику, создавая ситуацию неопределенности. Они часто держат партнера или всю семью в страхе и напряжении, говорят противоречивую информацию, отвергают и унижают, но часто делают это так, что окружающим это незаметно, либо со стороны в это вообще трудно поверить. При этом жертва таких отношений не может их прекратить, потому что самое сильное чувство из испытываемых ею — это чувство вины и надежда на то, что если она все будет делать правильно, то он изменится. Ей постоянно жалко садирующую сторону.

Какова же профилактика здоровых отношений?

Например, ребенок потерялся, его нашли живым и здоровым и наказали. За что? За то, что с ним все в порядке? Родители любят его, это понятно, испугались сильно, нервы сдали! Но разве лучше было бы, если бы с ним что-то случилось. Радоваться ведь надо, что все благополучно разрешилось. Обнять бы его и сказать: «Милый, как я испугалась за тебя!» Психика так устроена, что, если бьют или наказывают от «любви», ребенок

начинает считать это нормой, в голове у него происходит подмена понятий, путаница, становится почти невозможно отличить, любовь от жестокости, силу от насилия.

В это трудно поверить, но агрессор и жертва – две стороны одного и того же явления. Каждый садист в прошлом – жертва. У подавляющего большинства преступников было тяжелое детство, и чем тяжелее преступления ими свершенные, тем больше их детская часть подвергалась страданиям и беспомощности в детстве. Другое дело, что не столь важно, что с нами сделали в детстве, важно, что мы с этим сможем сделать, когда вырастем.

Что можем мы сделать для себя и для своих детей, чтобы они были более счастливыми в гармоничных отношениях? Детей надо любить таким образом, чтобы они не считали жестокость нормой, чтобы несправедливое отношение к ребенку вызывало у него возмущение и несогласие, чтобы он чувствовал жестокость на расстоянии и не считал грубое обращение с собой своей историей.

На фото Патрисия Хёрст — жертва террористов, перешедшая впоследствии на их сторону. Яркий пример проявления «стокгольмского синдрома».

просмотров: 16067

Стокгольмский синдром: что это? Стокгольмский синдром в семье

Это словосочетание довольно часто оказывается на слуху. Но не все знают, что оно означает. Что такое стокгольмский синдром? Это психологическое состояние, когда жертва влюбляется в своего похитителя. Этот синдром еще называется шведским, мюнхенским, скандинавским, брюссельским и копенгагенским. Главным показателям, указывающим на человека с этим синдромом, является его заинтересованность в судьбе похитителя. На судебных заседаниях жертва дает оправдательные показания, требует смягчения приговора. Нередко сама нанимает адвоката, навещает в тюрьме и совершает другие подобные действия. Когда заложники защищают террориста – это синдром Стокгольма.

Основные признаки стокгольмского синдрома

Во время захвата у жертвы включается своеобразный защитный психологический механизм. Она желает понравиться преступнику и совершает действия, которые совместимы с преступными. Это позволит террористу воспринять жертву в положительном спектре и не навредить ей.

Освобождение для жертвы становится потенциально опасным мероприятием, допустить которое ни в коем случае нельзя. Вероятность получить пулю в лоб возрастает вдвое: либо при проведении освободительных мероприятий полицией, либо от самого преступника, в момент, когда ему уже нечего терять.
Со временем нахождения с преступником рядом, жертва больше узнает о нём: о его проблемах, надеждах и стремлениях. Появляются сомнения, мысли, что преступник на самом деле прав, и его действия верны
Пленник на подсознательном уровне погружается словно в игру, сон. Он принимает правила этой игры. В них захватчики – это люди, которые желают добиться справедливости, а те, кто спасает заложников полностью оказываются виноватыми в ситуации и в том, что происходит с террористами и жертвой.

Кто подвержен стокгольмскому синдрому?

Стокгольмский синдром идет из детства. Эта проблема чаще всего касается людей, недолюбленных мамой и папой. С таким ребенком не считались, постоянно огрызались, не воспринимали, как полноценного члена семьи, избивали и морально угнетали.

Жертва старается лишний раз не говорить слово поперек своему обидчику, считая, что таким образом агрессии с его стороны будет меньше. Одновременно насилие в ее сторону воспринимается как действие, которое должно быть, и без него не обойтись в сложившейся ситуации. Испытывая муки как физические, так и психологические, жертва все же оправдывает обидчика.

Кадр из фильма «Красавица и чудовище», 2017 г. Многие считают, что Белль проявила стокгольмский синдром к Чудовищу

Одной из причин, почему человек бывает подвержен стокгольмскому синдрому, является пережитое ранее физическое или психологическое издевательство. Психика нарушена, поэтому подсознание перестраивает информацию таким образом, что насилие – это необходимое наказание за какие-то прегрешения.

Развитие стокгольмского синдрома

Этот синдром не может развиться спонтанно на пустом месте, для его «активации» требуется ряд причин:

Нахождение в замкнутом пространстве с преступником бок о бок и один на один.
Сильный страх перед обидчиком.
Жертве кажется, что в этой ситуации отсутствуют пути спасения, и она смиряется с таким положением дел.
Спустя время заложнику начинает нравиться террорист, а в итоге может произойти так, что жертва влюбляется в маньяка. Потерпевший перестает осознавать себя как личность. Он в полной мере растворяется в агрессоре, ощущая его потребности, нужды и проблемы своими. Таким образом организм человека подстраивается под проблему, чтобы суметь выжить в самой сложной и невыносимой ситуации.

Стокгольмский синдром в семье

Вы видите на улице улыбающуюся пару: молодые мужчина и женщина, они выглядят счастливыми и довольными жизнью. Однако не всегда первое впечатление правдиво. Часто под маской подобного благополучия скрывается физическое или психологическое насилие внутри семьи. Бытовой стокгольмский синдром в семейных отношениях – не редкость.

При этом заболевании жертва вовсе не ощущает себя жертвой, наоборот, она остается верна своему обидчику, всячески защищает его и оправдывает его действия своими прошлыми ошибками. Для лечения потребуется помощь психиатра, самостоятельно с этой проблемой не справиться. Подобные вещи случаются не только между мужем и женой, но и между родителями и их детьми.

Многие женщины, которых избивает муж, подвержены Стокгольмскому синдрому

Бытовой стокгольмский синдром: супруги

Что такое стокгольмский синдром в семье, знают, конечно, не все. Это явление не настолько распространено повсеместно. Бытовое насилие вредит не только самой жертве, но и всему ее окружению. Близкие люди знают о происходящем, но по факту сделать ничего не могут. Жертва впадает в глубокую депрессию, ее воля подавляется, человек теряет свое «я».

Самый популярный и наглядный пример стокгольмского синдрома – это избиение жены мужем. Окружающим не ясна позиция женщины, что она остается рядом с мужем, продолжает жить с ним, словно ничего не происходит. Почему так? Почему она после первого же такого инцидента не уходит?

Многие из них оправдываются тем, что с мужем они не знали безбедной жизни, дети должны воспитываться в полной семье, а что скажут окружающие и другие подобные отговорки?

На самом деле – это стокгольмский синдром во всем его красочном проявлении влияет подобным образом на разум. Помочь сможет только врач или личная достаточно сильная мотивация.

Дети, вырастая в таких семьях, становятся жертвами априори. Они во всем видят негативный подтекст, даже когда отношение к ним направлено положительное. Вырастают такие люди депрессивными, ищущими постоянную несправедливость, которая обязательно направлена в их сторону.

Стокгольмский синдром может проявиться у детей одного из родителя, который терпел побои

Бытовой стокгольмский синдром: отцы и дети

В семейных отношениях стокгольмскому синдрому часто подвержены и дети. Те дети, которые не единственные и имеют других братьев и сестер, считают, что их любят меньше остальных; дети, которых бьют и действительно не любят и всячески унижают. Ситуация осложнена тем, что ребенок – это маленький человек, он никак не может влиять на ситуацию и на события, происходящие с ним. Поэтому это заболевание остается с ним до конца жизни. Такой ребенок доказывает родителям, что он достоин их внимания, достоин любви и ласки, но если его попытки потерпят фиаско, он начнет думать, что он не такой как все, хуже, некрасивый, глупый и т. д.

Лечение стокгольмского синдрома

Страдающему стокгольмским синдромом излечиться самостоятельно практически невозможно. Поэтому на помощь должны прийти психиатры или сторонние люди, которые могут оказать такое же влияние, сопоставимое с силой воздействия того самого маньяка.
Главная проблема больных людей этим недугом в том, что их сложно или даже практически невозможно убедить в том, что ситуация действительно вышла из-под контроля, и они подвергаются жестокости
Они продолжают искать причину в себе, копаясь целыми днями в собственной голове, еще глубже уходя в себя. Стокгольмский синдром у женщин – более частое явление, чем у мужчин. Связано это с эмоциональным состоянием и ранимой душой у слабой половины человечества.

Есть единственный выход – жертва должна быть уверена в завтрашнем дне, она должна видеть, что жизнь продолжается, что в ней еще остались какие-то иные положительные моменты, ради которых стоит отвлечься. Это поможет встать на ноги, ощутить прилив свежих сил.

Часто лечение не заканчивается через пару месяцев беседы с психотерапевтом, обычно это годы усердных аутотреннингов и медикаментозного лечения. Но останавливаться не стоит, каждый человек – это отдельная независимая личность, которая не должна быть ведома кем-то другим.

Кадр из фильма ««V» значит Вендетта», 2006 г. Героиня Натали Портман в какой-то момент начала сочувствовать похитителю «V»

Из истории понятия

Нильс Биджерот – создатель самого понятия «стокгольмский синдром». Сущность и история термина «стокгольмский синдром» идет из 1973 года. Тогда террористы захватили заложников в банке и держали под дулом пистолета почти неделю. Поначалу все шло по стандартному сценарию. Но позже во время захвата полиция была повергнута в шок, когда поняла, что заложники всячески защищали своих обидчиков, мешая при этом выполнять свою работу. Дальше последовало совсем странное. После заключения под стражу террористов, заложники потребовали амнистии, а одна развелась с мужем и поклялась, что будет верна одному из захватчиков, который совсем недавно грозился убить ее. Через некоторое время две женщины «жертвы» обручились со своими обидчиками. С тех пор синдром, когда жертва влюбляется в своего мучителя, называется стокгольмским.

Стокгольмский синдром: понятие, признаки, проявления, лечение

Стокгольмский синдром — аномальное явление в психиатрии, характеризующееся симпатией жертвы к своему агрессору, захватчику, похитителю. Первоначальное чувство ужаса и злобы к мучителю постепенно сменяется искренним и неподдельным интересом. Заложники оправдывают действия захватчиков. Они готовы принести себя в жертву ради достижения «общей» цели. В качестве простого примера можно привести ситуацию, в которой заложники добровольно оказывают помощь бандитам, тем самым препятствуя собственному освобождению. Спустя некоторое время между ними завязываются теплые и продолжительные отношения.

Синдром получил свое название благодаря инциденту, который произошел в городе Стокгольме в 1973 году. Преступники-рецидивисты захватили шведский банк и взяли в заложники его работников. Они удерживали их силой шестеро суток, угрожая в случае неповиновения смертью. После штурма банка полицейские освободили пленных и арестовали захватчиков. Жертвы встали на защиту своего тирана, выступили в суде против полицейских, якобы напугавших их гораздо больше. Они неоднократно посещали преступников в исправительном учреждении, интересовались их делами, просили о смягчении приговора. Одна из заложниц после намеренного развода с мужем призналась в любви преступнику, который на протяжении нескольких суток угрожал ей смертью. Причины подобного поведения жертв до сих пор до конца не изучены. Современные психологи продолжают писать на эту тему научные статьи и вести расследования.

кадры захвата заложников в Стокгольме

Современной криминалистике и психиатрии известны случаи, когда заложники при появлении спецназовцев предупреждали захватчиков и даже закрывали бандитов от пуль своим телом. Стокгольмский синдром имеет несколько вариантов: классический или синдром заложника, бытовой, социальный. В медицинскую практику термин был введен криминалистом Нильсом Бейертом, участвовавшим в спасении пленных.

Большинство ученых считает, что стокгольмский синдром – не психопатология, а нормальное состояние человека. Это своего рода реакция на аномально сложившиеся обстоятельства, которые постепенно травмируют психику. Синдром не включен ни в один международный классификатор болезней.

Патология преодолевается довольно долго и с большим трудом. Она обусловлена эмоциональной привязанностью жертвы к своему агрессору. Подобные явления можно наблюдать в повседневной жизни, когда женщины переносят насилие, находятся под прессингом агрессора, а затем влюбляются в него. Руководители, преподаватели, главы семейств демонстрируют свою власть, а слабая сторона — послушание, одобрение и повиновение. Так формируется аномальная симпатия жертвы к человеку, который угрожает физической расправой или уничтожает морально.

Этиология

Причины патологии необъяснимы. Жертва и преступник в процессе длительного общения сближаются и начинают понимать друг друга. Заложник узнает о жизненных принципах и стремлениях захватчика, сочувствует и симпатизирует ему. Он готов подолгу слушать жалобы на несправедливую власть, рассказы о невезении, неблагополучии и ударах судьбы. Так у заложника формируется алогичное стремление помогать собственному похитителю. Постепенно общение этих людей переходит на новый уровень, они перестают быть врагами, начинают нравиться друг другу и видеть друг в друге родственные души. Так в сознании жертвы происходит замещение презрения, ужаса и прочих негативных чувств, избавиться от которых по-другому просто невозможно.

Поняв мотивы захватчика, жертва соглашается с его убеждениями и идеями, начинает помогать преступнику из опасения за собственную жизнь. В подобных случаях действия сотрудников полиции кажутся не менее опасными, чем действия захватчиков. Патология развивается только при лояльном обращении с пленными. В противном случае у жертвы возникает ненависть к агрессору и страх за собственную жизнь.

Условия, необходимые для развития патологии:

  • Присутствие двух сторон – агрессора и жертвы,
  • Их общение в полной изоляции от посторонних лиц,
  • Лояльное отношение террориста к пленному,
  • Понимание действий агрессора и оправдывание их,
  • Разобщение большой группы заложников,
  • Замещение презрения у жертвы одобрением и симпатией,
  • Совместное достижение цели в условиях опасности и риска смерти.

Факторы, обуславливающие развитие синдрома:

  1. Подавление эмоций у заложников путем завязывания глаз, затыкания рта кляпом или частой смены охранников.
  2. Отсутствие жестокости, запугиваний, принуждения способствует появлению теплых чувств.
  3. Языковой барьер — отсутствие вербального общения затрудняет процесс формирования взаимной симпатии.
  4. Психологическая грамотность сторон повышает шансы выжить.
  5. Коммуникабельность заложника, его открытость для общения, контактность позволяют изменить поведение захватчика.
  6. Различные религиозные направления и культурные ценности сторон по-разному могут влиять на развитие синдрома — угнетать или стимулировать соответствующие изменения в поведении жертвы, оправдывая беспощадность и безжалостность агрессора.
  7. Синдром развивается спустя 3-4 дня с момента активных действий преступника. За это время жертва узнает агрессора, начинает понимать причины насилия и оправдать выходки тирана.

Патогенез

Этиопатогенетические механизмы этого психологического состояния очень сложны. Современные психиатры и криминологи безуспешно пытаются определить основные факторы, приводящие к развитию подобных изменений в поведении людей.

Стокгольмский синдром развивается:

  • Когда заложники понимают, что похитителям небезразлична их жизнь.
  • Когда жертвам дается возможность реализовывать свои желания.
  • Когда появляется психофизическая привязанность к агрессору.
  • Когда пленные начинают радовать своих похитителей и испытывать от них своего рода зависимость.

Обстоятельства, при которых возникает патология:

  1. Террористические акты с захватом заложников,
  2. Взятие военных в плен во время боевых действий,
  3. Лишение свободы в исправительных учреждениях,
  4. Формирование социально-политических группировок и обособленных религиозных объединений,
  5. Рреализация некоторых национальных обрядов,
  6. Похищение людей,
  7. Вспышки семейного насилия.

Заложники истолковывают действия террористов в свою пользу, что связано с отсутствием самозащиты. Единственный способ хоть как-то защититься — вызвать жалость, сострадание и терпимость у террористов. После освобождения заложники продолжают поддерживать захватчиков, подают прошения в органы власти о помиловании или смягчении наказания, посещают их в исправительных учреждениях.

Стокгольмский синдром протекает в несколько стадий:

  • Развитие позитивных эмоций у жертвы в отношении агрессора,
  • Ненависть, злость и агрессия у террористов к представителям власти,
  • Развитие положительных чувств у бандитов к пленным.

Блюстители порядка во время штурма или ведения переговоров поощряют развитие у жертвы первых двух стадий патологии. Это необходимо для наступления третьей стадии, при которой возникает взаимная симпатия между сторонами. Подобные процессы позволяют увеличить шансы заложников на выживание.

Симптомы

Признаки «классической» формы патологии:

  1. Длительное нахождение жертвы в плену приводит к появлению ужаса, страха, гнева и шокового состояния. Заложник не может выразить правильно свои эмоции и начинает воспринимать действия террориста в свою пользу.
  2. Отождествление сторон происходит благодаря желанию заложника получить покровительство преступника. Жертва уверена, что преступник не навредит и примет любую помощь.
  3. Заложники восхищаются похитителем, защищают его, стараются угодить, препятствуют спасательной операции.
  4. Жертва становится на сторону противника, понимая, что так безопасней. Если мероприятия по спасению пострадавших пойдут не по плану, это может негативно сказаться на их здоровье и жизни. Если он не пострадает от рук противника, может возникнуть угроза со стороны освободителя.
  5. В результате длительного контакта сторон пострадавший начинает воспринимать агрессора как обычного человека и с большой уверенностью разделять его точку зрения.
  6. Жертва отказывается давать показания против своих обидчиков.
  7. Заложники не убегают от похитителей, даже если появляется такая возможность.
  8. Для заложников происходящие события кажутся сном или черной полосой в жизни, которая обязательно должна закончиться.

Проявления бытового варианта патологии:

  1. Женщины, несмотря на обиды, насилие, ежедневные побои и оскорбления, испытывают привязанность к своему тирану,
  2. Дти идеализируют своих родителей, которые лишают их воли и не дают полноценного развития,
  3. Психологический тип «страдающей жертвы» характерен «недолюбленным» в детстве людям с комплексом «второсортности» и недостойности, с которыми не считались, избивали и морально угнетали,
  4. Жертва пытается смириться с происходящим, не перечить агрессору, чтобы злость сменилась на милость,
  5. Постоянная защита и оправдание своего обидчика.

Диагностические мероприятия

Диагностика стокгольмского синдрома основана на результатах психометрического метода, представляющего собой поэтапное опрашивание пациента с применением клинических тестовых методик. Психолог задает пострадавшим вопросы, которые позволяют выявить отклонения в психическом состоянии больного. Особое внимание специалисты обращают на эмоциональное состояние, наличие фобий, тревоги, признаков дезадаптации и дереализации. Для окончательной диагностики может потребоваться взаимодействие врача с родными и близкими людьми пациента.

Психотерапия

Больным со стокгольмским синдромом показана психотерапия. Она направлена на возвращение личности к внутреннему благополучию, на достижение целей и устранение уныния и тревоги, на эффективное использование своих возможностей. Психотерапевты выявляют особенности психики и поведения лиц с данным синдромом. Они обучают их новым действиям и способам принятия решений. Психотерапевтические программы направлены на адекватное проявление чувств и активизацию коммуникативных умений. Психотерапевтические методы корректируют эмоционально-поведенческие отклонения, оптимизируют сложившуюся ситуацию, способствуют преодолению депрессии и страха. Это основные направления работы психотерапевта с лицом, страдающим стокгольмским синдромом.

Виды психотерапевтического воздействия, используемые для лечения больных с данным недугом:

  • Индивидуальное консультирование жертв насилия проводится с целью устранения проблем личностного, эмоционального и физического характера.
  • Групповые занятия, в ходе которых осуществляется взаимодействие участников группы и психотерапевта, затрагивают преимущественно межличностные аспекты. Врач анализирует, как пациент раскрывается в процессе общения в группе.

Поскольку пациенты обычно не считают себя больными людьми, медикаментозное лечение не всегда уместно. Они часто отказываются принимать лекарства или не проходят полный курс лечения, прерывая его самостоятельно.

Специалисты должны настроить больных на выработку основного пути преодоления психических изменений, распознавание ложных суждений и принятие мер для предотвращения когнитивных аномалий. Лечение направлено на выявление и анализирование неадекватных представлений и иллюзорных умозаключений.

Пациенты в результате работы с психологом начинают следить за своими мыслями, оценивают свое эмоциональное состояние, анализируют происходящие события и факты, отрицают собственные выводы. С помощью психотерапии можно вылечить даже самые тяжелые психические заболевания. Однако ни один психотерапевт не дает стопроцентных гарантий, поскольку психика человека является сложной и не достаточно изученной структурой.

Прогноз

Выздоровление возможно только тогда, когда жертва сама осознает ущербность своего положения и отсутствие логики в своем поведении, откажется от роли безынициативного человека. Чтобы добиться успеха в лечении, необходимо постоянно находиться под контролем специалистов в области психологии, психиатрии или психотерапии. Кроме работы с психиатром больным требуется любовь и поддержка членов семьи, которые помогут пережить стресс и страх.

Прогноз стокгольмского синдрома благоприятный. Он зависит от квалификации психотерапевта и желания пострадавшего лечиться. Бытовой вариант с трудом поддается коррекции. Это связано с нежеланием жертвы бороться с данной проблемой. Во многом исход патологии определяется глубиной и степенью поражения психики человека.

Видео: психолог о стокгольмском синдроме

что это простыми словами. Как избавиться?

Человеческую психологию по праву можно назвать одной из самых интересных и увлекательных тем для исследований и экспериментов. Каждый человек постоянно испытывает определенные чувства, и это вполне нормальное явление. Но некоторые люди могут стать жертвами тех чувств, которые в идеале они не должны испытывать.

Столкнувшись с похищением, насилием или любым другим видом агрессии, среднестатистический человек со здоровой психикой будет испытывать по отношению к абьюзеру ненависть, гнев, презрение, безразличие или любое другое чувство негативного характера. Но некоторые индивиды, став жертвой насилия или похищения, начинают испытывать к агрессору симпатию, благодарность, признательность, любовь, нежность и прочие добрые чувства.

Такое нестандартное и далеко не всегда понятное большинству людей поведение перенесших огромный стресс личностей психологи называют стокгольмским синдромом или синдромом идентификации выживания. Некоторые специалисты утверждают, что стокгольмский синдром – это связанный с определенными особенностями характера конкретного индивида психологический феномен, другие же твердят, что это вполне естественная реакция человеческой психики на психологическую травму.

Что такое стокгольмский синдром простыми словами? Какова история появления этого термина? Какие причины возникновения стокгольмского синдрома существуют? Что собой представляет стокгольмский синдром на бытовом уровне? В данной статье найдем ответы на эти вопросы и на примерах из жизни разберем данный психологический феномен по полочкам!

Стокгольмский синдром: что это такое простыми словами?

Стокгольмский синдром (стокгольмский фактор, синдром здравого смысла) – это психологический феномен, который представляет собой возникшую на бессознательном уровне защитно-травматическую связь между жертвой и абьюзером в процессе похищения, захвата, физического или эмоционального насилия или угрозы такого насилия.

Заложники, находясь под воздействием сильного стресса, начинают оправдывать действия своих захватчиков и сочувствовать им, а со временем и вовсе перенимают их идеи. Возникшая между агрессором и жертвой односторонняя или взаимная симпатия заставляет последнего искренне верить в то, что он страдает не просто так, а ради общей цели. Заложника совершенно не волнует тот факт, что та или иная цель агрессора, которая стала для жертвы важной и ценной, ранее её совершенно не волновала или вызывала только негативные эмоции.

Психоаналитик, психолог и младшая дочь Зигмунда Фрейда Анна Фрейд рассматривает стокгольмский синдром в более широком смысле. Она утверждает, что синдром здравого смысла является специфическим защитным механизмом и представляет собой процесс идентификации жертвы с агрессором.

Данный защитный механизм, по словам Анны Фрейд, активизируется только в экстренных ситуациях. Именно тогда человек, находящийся на грани жизни и смерти, не может больше мыслить разумно и рационально. Жертва, надеясь на то, что абьюзер не станет делать ей больно, становится солидарной со своим мучителем. На бессознательном уровне преступник воспринимается жертвой как добрый, чуткий и сострадательный человек, который никого и никогда не обидит.

Некоторые жертвы настолько сильно привязываются к своим мучителям, что не могут забыть о них ни после освобождения, ни после работы с квалифицированным психологом. Отдельные личности препятствуют своему освобождению: закрывают собой абьюзеров от полицейских и группы захвата, предупреждают о появлении спецназа и т.д.

Стокгольмский синдром, который у многих заложников появляется после трех-четырех суток в плену, до сих пор не признан психическим заболеванием и не включен ни в одну международную классификацию психиатрических заболеваний.

Стокгольмский синдром: история возникновения термина

В августе 1973 года ранее освобожденный из тюрьмы швед Ян-Эрик Олссон ворвался в один из стокгольмских банков и в одиночку захватил его. В результате этого инцидента был ранен один сотрудник полиции, четырех же сотрудников банка (одного мужчину и трех женщин) преступник взял в заложники.

Стокгольмский синдром - историяЯн-Эрик Олссон

Олссон, угрожая убить заложников, потребовал, чтобы полиция освободила его сокамерника Кларка Улофссона и доставила его в банк. Заложникам пришлось звонить премьер-министру Швеции и умолять, чтобы он выполнил эти требования.

Захват банка произошел 23 августа. Через три дня, 26 августа, сотрудникам полиции удалось сделать отверстие в потолке и сфотографировать доставленного в банк Улофссона и сотрудников банка. Олссон заметил это и пообещал убить заложников, если полиция начнет применять газ.

Через 2 дня, 28 августа, полицейским все же удалось осуществить задуманное. Через 30 минут после газовой атаки Олссон и его сокамерник были арестованы, а заложников удалось вывести из здания целыми и невредимыми. Невинные люди, которые провели в закрытом помещении с абьюзерами несколько дней, вдруг заявили, что они боялись полиции, а не захватчиков. Заложники объяснили это тем, что Олссон и Улофссон ничего плохого им не сделали. Жертвы захвата не только не осудили своих обидчиков, но и за собственные деньги наняли им хороших адвокатов!

Автором термина «стокгольмский синдром» является шведский криминалист и психиатр Нильс Бейерут. Он консультировал полицию в процессе решения данной проблемы и делал все возможное, чтобы как можно быстрее освободить заложников. Жертвам же практически все принятые Бейерутом решения совершенно не понравились, поэтому они их беспощадно раскритиковали.

Улофссону в ходе судебного разбирательства удалось доказать, что он не только не помогал своему сокамернику, но и делал все возможное, чтобы спасти заложников. С Улофссона были сняты все обвинения и его отпустили на свободу. Выйдя на волю, мужчина сначала встретился с одной из заложниц, а затем начал дружить с ней и её семьей.

Олссона же приговорили к десяти годам тюремного заключения. Он стал довольно-таки популярной персоной и получал пачками письма от влюбленных в него женщин всех возрастов.

Основные причины возникновения стокгольмского синдрома

Почему между абьюзером и жертвой возникает взаимосвязь? Все дело в том, что они долгое время находятся наедине друг с другом, поэтому их беседы со временем становятся более откровенными, открытыми и эмоциональными.

Заложник и агрессор внезапно начинают замечать, что у них есть общие интересы: и преступник, и его жертва смотрели один и тот же фильм, отдают предпочтение тому или иному музыкальному жанру, имеют схожее мировоззрение, бывали в один и тех же местах и т.д. Пообщавшись со своим обидчиком, жертва вдруг начинает понимать, почему он поступает именно так, а не иначе, проявляет к агрессору искреннее сочувствие и соглашается со всеми его убеждениями.

Инстинкт самосохранения – еще одна причина возникновения стокгольмского синдрома. Жертва, опасаясь за себя и свою жизнь, делает все возможное, чтобы помочь захватчику. На подсознательном уровне заложник прекрасно осознает, что в случае штурма опасности подвергается не только жизнь агрессора, но и его собственная жизнь.

В данном случае благополучие абьюзера воспринимается жертвой как залог собственного благополучия. Испытывающий стокгольмский синдром заложник начинает действовать против собственных интересов. Многие жертвы начинают совершать иррациональные действия, которые препятствуют их освобождению.

Основные компоненты, влияющие на возникновение и развитие стокгольмского синдрома

Комбинация определенных компонентов вызывает возникновение и развитие стокгольмского синдрома у заложника. Чтобы заложник начал испытывать положительные чувства по отношению к агрессору, между ними не должно быть никаких предварительных отношений, а жертва должна быть полностью изолирована от других людей. Так она начнет смотреть на мир глазами абьюзера и будет эмоционально зависеть от него.

Еще один компонент развития стокгольмского синдрома – это предположение, что агрессор может в любой момент убить заложника. Жертва, беспокоясь о своем благополучии, начинает хорошо относиться к обидчику и отказывается сотрудничать с полицией, спецназом и другими правоохранительными органами.

Психологи утверждают, что именно травмирующая стрессовая ситуация, которая является еще одним компонентом развития стокгольмского синдрома, заставляет жертву занять по отношению к обидчику пассивно-агрессивное положение. Неопределенность, в которой вдруг оказался человек, вызывает у него чувство тоски, страха и беспокойства.

Попав в такую ситуацию, некоторые люди начинают проявлять ответную агрессию, другие же принимают происходящее со смирением и отказываются от борьбы.

Только восемь из ста заложников смогут смириться с тем, что происходит в текущий момент времени, попытаются понять мотивы агрессора и будут оправдывать его поведение.

А если агрессор в процессе взаимодействия с заложниками проявит хоть какой-то минимальный жест помощи, то жертвы запомнят это и будут благодарны обидчику за такое проявление человеческих чувств. Постепенно абьюзер перестанет казаться заложнику плохим и опасным. Жертва начнет относиться к нему как к лучшему другу, от которого зависит его собственная жизнь. Именно поэтому представители правоохранительных органов, которые пытаются освободить заложников, вызывают такую негативную реакцию у жертв стокгольмского синдрома.

Примеры бытового стокгольмского синдрома из повседневной жизни

Жертвами стокгольмского синдрома становятся не только люди, попавшие под влияние террористов, захватчиков, похитителей или насильников. Стокгольмский феномен существует и на бытовом уровне. Его жертвами становятся те индивиды, которые обладают низкой самооценкой, не умеют выставлять личные границы, имеют травматический опыт и не могут выйти из абьюзивных отношений, где между сторонами наблюдается огромная разница в возможностях, силе влияния и т.д.

Стать жертвой бытового стокгольмского синдрома может практически любой человек. Достаточно всего лишь создать нужные для этого условия. Рассмотрим бытовой стокгольмский синдром на ярких примерах из повседневной жизни.

Пример №1. Алексей и его жестокие родители

С самого раннего детства родители всячески обесценивали, оскорбляли и унижали Алексея, могли просто так ударить его или поставить в угол. Иногда, когда у мамы или папы было очень хорошее настроение, они улыбались мальчику, были с ним добры и ласковы, угощали конфетами и покупали игрушки.

Леша запоминает только положительные эпизоды. Те же картинки из собственной жизни, когда родители орали на него, били и унижали, он предпочитает выбрасывать из памяти. Так психика мальчика реагирует на психологическое и физическое насилие со стороны родителей. Поэтому своих маму и папу мальчик просто боготворит.

Когда соседи, услышав в очередной раз крики взрослых и плач ребенка, вызвали полицию, то Алексей не только всеми возможными способами пытался защитить родителей, но и без зазрения совести соврал представителям правоохранительных органов, когда они спросили, откуда у него синяки на руках. Мальчик ответил, что он упал с велосипеда, хотя синяки у него появились после того, как папа в очередной раз решил показать своим домочадцам, кто в доме хозяин.

Стокгольмский синдром, что это простыми словами.

Пример №2. Алиса и её любимый муж-тиран Костя

Когда Алиса познакомилась с Костей, то сразу поняла, что он – мужчина её мечты! Галантный, обходительный, обаятельный и милый Константин сразу же покорил сердце девушки. Но все поменялось самым кардинальным образом после свадьбы.

Принц на белом коне регулярно превращался в чудовище, которое контролировало каждый шаг Алисы, устраивало сцены ревности и могло поднять на неё руку, если она осмеливалась что-то говорить в ответ на беспочвенные обвинения. Очередной скандал сменивается очередным признанием в любви и «искренним» раскаянием супруга. И так по кругу уже который год подряд!

Уйти от мужа Алиса не может, так как верит, что проблема заключается именно в ней. Это она ведет себя неправильно: провоцирует Костю, заставляет его ревновать и чувствовать себя обманутым. Сам же мужчина, по мнению его жены, ни в чем не виноват. Хотя побои время от времени повторяются, но Алиса об этом практически сразу же забывает. Она помнит только хорошие и светлые эпизоды их совместной жизни. Если же кто-то из родных или близких спрашивает у Алисы о том, сколько же она еще будет терпеть к себе такое наплевательское отношение, то женщина отвечает, что она никогда не бросит своего мужа, ведь без него она не сможет прожить ни дня.

Пример №3. Борис и его начальник-самодур

У Бориса сложились довольно-таки странные отношения с его непосредственным начальником. Руководитель редко хвалит своего подчиненного, зато может в присутствии других людей оскорбить Бориса, назвать его дураком и бросить в него ручку или кружку. Бориса такое отношение к собственной персоне не смущает. Он искренне верит, что его начальник – жесткий, но справедливый человек.

Когда Борису предложили сменить работу, он отказался, так как не захотел подводить своего руководителя.

Как распознать жертву стокгольмского синдрома?

Каких-либо общепринятых критериев, по которым можно было бы диагностировать у индивида бытовой стокгольмский синдром, не существует, так как этот феномен не является официально признанным расстройством или заболеванием. Но все же существуют некоторые общие признаки, которые позволяют распознать жертву данного синдрома.

Жертва стокгольмского синдрома оправдывает абьюзера и искренне верит в то, что это не он плохой, а просто у него в жизни сложилась такая ситуация. Она занимает позицию «я сама во всем виновата, поэтому мне нужно менять себя. Если я буду вести себя правильно, то обидчик изменит свое отношение ко мне в лучшую сторону и начнет хвалить меня».

Жертва верит, что агрессор обладает хорошим и покладистым характером, просто иногда его настолько все достает, что он взрывается и начинает вести себя самым неподобающим образом. Она испытывает к своему обидчику чувство жалости и думает, что во всем виноваты родители абьюзера, его одноклассники, сотрудники, общество в целом и т.д.

Жертва безоговорочно признает власть агрессора, не хочет с ним расставаться и не желает сотрудничать с правоохранительными органами, которые бы смогли привлечь обидчика к ответственности.

Самооценка жертвы настолько занижена, что она не может представить своей жизни без абьюзера. Она верит, что без него она пропадет, не сможет прожить ни дня, а её существование потеряет смысл.

Можно ли помочь жертве бытового стокгольмского синдрома?

Не только можно, но и нужно! Предлагаем вашему вниманию несколько советов, благодаря которым можно вытащить человека со стокгольмским синдромом из болезненных и зависимых отношений.

Совет №1. Предложите жертве стокгольмского синдрома записаться на прием к психотерапевту

Только высококвалифицированный специалист разложит все по полочкам, расскажет жертве, что с ней происходит, поможет избавиться от зависимости и начать жить реальной жизнью. Многие люди после беседы с психотерапевтом внезапно осознают, что их жизнь превратилась в перманентный кошмар, который не прекращается ни днем, ни ночью.

Если же жертва стокгольмского феномена не хочет записываться на прием к специалисту или же не имеет такой возможности, то следует попытаться подтолкнуть её к размышлениям о собственной жизни. Не давите на жертву, не кричите на неё и не пытайтесь переубедить. Разговаривайте с ней мягко и ласково. Важные темы в беседе обозначайте очень тактично и как будто невзначай.

Совет №2. Не давите на жертву и не давайте ей советов

Каждый человек имеет право на собственное мнение. Поэтому разговаривайте с жертвой абьюза на равных, а не так, будто вы намного лучше всех других знаете, как нужно поступать и что нужно делать, чтобы изменить жизнь в лучшую сторону.

Просвещение – это первый шаг на пути к избавлению от зависимости. Поэтому предложите жертве прочитать статью в интернете про стокгольмский синдром, подарите ей книжку, в которой осуждается эта тема, и т.д. Вежливо и без лишнего давления объясните жертве стокгольмского синдрома, что физическое или эмоциональное насилие – это неприемлемые явления, которые нужно сразу же пресекать, а не терпеть и искать очередное оправдание своему обидчику.

Совет №3. Будьте слушателем, а не судьей!

Чтобы жертва абьюза смогла включить рациональное мышление и осознать свое положение, ей нужно избавиться от накопившихся негативных эмоций, честно и искренне рассказать о своих переживаниях внимательному и чуткому слушателю.

Станьте именно таким слушателем! Не спешите осуждать жертву стокгольмского синдрома, ведь любой человек (и вы в том числе!) может оказаться на её месте.

Совет №4. Задавайте жертве наводящие вопросы

Древнегреческий философ Сократ утверждал, что человек самостоятельно сможет осознать все то, что происходит в его жизни, если кто-то со стороны будет задавать ему наводящие вопросы. Искренне и предельно деликатно поинтересуйтесь у жертвы бытового стокгольмского синдрома, как она смотрит на сложившуюся в её жизни ситуацию, какие эмоции и чувства она испытывает, есть ли у этих отношений перспективы развития и т.д.

Спрашивайте и внимательно слушайте ответы. Не делаете никаких замечаний, не давайте оценок происходящему и не указывайте жертве, что ей нужно делать. Ваша задача заключается в том, чтобы просто задавать наводящие вопросы и выслушивать на них ответы.

Совет №5. Определите тот крючок, на котором держится жертва бытового стокгольмского синдрома

Иногда определить такой крючок достаточно легко: жертва бытового стокгольмского синдрома не может уйти от супруга-тирана, потому что ей негде жить, она боится остаться без средств к существованию, она не хочет, чтобы дети росли без отца и т.д. Иногда же крючок спрятан настолько глубоко, что добраться до него можно только с помощью квалифицированного специалиста.

Ваша задача заключается в том, чтобы помочь жертве определить, какую именно её потребность удовлетворяют болезненные отношения с агрессором. Как только жертва осознает, что именно не дает ей уйти от абьюзера, она сделает первый шаг к освобождению от бытового стокгольмского синдрома.

Как самостоятельно избавиться от стокгольмского синдрома?

Чтобы самостоятельно избавиться от бытового стокгольмского синдрома, жертве необходимо осознать, что те отношения с абьюзером, в которых она находится, не имеют права на существования. Это неправильные отношения, которые нужно как можно быстрее разорвать.

Жертве нужно заняться повышением собственной самооценки. Начните тратить время на себя, а не на своего обидчика. Поймите, что центром вашей вселенной являетесь именно вы, а не кто-либо другой. Вы – солнце, а все, что вас окружает – это солнечные лучи.

Пересмотрите жизненные ценности, установите другие жизненные приоритеты, начните заботиться о себе, перестаньте думать о плохом и негативном. Проводите больше времени на свежем воздухе, начните бегать по утрам или вечерам, повысьте уровень своей физической активности.

Займитесь любимым делом, запишитесь на курсы, станьте участником группы поддержки, помогайте тем людям, которым требуется помощь, и просто радуйтесь каждому мгновению жизни.

Если же вы понимаете, что не сможете самостоятельно выбраться из зависимых отношений и избавиться от стокгольмского синдрома, то запишитесь на прием к психологу или психотерапевту, который обязательно поможет вам стать свободной, счастливой и самодостаточной личностью!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

«Стокгольмский синдром». История, давшая название этому явлению

Под “стокгольмским синдромом” обычно подразумевается психическое состояние, когда подвергшийся насилию или похищению человек начинает проявлять сочувствие по отношению к обидчику вместо более уместных страха и ненависти. Автором термина выступил швед Нильс Бейерут. В тот период криминалист анализировал нестандартную ситуацию, наблюдавшуюся в ходе захвата заложников при ограблении банка и поразившую весь мир.
Инцидент имел место 23 августа 1973 года, когда в центре Стокгольма был атакован банк. Недавно выпущенный из тюрьмы Ян-Эрик Олссон проник в здание Kreditbanken с намерением провести ограбление, начав его со слов: “Вечеринка лишь начинается”.
Четырех человек, среди которых три женщины и один мужчина, злоумышленник использовал как заложников, обвесив их взрывчаткой и удерживая в течение 131 часа. В процессе Олссон требовал, чтобы к нему доставили сокамерника, 3 млн крон, быстрое авто, а также несколько ружей и жилеты. В то время мужчина не являлся новичком в криминальном мире, а дебютное свое ограбление он провернул в 16-летнем возрасте.
Кларка Улофссона, сокамерника Олссона, доставили к банку через сутки после оглашения условий, но отказали в автомобиле. В тот же день злоумышленника соединили с премьер-министром, и в этот момент одна из заложниц заявила политику, что он ее “расстраивает”, пока двое мужчин, которые взяли их в плен, ей представлялись “защитниками”. На этом не все, ведь девушка начала просить, чтобы ей позволили присоединиться к нападавшим. Такое поведение жертвы смутило и сбило с толку жителей Швеции.
Спустя несколько дней, 28 августа, Олссон начал проявлять нетерпение, расстреляв потолок и ранив одного из правоохранителей. Заложники при этом не пытались сопротивляться, вели себя покладисто и даже симпатизировали обидчикам. Позднее в суде грабитель отмечал, что не желал убивать пленников, а несколько раз они даже добровольно выступали “живым щитом” между преступниками и полицией.
Проникнуть внутрь полиции удалось посредством газовой атаки. В тот момент одна из заложниц, Кристин Энмарк, просила стражей порядка не трогать Олссона и его подельника, отмечая, что они ничего им не сделали. Другие пострадавшие тоже вели себя странно, не выражая ненависти к нападавшим или страха перед ними. Когда им разрешали двигаться, они были искренне благодарны грабителям.
Ян-Эрик Олссон в тюрьме провел восемь лет, но был выпущен по амнистии. Он не прекращал преступную деятельность даже после этого, поэтому находился в розыске и сбежал в Таиланд. Во время его пребывания за решеткой мужчине поступали десятки писем от поклонниц, а с одной из них он даже связал себя узами брака.
Ученые сходятся во мнении, что стокгольмский синдром не следует считать расстройством, поскольку он скорее выступает адекватной реакцией человека на событие, которое становится сильной травмой для психики. Основывается такой механизм психологической защиты прежде всего на надежде жертвы, что если выполнять любые требования агрессора, то он впоследствии со своей стороны проявит снисхождение. В таких условиях человек всячески старается выражать послушание, при этом пытаясь логически оправдать действия преступника, получить от него одобрение и даже покровительство.

Я был избит, изнасилован и голодал годами, но не мог оставить своего похитителя — Fabulous выясняет, является ли синдром Стокгольма реальным психологическим состоянием

В течение почти десятилетия избитый, изнасилованный, голодный и подвергшийся немыслимому насилию, Джина ДеДжес наконец был шанс сбежать.

Но когда полицейские сломали дверь убогого дома ужасов, она была закована в тюрьму с 14 лет, после того как 53-летняя Ариэль Кастро вместе с двумя другими девушками была заключена в тюрьму, она осталась в своей комнате.

8

У Джины ДеДжус наконец-то была возможность сбежать, она была порабощена, избита и изнасилована почти десять лет ее похитителемКредит: CNN / Backgrid

Закрыв дверь, Джина продолжала смотреть фильм Хилари Дафф. Обусловленная страхом и запугиванием, она утратила способность принимать рациональные решения.

«Мне было страшно», — признается Джина, которой сейчас 29 лет. «Хотя я знала, что полиция может защитить нас, я все еще боялась того, что сделает Кастро, если он появится».

Как известие о спасении девочек, дело было быстро переименовано в Кливлендский Дом ужасов, один из самых страшных случаев похищения людей, когда-либо обнаруженных.

Только горстка людей может постичь истинный эффект всех этих лет жестокого обращения и принуждения, поэтому некоторые эксперты предположили, что нежелание Джины уйти было связано с ее страданиями из-за синдрома Стокгольма, для которого характерна положительная эмоциональная связь, возникающая между жертвой и похититель.

8

Ариэль Кастро держал своих жертв в оковах и контролировал их с помощью насилия, психологических манипуляций и сексуального насилия.

Это термин, который был придуман 46 лет назад, после суровых испытаний шести шведских заложников, которые оказали поддержку своим похитителям во время шестидневного ограбления банка.

Синдром был также в новостях в феврале этого года после спора вокруг британской невесты ИГИЛ Шамимы Бегум, когда она пыталась вернуться в Великобританию. После того, как она показала небольшое раскаяние в присоединении к террористической группе, семья 19-летней девочки заявила, что у нее развилось состояние после бегства в Сирию с двумя друзьями в 2015 году и ухода в так называемое Исламское государство.

Однако, несмотря на то, что все еще очень мало научных исследований синдрома Стокгольма — который не является официально признанным психологическим состоянием — все большее число экспертов и жертв в настоящее время ставят под сомнение его обоснованность.

Одним из этих сомневающихся является Джина, чья собственная группа прокуроров привлекла психиатра, специализирующегося на синдроме Стокгольма, в качестве свидетеля после того, как Кастро был предан суду в 2013 году. Психиатр предположил, что с молодыми женщинами так плохо обращались и манипулировали, что они медленно связывались с их похититель в благодарность за «редкие небольшие услуги, которые он им предоставит».

Для Джины ничто не было дальше от истины.

«Я слышала о стокгольмском синдроме, но не страдала от него», — говорит она.

8

Джина — далеко не единственная жертва похищения, у которой была идея навязанного им синдрома Стокгольма. Кредит: Getty Images

«Этот дом был моей жизнью более девяти лет. Это, и люди в этом, были всем, что я знал каждый день, каждый день. Единственный человеческий контакт, который у меня был, был с Кастро и другими девушками. Я был напуган постоянно. Он был жестоким монстром, который держал меня в цепях и кормил меня, когда он хотел. Я ел один раз в день и купался один раз в неделю. Там не было никаких связей, только страх.

Джина — далеко не единственная жертва похищения, у которой возникла идея синдрома Стокгольма.

В июне 2002 года 14-летняя Элизабет Смарт была похищена на ножом из своей спальни в Юте и в течение следующих девяти месяцев бродила по улицам с бездомным проповедником Брайаном Митчеллом и его женой Вандой Барзи, будучи неоднократно изнасилованной.

Тот факт, что она никогда не пыталась сбежать до тех пор, пока ее не заметили представители общественности, заставила некоторых экспертов полагать, что подросток, должно быть, полюбил ее похитителей. Однако Элизабет, которой сейчас 31 год, всегда отрицала, что у нее был синдром, и в 2017 году она установила рекорд в документальном фильме.

8

Дом ужасов, в котором Ариэль Кастро держал в тюрьме трех девушекКредит: Всплеск

«У меня никогда не было Стокгольмского синдрома», — настаивала она. «То, что я физически прекратил сопротивляться, не означает, что я ненавидел это меньше. Я не сочувствовал им, я их презирал.

В другом шокирующем случае 11-летняя Джейси Дугард была похищена, когда она шла к остановке школьного автобуса в 1991 году, и провела 18 лет со своими похитителями Филиппом и Нэнси Гарридо, даже имея детей от Филиппа.В конце концов она была спасена полицией после того, как ее заметили вместе с похитителями, и с тех пор показала, что она возмущена тем, что диагноз так часто используется в таких случаях, как у нее.

«Фраза подразумевает, что заложники, взломанные террором и жестоким обращением, становятся ласковыми по отношению к своим похитителям», — сказала она в телевизионном интервью в 2016 году. «Унизительно, когда моя семья считает, что я влюблен в этого похитителя и хотел остаться с ним». Это так далеко от истины, что я хочу, чтобы меня вырвало.Я приспособился, чтобы выжить.

Затем был случай с жертвой австрийского похищения Наташей Кампуш, которой было всего 10 лет, когда Вольфганг Приклопил вырвал ее с улицы в 1998 году. Он держал ее запертой в подвале в течение восьми лет, в течение которых ее изнасиловали и избили.

8

Элизабет была похищена из своей спальни и провела девять месяцев с бездомным проповедником Брайаном Митчеллом, будучи неоднократно изнасилованным

После того, как она сбежала из его лап в 2006 году, Приклопил покончил с собой.Сообщалось, что Наташа оплакивала его смерть, зажигая для него свечу и посещая дом, в котором она была заключена. Несмотря на это, она тоже оспаривает предположение, что у нее был синдром Стокгольма, и рассказала Fabulous в 2016 году: «Я ничего о нем не скучаю, но он был там, и это было частью моей жизни. Это своего рода правосудие, он мертв, а я жив ».

Несмотря на такие отрицания, почему так много жертв маркируют таким образом?

«Это привлекательно, поэтому о нем пишут и включают в телевизионные и кинофильмы», — объясняет ведущий переговоры и психолог-консультант доктор Джеймс Альварес.→ «Люди думают, что существует больше, чем есть. Я встречал много заложников, и, честно говоря, ни у кого из них этого не было. Каждый хотел задушить парней, которые их похитили. У огромного большинства людей, помеченных как страдающие от этого, нет этого. ”

Доктор Сохом Дас, консультант-судебный психиатр, который работает неполный рабочий день в Государственной службе здравоохранения и лечил многих жертв насилия, соглашается. «Некоторые люди считают, что жертвы бригады по уходу за детьми в Рочдейле [где девять мужчин были осуждены за торговлю сексом и другие преступления с участием несовершеннолетних девочек в 2012 году] имели синдром Стокгольма, поскольку они поддерживали отношения с такими оскорбительными мужчинами», — объясняет он.«Однако жертва может бояться быть убитой или пострадавшей, поэтому любая основная милость принимается с благодарностью. Это не значит, что они страдают от стокгольмского синдрома, это просто вопрос выживания ».

Это унижает мою семью, полагая, что я любил своего похитителя.

Джина была обычной школьницей, которая любила кататься на коньках и тусоваться с друзьями, когда в 2004 году ее забрал водитель школьного автобуса Кастро. Уже в его доме были Мишель Найт, похищенная в 2002 году, и Аманда Берри, взятая в 2003 году.

Кастро часто держал своих жертв в кандале и контролировал их с помощью насилия, психологических манипуляций и сексуальных посягательств, и в декабре 2006 года Аманда родила маленькую дочь Кастро, Джоселин. Кастро вывешивал ребенка на публике, но никогда не раскрывал ей настоящих имен своих жертв, в случае, если она повторяла их другим.

«Я был в ужасе, но ужас стал моим нормальным явлением», вспоминает Джина. «Меня несколько недель держали в подвале, но в конце концов мне дали комнату в доме, где он меня заковал.Я пытался быть занятым. Я нарисовал, я написал. Мне разрешили смотреть телевизор и видео из новостей моей семьи, которые искали меня. Кастро лгал и манипулировал нами друг против друга. Он промыл мозги всем троим и убедился, что мы не сойдемся друг с другом.

«Были времена, когда я думал о самоубийстве», — признается Джина. «Но воспоминания о моих маме и папе заставляли меня двигаться каждый день. Я верил, что вернусь к ним домой, даже когда все будет очень сложно ».

8

Джейси Дугард была похищена, когда шла к остановке школьного автобуса в 1991 году, и провела 18 лет со своими похитителями PhillipCredit: Splash

Шанс появился 6 мая 2013 года, когда Кастро позволил своему охраннику поскользнуться и вышел, не запирая девушек в своих комнатах.Аманда сделала ставку на свободу и вызвала помощь, крича прохожим через щель в входной двери. Джина и Мишель сжимались за закрытой дверью.

«Я услышал шум внизу и почувствовал ужас», вспоминает Джина. «Мы открыли дверь, но не могли видеть Аманду, тогда мы услышали шаги».

Когда Мишель заметила двух полицейских на лестничной площадке, она взорвалась на свободу, однако Джину нужно было уговорить из ее укрытия. Даже когда ее отвезли из дома в больницу, она все еще боялась, что Кастро найдет ее, и приняла, что испытание закончилось только тогда, когда она воссоединится со своей семьей.Джина признается, что изо всех сил пыталась справиться с изменившимся миром, в который она попала.

«Меня не было почти десять лет», — объясняет она. «Все было иначе. У всех были телефоны с сенсорным экраном, машины были разные … Сначала я был в замешательстве. Я постоянно спрашивал разрешения на то, чтобы есть, например, есть или принимать душ, потому что меня контролировали и мне нужно было разрешение на все. Если я спал, и кто-то открыл дверь, чтобы посмотреть на меня, я выпрыгнул из сна, потому что Кастро приходил в мою комнату ночью.”

8

Наташа Кампуш оспаривает предположение, что у нее был синдром Стокгольма, несмотря на то, что она «оплакивает смерть своего похитителя».

Во время суда над Кастро он сказал полиции, что был удивлен тем, насколько «послушными» были девочки. «Я завоевал их доверие, они были удивительно готовы сделать то, что я просил», — сказал он.

Однако, по словам Джины, она когда-либо испытывала отвращение и страх перед Кастро, который в июле 2013 года признал себя виновным по 937 обвинениям, включая похищение людей, изнасилования и убийства с отягчающими обстоятельствами.Он был приговорен к пожизненному заключению без права досрочного освобождения плюс 1000 лет. Однако через месяц после заключения он был найден повешенным в своей камере.

По словам доктора Даса, трудно точно определить, действительно ли жертва похищения страдает от синдрома Стокгольма. «Это не секретный психологический диагноз, и едва ли можно найти какие-либо научные исследования, подтверждающие его», — объясняет он. «Когда ФБР провело исследование этого вопроса в 1999 году, разговаривая с жертвами похищения, менее 10% имели признаки».

Интересно, что даже одна из жертв похищения ограбления стокгольмского банка в 1973 году, когда похитители неохотно уходили из-за страха перед ними или их похитителями в полицейском противостоянии, сомневается, что она сама пострадала от этого.

«Идеальная заложница держит рот на замке и думает, что общество и полиция защитят ее», — объяснила Кристин Энмарк подкасту в 2016 году. «Когда кто-то, как я, всплывает и говорит об обратном, это помечается как нездоровое, как болезнь, как синдром. Это способ обвинять жертву. Все, что я делал, было вне инстинкта выживания … Я сделал то, что должен был, и я горжусь собой ».

Другие эксперты утверждают, что жертвы отказываются верить, что у них это есть, потому что им отказывают.«Однако, поскольку нет никаких установленных границ для симптомов синдрома, практически невозможно официально поставить диагноз», — говорит доктор Дас.

8

Термин «Стокгольмский синдром» был придуман после испытания шести шведских заложников, которые оказали поддержку своим похитителям во время шестидневного банковского ограбления. Кредит: PA

Одной из жертв похищения, которая считает, что она пострадала от этого, является Патти Херст, наследница калифорнийской газеты, которая была похищена в 1974 году и в итоге присоединилась к своим похитителям в результате вооруженного ограбления.После того, как Патти была поймана в 1975 году, ее команда защиты утверждала, что ей промыли мозги, чтобы сочувствовать целям боевиков. Несмотря на это, Патти была заключена в тюрьму на семь лет, а в 2007 году получила полное помилование от президента Билла Клинтона.

Джина, которая все еще получает консультации, полна решимости создать что-то позитивное из своего опыта, и вместе со своей двоюродной сестрой активисткой Сильвией Колон она создала Кливлендский семейный центр для пропавших детей и взрослых.

BARGAIN BRONZER

Женщина рассказывает о том, как получить идеальную светящуюся кожу БЕЗ искусственного загара

МОЙТЕ ОН ОСТАТЬ

Mum-of-4 показывает ОГРОМНУЮ стопку для белья, которая собиралась в течение 2 месяцев

КОЗИРОВКА

сходят с ума от 50p бросков и одеял B & M в их огромной летней распродаже очаровательные строители с пакетом зарплаты подарили ей шестилетнюю девочку

STEPMUM DUTIES

Новая свадебная фотография принцессы Беатрис показывает редкий взгляд пасынка Вольфи, 4

«После похищения Джина видела, как ее родители из года в год страдают по телевизору, оказывая мало поддержки», — объясняет Сильвия.«Теперь, если кто-то пропадает, они могут позвонить нам и прийти в наш центр. Мы проводим их через судебный процесс, полицию и поддерживаем связь со СМИ ».

Джина признает, что она также нашла в своем сердце простить Кастро, но настаивает, что это не потому, что она испытывает к нему какие-то позитивные чувства.

«Была часть меня, которой было грустно, когда он умер, но только потому, что я злилась, он не страдал так, как мы», — признается она.

«Но я не ненавижу его за то, что он сделал — это просто не стоит моего времени и энергии.”

Выжившая после похищения Лили Роуз рассказывает о том, как она нашла любовь и мужа, будучи в плену в течение 11 лет ,

Стокгольмский синдром

Существует множество примеров Стокгольмского синдрома 5 по всему миру. От выживших в войнах, до жертв домашнего насилия и других ситуаций, в которых люди сообщали о симптомах этого состояния. Вот несколько наиболее ярких примеров:

1.Инцидент Кредитбанкен, Сведенборг

Как уже говорилось ранее, первый случай Стокгольмского синдрома был зафиксирован в Швеции в 1973 году. Согласно сообщениям, заключенный в отпуск Ян Эрик Олссон пытался ограбить банк. В ходе этого процесса несколько сотрудников находились в заложниках с 23 по 28 августа. Во время разговора с полицией он потребовал, чтобы его старый компаньон, Кларк Олофссон, был допущен к нему в банке.

Вместе они держали под прицелом четырех банковских служащих до конца тяжелого испытания. Заложники сотрудничали с грабителями банков, даже создавая тесную эмоциональную привязанность к ним. Позже во время судебного разбирательства заложники даже защищали действия своих похитителей и даже установили дружеские отношения, которые продолжались со временем.

2.Дело Пэтти Херст

Другим примером Стокгольмского синдрома был случай, произошедший в 1974 году с ребенком-миллионером Патрисией (Пэтти) Херст. Пэтти была похищена из ее дома в Беркли, штат Калифорния, когда ей было 19 лет, и содержалась в плену у группы активистов под названием «Армия освобождения Симбионеза» (SLA).

После почти 10 недель плена Патти объявила на аудиозаписи, что присоединилась к группе SLA и с этого момента будет работать с ними.Она работала в SLA под псевдонимом «Таня», а позже была поймана, когда грабила банк со своими похитителями в Сан-Франциско. Пэтти была арестована за то, что она помогла группе ограбить другой банк, и провела два года в тюрьме. В интервью после ареста она сказала, что чувствует себя сильной как часть ОАС и разослала свою любовь всем своим собратьям и сестрам. Однако позже она утверждала, что активисты промывали ей мозги, и все, что она делала, находилось под их влиянием.

3.Похищение Елизаветы Смарт

Элизабет Смарт была похищена из своего дома в 2002 году и удерживалась в течение девяти месяцев, когда ей было всего 14 лет. Позже стало известно, что, хотя у Элизабет было много возможностей сбежать, она никогда не пыталась это сделать. Она приняла свой плен и сообщила, что чувствует себя в безопасности с похитителями.

Было проведено обширное психологическое исследование и анализ, основанный на ее эмоциях и мыслительных процессах.Хотя многие утверждали, что она давала свои показания под давлением похитителей, для многих она была истинным примером Стокгольмского синдрома.

4. Дело Шона Хорнбека

Шону Хорнбеку было 11 лет, когда он пропал без вести после прогулки на велосипеде.Это было в 2002 году, и о нем ничего не было слышно, пока четыре года спустя его не обнаружила полиция в доме его похитителя Майкла Дж. Девлина. Шон содержался в неволе, подвергался пыткам и издевательствам в течение четырех лет. Полиция показала, что он мог сбежать, но он каким-то образом находился под влиянием похитителя и не звал на помощь.

Позже в интервью журналу Хорнбек сказал, что ему промыли мозги, и похититель манипулировал каждой минутой своей жизни в то время.Он сказал, что у него даже был доступ к Интернету, когда он был в плену, что давало ему широкие возможности связаться с властями

5. Кливлендский случай Стокгольмского синдрома

Аманда Берри, Мишель Найт и Джина Де Джесус вместе с другими девочками пропали без вести в период с 2002 по 2004 год.В 2013 году, почти через 10 лет, Аманда позвонила в полицию. Аманда, Мишель и Джина были похищены и содержались в плену в Кливленде Ариэль Кастро. Они подвергались сексуальному насилию во время своего плена до такой степени, что у Ариэль даже была дочь с Амандой, и она заставляла Мишель забеременеть по крайней мере 5 раз. Каждый раз, когда Ариэль бил ее, пока она не выкидывалась. Не удивительно, что Аманда, Джина и Мишель развили сильные эмоциональные связи. Удивительным было то, что они также указали на сильную эмоциональную привязанность к своему похитителю.

,
ПЕРУ: рассказ о похищении — от Стокгольма до синдрома Лимы
Развитие и помощь, Новости, Латинская Америка и Карибский бассейн, Население

ЛИМА, 10 июля 1996 г. (IPS) — перуанский психиатр Мариано Керол читал книги и консультировал своих похитителей, одного из которых он теперь называет «эль-амиго» (друг). Ссылаясь на психологический феномен, известный как «синдром Стокгольма», он говорит, что его случай можно рассматривать как пример «синдрома Лимы».

«Когда жертвы сочувствуют и идентифицируют себя со своими похитителями, это называется Стокгольмским синдромом, который является явлением, учитываемым на переговорах по делам о похищениях людей», — говорит Керол, выпущенный в минувшие выходные после 18 дней в плену.

«Я лично установил, что это явление также затрагивает похитителей, которых можно заставить сочувствовать своим жертвам — то, что мы могли бы назвать синдромом Лимы».

Стокгольмский синдром был назван в честь ограбления банка в Швеции, когда заложники защищали своих похитителей во время операции по спасению полиции.Одна из жертв даже вышла замуж за одного из грабителей банка.

Когда жертвы сочувствуют и идентифицируют себя со своими похитителями, это называется Стокгольмским синдромом, который является явлением, учитываемым на переговорах по делам о похищении людей. Это явление также затрагивает похитителей, которых можно заставить сочувствовать своим жертвам — то, что мы могли бы назвать Синдромом Лимы. Другой известный случай произошел с Патти Херст, дочерью американского магната, который не только влюбился в своего похитителя. но присоединился к нему и его банде.

Похищение Керола выделяется среди недавней волны похищений в Лиме, ​​которая вынудила правительство принять специальный закон о борьбе с похищением людей.

Дело отличается от других 68 похищений, совершенных за последние семь месяцев, которые варьировались от громких похищений бизнесменов до импровизированных операций, в которых обычно участвуют девочки-подростки за рулем модных автомобилей, которые были освобождены через несколько часов в обмен на деньги, которые их семьи сблизились.

Актеры в деле Querol также были нетипичными: жертва, 71-летний уважаемый профессионал, не известный своим богатством, и его четыре похитителя среднего класса, возглавляемые бизнесменом, стремящимся вытащить себя из долгов.

43-летний бизнесмен, Гонсало Хигерас, был соседом одного из детей Керола. Его компания такси балансирует на грани банкротства. Сразу же после получения выкупа Хигуерас заплатил свою арендную плату, просроченную плату за обучение в школе-интернате для своих детей и ряд других долгов.

Кверол установил особые отношения со своими похитителями. Вместе они прочитали последний роман колумбийского лауреата Нобелевской премии по литературе Габриэля Гарсиа Маркеса «Новости о похищении»: «Они были взволнованы, увидев, что подготовленная ими операция была аналогична описанной в романе.

И «Эль амиго», главный хранитель Кверола, в итоге обратился к психиатру за собственной тревогой по поводу похищения.

«Через два дня я решил расширить мост, чтобы поощрять диалог: я сказал им, что каждое утро занимаюсь аэробикой, и попросил их настроить радио для танцевальной музыки… Полагаю, они думали, что было довольно забавно смотреть, как я танцую сальсу или рэп.

«Позже я попросил книги и специальную диету — ничего сложного, только овощи. Я прочитал несколько книг и перечитал другие.Мы также болтали и смотрели телевизор вместе в двухметровой комнате, где меня держали.

«Мои хранители сначала не знали, кем я был. Они узнали, прочитав газеты. Когда они увидели, что пресса уделяет мне так много внимания, один из них сказал мне: «Мы делаем историю».

Керол попросил сократить количество приговоров для своих похитителей, утверждая, что они не применяли насилие.

Отношения психиатра с его хранителями, возможно, спасли ему жизнь, потому что подобные случаи, когда похитители-любители не носят масок, часто заканчиваются смертью жертвы после выплаты выкупа из-за опасений похитителей быть идентифицированными.

«Я контролировал свои страхи, говоря себе, что они нужны мне живыми, чтобы получить выкуп в 150 000 долларов. Когда я узнал, что они организовали обмен с моей семьей, я действительно испугался ».

Higueras, личность которого была обнаружена до освобождения Querol, был схвачен через несколько часов после получения выкупа и погашения своих долгов, когда он собирался сесть на самолет в северном Перу.

«Пока я лежал на полу машины,« Эль амиго »неоднократно говорил мне:« Не волнуйтесь, доктор, я гарантирую, что с вами ничего не случится »… Но он обливался потом, и я чувствовал, как его ноги дрожат.Когда они оставили меня на улице, «Эль амиго» дал мне 20 зол за такси ».

,

чудес любви — похититель людей

  • Просматривать
    • Обзор
    • Платные истории
    • Юмор
    • романс
    • Приключение
    • LGBTQ +
    • Научная фантастика
    • Разнообразный горит
    • тайна
    • Короткий рассказ
    • Fanfiction
    • Новый Взрослый
    • Teen Fiction
    • Фантазия
    • Non-Fiction
    • Триллер
    • Историческая беллетристика
    • Паранормальный
    • городской
    • Ужастик
    • поэзия
    • оборотень
    • Wattpad Picks
    • Выбор редактора
    • Хиты студии Wattpad
    • Доступно в книжных магазинах
    • #ReadTogether Фантастика
    • #ReadTogether Историческая беллетристика
    • #ReadTogether Young Adult
    • Куратор сообщества: @IdrisGrey
  • сообщество
    • Форумы
    • Награды Watty
    • Напишите
      • Создать новую историю
      • Мои истории
      • Возможности писателя
      • Конкурсы писателей

    Попробуйте Премиум

    Авторизоваться Зарегистрироваться Miracles of Love от reva3596
    Чудес Любви
    Содержание
    • Эмоциональный шантаж

    • Эмоциональное затемнение

    • Встреча

    • Сердце разбито

    • Ревность

    • Решение

    • Свадьба

    • Люблю??! Ненавидеть??!

    • Дом, милый дом

    • Ежедневная рутина

    • Правда

    • Жизнь заново открыта

    • Упущенный момент

    • Объятие

    • Отношения ?!

    .

Добавить комментарий