Ксенофоб это: Ксенофоб — это… Что такое Ксенофоб?

Содержание

Ксенофоб — это… Что такое Ксенофоб?

Ксенофо́бия (от греч. ξένος, «чужой» и φόβος, «страх») — нетерпимость к кому-либо или чему-либо чужому, незнакомому, непривычному. Восприятие чужого как непонятного, непостижимого, а поэтому опасного и враждебного. Воздвигнутое в ранг мировоззрения, может стать причиной вражды по принципу национального, религиозного или социального деления. Также может (редко) трактоваться буквально, как навязчивый страх перед другими людьми, то есть фобия в клиническом смысле.

Определения и словоупотребление

Ксенофобию часто отождествляют с национализмом, однако между этими понятиями есть существенное отличие: приверженцы националистических взглядов не обязательно испытывают негативные чувства к другим нациям, этносам или религиям. С другой стороны, ксенофобски настроенные люди могут называть свои воззрения «национализмом» с целью придания им большей привлекательности. Также ксенофобия в своих конкретных проявлениях граничит и пересекается с шовинизмом.

Авторы фантастических произведений используют этот термин для обозначения боязни или ненависти к обитателям других планет.

Природа ксенофобии

В природе ксенофобии лежит естественный страх перед неизвестным. Зачастую в условиях взаимной информационной изоляции сообществ среди не знающих чужих обычаев людей. Так возникает мнение о варварских нравах этих «чужих», иногда искусственно распространяют недостоверные слухи.

Ксенофобия и психологическое манипулирование

Есть предположение о существующей практике намеренной культивации ксенофобии как проверенного метода управления группой лиц (масштаб и ситуации можно варьировать очень разнообразно). Принцип — объединение общей идеей (создание «образа врага», разжигание ненависти / ксенофобии по отношению к кому-либо) ради достижения своих, иногда внешне неочевидных целей.

Возможно и неосознанное навязывание, передача чувства от одного поколения другому, что может фиксироваться и устно, и письменно, в тех или иных «религиозных книгах» и прочих трудах.

Ксенофобия в наиболее яркой форме иррациональна, но может оправдываться некоторыми логическими доводами. Человек может объяснять свою неприязнь к группе Х тем, что она имеет плохие обычаи Y, а свое негативное отношение к обычаям Y — тем, что их придерживаются плохие люди Х. При этом ни людей Х, ни обычаев Y он может вообще не знать.

При личном знакомстве установки часто меняются к лучшему, люди узнают друг о друге и страх перед неизвестным отступает. Это замечено и на примере антисемитизма, и на примере гомофобии[1].

Предпочитаемые объекты ненависти могут быть разными, некоторые не любят русских, евреев, другие — африканцев, азербайджанцев или американцев. По подсчётам социолога Льва Гудкова, в России вероятность пересечения разных ксенофобских установок составляет 75—80 %, таким образом среднестатистический ксенофоб может избирать в качестве объекта приложения своей ненависти и «чёрных», и евреев, и китайцев, и перуанцев, даже гомосексуалистов или представителей иной субкультуры, достаточно того, что перед ним — чужой (инакомыслящий).

Люди, испытывающие на себе действие ксенофобии, также могут испытывать ксенофобию как к другим представителям преследуемых меньшинств, так и к основной группе, то есть к большинству.

Генетические детерминанты ксенофобии

Ряд этологов указывали на биологическую детерминированность ксенофобии человека. У животных существует явление этологической изоляции — агрессии и неприязни, проявляемой ими по отношению к близким видам и подвидам. Биологическая целесообразность такого поведения — запрет на образование смешанных пар. А различия во внешнем виде и характере поведения представителей различных рас (а зачастую — и субкультур) порой заметно сильнее, чем различия между разными видами (хотя всё человечество является представителем одного вида Homo sapiens).

По мнению В. Р. Дольника, ксенофобия является сбоем генетического механизма, что объясняет её иррациональность и неподверженность рациональным доводам. Самоошибочное функционирование генетической программы также может быть генетически детерминировано. [2]

Примечания

  1. Игорь Кон — «Гомофобия как форма ксенофобии»
  2. Дольник В. Р. Непослушное дитя биосферы. СПб., 2003. С. 72-75

См. также

По народам и странам

Литература

  • Противодействие ксенофобии и этнической дискриминации — М.: Московская Хельсинкская группа, 2006 Ч. 1 ISBN 5-98440-025-X, Ч. 2 ISBN 5-98440-027-8

Ссылки

Wikimedia Foundation. 2010.

Ксенофобия — что это такое простыми словами и кто такие ксенофобы

Обновлено 23 июля 2021
  1. Ксенофобия — это…
  2. Ее истоки
  3. Виды ксенофобии
  4. Ксенофобы в нашей стране
  5. В чем опасность и как с ней бороться
  6. Резюме

Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. Слово «ксенофобия» заняло уверенные позиции в лексиконе политиков, журналистов, телеведущих.

Но даже среди них не все понимают его значение – что уж говорить о «простых смертных» по ту сторону экрана!

Не зная доподлинно, что такое ксенофобия, многие ощущают неприятную ауру, окружающую это словечко. И еще приходит на ум фильм «Чужой», где отважная героиня Сигурни Уивер ведет неравный бой с инопланетными особями, крайне неприятными по внешнему виду и поведению.

Драматическое и актуальное понятие, обязательное к изучению!

Ксенофобия — это…

Греческое по происхождению (ξένος переводится как «чужой», φόβος – «страх»), понятие «ксенофобия» означает восприятие чужого (человека или группы людей) как непостижимого, неприятного, а значит – опасного и враждебного.

Этот термин рассматривают в двух аспектах:

  1. Медицинский. Речь идет о выраженном психологическом дискомфорте при взаимодействии с чужаками. Возникает ступор, тревога, иногда доходящая до панической атаки (что это?).

    Такие люди не комфортно чувствуют себя в толпе, в новом месте или при общении с незнакомцами. Даже в критической ситуации ксенофоб не всегда может переломить себя, обратившись за помощью к тому, кого не знает.

  2. Социальный
    : негативное отношение к общностям, группам или отдельным представителям другого пола, расы, субкультуры (что это?), т. д. Они воспринимаются как эмоционально неприемлемые, враждебные.

Вот «мыслительная цепочка», возникающая в сознании ксенофоба при встрече с чем-то или кем-то чуждым:

  1. Тот, кого я вижу, «не такой», чужак (темнокожий, полный, гей…). Не важно, в чем заключается отличие, ксенофоба пугает сам факт разницы с ним самим, со знакомой и понятной средой.
  2. Я его не знаю, и это опасно. Чего от него ждать? Возможно, последуют неприятности. Поэтому он меня раздражает (вариант: я его ненавижу).
  3. Я его боюсь. Мне нужно защититься от чужака.

Эта незамысловатая цепочка обычно не осознается человеком, возникая в глубинах сознания.

Спусковым механизмом может быть негативный опыт из прошлого, установки, усвоенные с детства, следствие пережитого стресса. Однако во многих случаях сам ксенофоб

не в состоянии объяснить причину происходящего.

Можно сказать, формулируя простыми словами, что ксенофобия – это такое состояние страха, иррациональное и слабо контролируемое.

Возникает «букет» негативных эмоций (неприязнь, отторжение, неприятие, ненависть, т.д.) по отношению ко всему, попадающему под категорию «чужого». Естественный страх перед неизвестностью перерастает из обычной осторожности в нетерпимость.

Истоки ксенофобии

Во всех людях XXI века, продвинутых пользователях Всемирной паутины и всяческих нано-техно-гаджетов, сохранились встроенные биологические механизмы – своеобразное программное обеспечение времен каменного века.

На заре истории человечества все непонятное, отличающееся от привычного, вызывало боязнь, рисуя в воображении образ Бабайки. А непонятным для пещерного человека было многое, поэтому страхи и неприязнь множились и откладывались на уровне инстинктов.

Особенно пугало появление чужаков. Оно несло угрозу устоявшемуся образу жизни, означало битву за территорию или ресурсы, подобную той, что разыгралась на корабле «Ностромо» в фильме «Чужой».

Даже миролюбиво настроенные чужаки могли принести с собой микроорганизмы, губительные для здоровья аборигенов (из-за отсутствия антител к ним). С ними приходилось делить источники пропитания – и без того скудные. Внедряясь в общество, незваные гости приносили с собой перемены, выбивали из зоны комфорта.

Среди ученых есть мнение, что ксенофобия – это форма архаической защиты народа, проявление инстинкта самосохранения.

Одна из современных причин ксенофобии – это глобализация (процесс всеобщей унификации и интеграции). Она порождает боязнь утраты национальной, культурной идентичности, вынуждает выстраивать стену между своими и чужими.

Виды ксенофобии

Ксенофобия проявляется двояко:

  1. В скрытой форме. Добропорядочная пенсионерка может испытывать неприязнь к соседке, обладательнице малолитражки Киа Пиканто, провокационного гардероба и собачки чихуахуа.

    Вроде бы нет явного повода не любить эту симпатичную девушку, но ведь раздражает! Пенсионерка не проявляет открытой агрессии, ограничиваясь общими фразами на тему морального облика таких вот дамочек.

  2. Открытая ксенофобия, отличающаяся агрессивностью, направленной на чужаков. Порождает дискриминацию, насилие, экстремизм.

    Тот случай, когда хозяйка чихуахуа, покидая поутру квартиру, замечает под дверью горку мусора, а на пыльном стекле припаркованного во дворе Киа Пиканто – надпись оскорбительного содержания. Соседка-пенсионерка перешла в открытое наступление.

По объекту, на который направлена неприязнь, различают такие виды ксенофобии:

  1. Расовые и этнические. Выражаются в антипатии к представителям другой расы, этноса (расизм, антисемитизм, синофобия).
  2. Религиозные, направленные на носителей иной веры (например, исламофобия).
  3. Неприязнь к группам, отличающимся по физическим, социальным, культурным, материальным и тому подобным признакам. Примеры: гандикапизм (нелюбовь к людям с ограниченными возможностями здоровья, сексизм – предвзятое отношение по половому признаку, эйджизм – антипатия к определенным возрастным группам).
  4. Территориальные. Характеризуются ненавистью к любым чужакам, вторгшимся на территорию, которую ксенофоб считает собственной. В широком смысле это антипатия к иностранцам, мигрантам, в узком – взаимная неприязнь между местными территориальными группировками, причина уличных разборок.

Разные виды ксенофобии часто пересекаются, сливаясь в единое целое.

Ксенофобы в нашей стране

Даже в государстве, где интернационализм был возведен в ранг официальной идеологии, ксенофобия (а так же национализм) была и остается острой темой.

Во времена СССР культивировался образ внешнего врага и недоверие ко всему чужому. В разные периоды это были купцы, дворяне, «кулаки», священнослужители, представители неугодных партий и движений.

Мысль о том, что вокруг чужаки, внедрялась в массовое сознание с детства. Яркая иллюстрация такого «воспитания» – стихотворение Сергея Михалкова о советском пионере, которому приснился кошмарный сон: он находится на палубе иностранного парохода, плывущему в другую страну, а вокруг – американцы.

Пионеру страшно, он порывается бежать, мечтая об одном: вернуться в СССР. От кошмара его спасает звонок будильника.

Контакты с иностранцами ограничивались, браки с ними были нежелательны. С декларируемой дружбой народов тоже не все «клеилось». Антисемитизм, «неблагонадежные», а потому переселенные народы (крымские татары), титульные и нетитульные нации – это давало почву для проявлений ксенофобии.

После распада СССР неприятие чужаков усилилось, и объектом нелюбви №1 на постсоветском пространстве стал «старший брат» – русское население, на которое возложили ответственность за прошлые и настоящие трудности. Особенно ярко это проявилось в странах Балтии, в Украине, Молдове, Закавказье.

Мощный толчок ксенофобии дала война в Чечне и возросшая опасность международного терроризма. Постепенно объектами неприязни стали мигранты, воспринимаемые как носители чуждой культуры и нежелательные конкуренты.

В чем опасность ксенофобии и как с ней бороться

Все виды ксенофобии несут деструктивное начало. Они провоцируют деление по разным признакам и критериям, порождают вражду, ведь враждебность к чужакам проявляется не только на словах.

Агрессия (вплоть до убийств) по отношению к иностранным студентам и мигрантам, вооруженные столкновения на религиозной почве, нацистские призывы – вот последствия этого явления.

На почве открытой ксенофобии может зародиться экстремизм – это приверженность к крайним мерам в решении проблем с испытываемой неприязнью и страхом.

Ксенофобию культивируют экстремистские ультранационалистические группы, причем за якобы спонтанными ее проявлениями часто стоят политические силы.

Как бороться с этой «болезнью», которой подвержено большинство?

  1. Изучать неизвестное – культуру и особенности других народов, групп людей, т. д. Чтобы избавиться от страха и неприязни, нужно узнать «врага в лицо».
  2. С малых лет воспитывать толерантность (что это?) и понимание того, что люди разные – по цвету кожи, весу, интересам и убеждениям.
  3. Разъяснять разрушительную природу ксенофобии, осуждая ее проявления.
  4. Неконтролируемые панические атаки, выраженный дискомфорт при контактах с незнакомцами требуют помощи психотерапевта и психолога.

Невозможно запретить ненавидеть людей с другими привычками, вероисповеданием, цветом кожи. Профилактика ксенофобии призвана сгладить иррациональный страх, не позволяя ему трансформироваться в крайние формы.

Резюме

Ксенофобия – это устаревшая биологическая программа, требующая обновления.

Люди XXI века живут в иных условиях, нежели их пещерные предки, и это не космическое судно «Ностромо», где кровожадные Чужие подстерегают на каждом углу. Однако эволюционные изменения не происходят молниеносно, поэтому спонтанно возникающее «ощущение чужака» при виде другого цвета кожи или разреза глаз не исчезнет в одночасье.

Противовес этому атавизму – современные общественные, культурные, образовательные установки. И тогда враждебный Чужой превратится в Другого, который может быть не только врагом, но и Партнером, Собеседником. Не иначе как сюжет для фильма «Чужой. Перезагрузка»!

Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru

Эта статья относится к рубрикам:

РСМД :: Психология ксенофобии

Расизм по-американски

В социальной сети «Вконтакте» обосновались американские неонацисты – сообщество Daily Stormer («Ежедневный штурмовик»). Оно насчитывает примерно полторы тысячи человек, каждый день они публикуют ксенофобские и/или антисемитские материалы. К сожалению, мне не удалось добиться от администрации социальной сети удаления или блокировки этого сообщества, и оно продолжает действовать.

Мне представляется это интересным поводом поговорить о политической психологии ксенофобии и о том, как это влияет на социум и политический процесс.

Американские психологи давно разработали любопытный тест, замеряющий уровень расовой толерантности. Афроамериканским детям предлагают на выбор два вида кукол – белый и черный. В 1950-х годах дети стабильно выбирали белых кукол. Эти эксперименты повторялись несколько раз и спустя десятилетия картина начала меняться – темнокожие дети стали выбирать темных кукол. Дело в том, что детские игрушки – это, говоря психологическим языком, детское «Я-фантастическое». В 1950-х годах уровень агрессии к афроамериканцам был настолько высок, что дети, сами того не понимая, хотели быть белыми.

Как показали тесты, ситуация в некотором роде изменилась. Но это видно и невооруженным глазом. Афроамериканец может занять кресло главы государства. В публичной сфере США почти не осталось предрассудков. Но они сохраняются на бытовом уровне – как показывают тесты, люди готовы ехать в одном вагоне с темнокожим пассажиром, но до сих пор не готовы танцевать с темнокожим партнером на вечеринке. Американское общество готово позволить «чужим» действовать в публичной сфере, но не готов допустить их к своему телу.

Источник: thehumanion

Более того, исследования показывают, что американское общество по-прежнему связывает тип кожи и предрасположенность к насилию. Это иллюстрируется следующим экспериментом: одной группе показывают ролик, где белый толкает афроамериканца, другой группе испытуемых показывают ролик, где афроамериканец толкает белого. В первом случае большинство испытуемых решает, что речь идет о «дружеском тычке» (87% респондентов), в то время как во втором случае испытуемые усматривают акт насилия (73% респондентов). Разумеется, подобное отношение имеет серьезные импликации для практики вынесения судебных приговоров – в США темнокожего подсудимого скорее признают виновным в насильственном преступлении, чем белого.

Корни ксенофобии

Достаточно интересным представляется вопрос о социальных и психологических корнях ксенофобии, расизма и неонацизма.

Одним из очевидных социальных источников расовых предрассудков является социальное неравенство как таковое. Предрассудки оправдывают сложившийся порядок вещей и закрепляют его. Как пишет известный социальный психолог Дэвид Майерс, «скажите мне, какие экономические отношения связывают две группы, и я предскажу межгрупповые установки». Предрассудки оправдывают социальное и экономическое превосходство одной группы над другой. А афроамериканцы являются одной из самых низкооплачиваемых групп населения в США.

Говоря о психологических корнях расизма, следует перечислить такие механизмы, как социальная идентификация, категоризация и атрибуция.

Начем с социальной идентификации. Нам свойственно постоянно идентифицировать себя с какой-то социальной группой. Таким образом, мы отвечаем себе на вопрос, кто мы такие. Как пишет социальный психолог Джон Тернер, «стремление позитивно оценивать собственную группу объясняется желанием позитивно оценивать самого себя». Этот психологический феномен называется предрасположенностью в пользу своей группы. Особенно сильна эта предрасположенность у небольших социальных групп с низким социальным статусом – именно поэтому расиста скорее можно встретить среди низкоквалифицированных рабочих, нежели руководителей транснациональных компаний.

Из этого следует интересный вывод: когда человек жертвует собой во имя социальной группы, это на самом деле не совсем альтруистический поступок. Дело в том, что он жертвует собой для сохранения своей социальной идентичности. Жизнь в мире, в котором он не может ответить на вопрос «кто я?» для него невыносимее, чем смерть.

Таким образом, низкий социальный статус группы является фактором, который предрасполагает к агрессии и предрассудкам в сторону «чужих». Ученые в Вашингтонском университете в 1982 году провели любопытный эксперимент. Несколько групп мужчин смотрели интервью с женщинами. И чем ниже была самооценка мужчины, тем агрессивнее он реагировал на появление в кадре успешной женщины.

Второй психологический механизм, подпитывающий расизм и ксенофобию – это фрустрация. Этот вопрос был рассмотрен многочисленными политологами, социологами и социальными психологами. Экспериментально это идея была подтверждена следующим образом: к группе студентов, которые торопились на интересное шоу, подходил экспериментатор и спрашивал об их отношении к японцам и мексиканцам. Их ответы были намного жестче и агрессивнее по сравнению с контрольной группой (теми, кто никуда не спешил).

В-третьих, необходимо упомянуть такой психологический механизм, как категоризация. Категоризация – это упрощенное распределение любой новой для индивида информации по существующим в его сознании категориям. Эволюционно, категоризация позволяет получить максимум новых сведений при минимуме когнитивных усилий. Но достаточно часто категоризация бывает слишком общей. К примеру, так называемый механизм спонтанной категоризации по расовому признаку. Увидев выходца из Африки, мы в первую очередь думаем о цвете его кожи, и только потом – о роде занятий, образовании и т.п., хотя эти признаки намного важнее, чем цвет кожи. Следствием категоризации является эффект «однородности чужой группы», когда чужие кажутся единым конгломератом с общими целями и интересами. К примеру, я регулярно обращаю внимание, что мои студенты думают об американском политическом классе как о «едином целом», не понимая, сколь разнообразны повестки различных групп интересов.

Также следует сказать, что категоризация приводит к поиску иллюзорных взаимосвязей. Например, когда появилась информация, что Марк Чепмен, убивший Джона Леннона, лечился у психиатра, СМИ сразу стали вспоминать других стрелков с психологическими проблемами и выстраивать вокруг этого нарратив. Таким образом, если преступление совершает афроамериканец, общество начинает искать взаимосвязь между его цветом кожи и склонностью к насилию, что лишний раз подпитывает ксенофобию. Если аналогичное преступление совершает белый, то ничего подобного не происходит.

В-четвертых, следует сказать про фундаментальную ошибку атрибуции – давно исследованный механизм, имеющий огромное значение для политической психологии. Фундаментальная ошибка атрибуции заключается в переоценке личностных факторов (внутренних факторов, которые движут человеком) и недооценке ситуативных факторов. Иными словами, наше внимание приковано к самим людям, а не к окружающих их условиям. Поэтому негативные поступки «чужой» социальной группы коллективная психика объясняет, ссылаясь на саму психологическую природу этой социальной группы, рассуждая о том, что ее представителям свойственна, например, излишняя агрессивность. Любопытно, что негативные действия своей социальной группы объясняются через призму обстоятельств («нам пришлось так поступить»).

Расизм и ксенофобия остаются острой проблемой для американского общества, да и для мирового сообщества в целом. Помимо очевидной аморальности, эта идеология также наносит конкретный экономический вред, когда, к примеру, талантливые представители дискриминируемых сообществ не могут получить необходимую работу, заключить бизнес-контракт и т.п.

«Ксенофобия досталась нам от наших животных предков» Почему так сложно понять и принять тех, кто не похож на нас: Общество: Россия: Lenta.ru

Приток мигрантов в той или иной мере беспокоит 75 процентов россиян, а более половины считают, что в их регионе следует ограничить въезд переселенцев и гастарбайтеров. Более трети опрошенных заявили, что у них в городе возникали конфликты с приезжими другой национальности, а четверть и вовсе опасается столкновений на национальной почве. Таковы результаты социологических исследований, проведенных Фондом общественного мнения и «Левада-центром» за последние четыре месяца. Следует ли из этого, что как минимум половина наших соотечественников — ксенофобы? Почему людям бывает так сложно принять чужую культуру и традиции? И где проходит грань между настороженным отношением к чужакам и ненавистью к инородцам? На эти вопросы «Ленте.ру» ответил заместитель директора Института психологии РАН, доктор психологических наук, специалист в области социальной психологии Андрей Юревич.

«Лента.ру»: Ксенофобия свойственна человеку?

Юревич: Если мы говорим о человеке вообще, то в какой-то мере да. Я бы определил ее как некий рудимент. Считается, что ксенофобия досталась нам от наших животных предков. В животном мире основная форма взаимоотношений между видами — борьба за выживание. Другие виды — это либо еда, либо угроза. Перестав быть животными, люди не прекратили борьбу за выживание. Просто межвидовое взаимодействие сменилось международными отношениями.

Андрей Юрeвич

Фото: Peter J / Wikipedia

Что такое ксенофобия сегодня?

Ксенофобия — достаточно широкое понятие, включающее в себя и расизм как наиболее радикальную форму нетерпимости к другим расам. В целом же ксенофобия определяется, например, в «Википедии», как «страх или ненависть к кому-либо или чему-либо чужому, незнакомому, непривычному; восприятие чужого как непонятного, непостижимого и поэтому опасного и враждебного». То есть это экстремальное проявление тех отношений, которые в более умеренном виде выглядят вполне естественно. Умеренная настороженность к чужому, незнакомому и малопонятному может быть вполне разумной, но, доходя до крайности, принимает иррациональные и социально неприемлемые формы, присущие ксенофобии.

Ксенофобия в мире животных

Отношение к человеку меняется, только потому что он другой?

Не только. На протяжении большей части истории человечества основной формой взаимодействия народов была война, а чужие народы воспринимались как источник потенциальной угрозы. Это отложилось в исторической памяти.

Стоит ли удивляться русофобии тех народов, которых мы, как, например, поляков, регулярно завоевывали? А полностью отделять прошлое от настоящего, видеть настоящее совершенно не затуманенным тенями прошлого далеко не все способны. И вообще имперский способ формирования государств оставляет глубокий след в исторической памяти народов, входивших в состав империй.

Но дело же, наверное, не только в истории…

Да, часто играют роль и современные взаимоотношения между народами. Они складываются не всегда гармонично. К тому же есть еще миграция, а она становится сегодня одним из главных факторов, стимулирующих ксенофобию в Европе. Огромная армия мигрантов пугает коренное население. Пришлые народы — носители другой культуры, как правило чуждой, и другого менталитета, сильно отличающегося от менталитета европейцев. В мигрантах видят претендентов на рабочие места, приписывают им вытеснение коренного населения, нарушение его культурных норм и так далее. В России мы сегодня сталкиваемся примерно с той же проблемой. Усиление миграции неизбежно обостряет межнациональные отношения.

А сами мигранты как относятся к коренному населению?

По-разному, но, как правило, если тебя не любят, то формируется негативное отношение к тем, кто тебя не любит. А ненависть порождает встречную ненависть.

В России масштабы миграции все же не такие, как в Европе.

Материалы по теме

08:55 — 7 апреля 2015

Мигрантов меньше не станет

Социологи и исследователи миграции анализируют, как экономический кризис отразился на миграционных потоках в Россию

Да, но миграцией причины ксенофобии тоже не исчерпываются.

Еще один фактор — неудовлетворенность народа своим положением.

Если народ живет плохо, то свои неурядицы ему проще всего объяснить внешними факторами, в частности, влиянием других народов, и необязательно мигрантов. Если в одном государстве какие-то народы живут лучше, а какие-то хуже, то у последних всегда есть соблазн возложить ответственность за свои невзгоды на более благополучных сограждан. Здесь, к слову, кроется одна из основных причин антисемитизма. Во всех странах, где живут евреи, их уровень жизни, как правило, выше, чем у коренных этносов. И представители этих этносов часто начинают думать, что живут хуже, чем им хотелось бы, потому что все хорошее прибрали к рукам евреи.

Подобные бытовые формулы нередко используются и политиками. Это очень удобно для власти, помогает отвлечь внимание от собственных просчетов. Наглядный пример — Украина. Русские и Россия воспринимаются на Украине как одна из основных причин того, что страна пошла не по тому пути и не стала процветающей европейской державой. Все неудачи Украины списываются на то, что она развивалась в контексте русской культуры. Отсюда — русофобия.

Фото: Петр Задорожный / РИА Новости

Ну, Россия в этом смысле от Украины недалеко ушла.

Да, и у нас такой опыт имеется.

В советские времена вина за наши трудности часто списывалась на США и другие западные страны. Доля правды в этом тоже была, потому что на гонку вооружений тратились огромные средства, которые могли пойти на повышение уровня жизни населения. Вообще идеологические стереотипы, как и любые стереотипы, устойчивы, потому что в них всегда есть доля истины.

Зато с внутренней ксенофобией в СССР практически не сталкивались.

Сталкивались, но в очень мягких формах, не сопоставимых с нынешними. Отношения, как тогда говорили, в «братской семье народов», конечно, не были совсем безоблачными, но сколь-либо острых национальных конфликтов не возникало. В условиях тоталитарного режима любые попытки разжигания межнациональной вражды жестко пресекались. К тому же не было таких миграционных потоков внутри страны. Да и вообще народы СССР добрее относились друг к другу, для чего были различные предпосылки.

В России сегодня чаще говорят о ксенофобии именно в отношении национальных меньшинств. Русским вообще свойственна нетерпимость, расизм, национализм?

Материалы по теме

15:23 — 20 января 2015

00:08 — 14 октября 2014

«Вы нам не указ!»

Откуда у россиян мигрантофобия и когда ждать восстания гастарбайтеров

Если мы говорим о русском этносе в целом, то я не думаю, что русским можно приписать какой-то природный расизм, то есть враждебное отношение к другим расам. Что же касается национализма, то это более сложное понятие. У него есть и позитивная составляющая — любовь к своему народу и своему отечеству, гордость за свою национальную принадлежность, и в этих качествах он сродни патриотизму. Эти черты свойственны русскому народу, и ничего плохого тут нет. Даже наш президент в этом контексте назвал себя националистом и сказал, что нам нужен здоровый национализм. Другая составляющая национализма — нетерпимость, ненависть к другим народам. Если это преобладает, то национализм переходит в свою крайнюю степень — шовинизм. По-моему, русским это несвойственно.

Вообще националистические проявления присущи разным народам и возникают главным образом из столкновения носителей сильно различающихся культур. Тут на первый план выходит не столько национальная нетерпимость, сколько неприятие чужого, противоречащего принятым у коренного населения моделям жизни, нравственным принципам и традициям. Отторжение чужих культурных моделей сопровождается отторжением и их носителей.

Фото: Василий Шапошников / «Коммерсантъ»

Подобно тому, как иммунитет отторгает чужеродные клетки, даже если это клетки донорского органа?

Можно, наверное, и так сказать. В ксенофобии есть составляющая, связанная с самосохранением народа. С сохранением его целостности, образа жизни, менталитета и так далее. Но в то же время, если проявляется категорическое отторжение всего чужого, это говорит о слабости традиций самого народа. Так что я бы сформулировал эту мысль иначе. Сильный иммунитет заключается не в отторжении, а в способности ассимилировать другие этносы и их культуры, при этом сохраняя свою собственную культуру и идентичность. Примерами могут служить такие совершенно различные страны, как Российская империя и Соединенные Штаты Америки, чьи успехи во многом были обусловлены взаимодействием и взаимной ассимиляцией разных культур.

Правда, в США торжеству толерантности предшествовало истребление индейцев и линчевание чернокожих…

Да, именно такой прежде была американская модель «ассимиляции». Но затем ей на смену пришла другая модель — по крайней мере, внешняя политкорректность. Теперь если, например, какой-нибудь профессор позволит себе во время лекции неполиткорректные высказывания по национальному или расовому вопросу, его в тот же день уволят с работы. А когда проводятся опросы среди белых американцев относительно их отношения к черным, подавляющее большинство проявляют полную толерантность.

Пекарня в Детройте, штат Мичиган

Фото: Rebecca Cook / Reuters

Под страхом увольнения и не такое скажешь. Но ведь это же лицемерие.

Во многом так оно и есть. По наблюдениям американских психологов, те белые, которые в прямых ответах выражают полную толерантность к цветным, хлеб, однако, предпочитают покупать в лавках, принадлежащих белым и обслуживаемых белыми. То есть на уровне подсознания у граждан «самой толерантной страны», возглавляемой темнокожим президентом, все равно сохраняются установки: «свой — чужой». Мол, да, цветных мы любим, но хлеб будем покупать у белых. Это говорит о глубокой укорененности в «толерантном» человеке некоторых форм ксенофобии.

Приятный миф ксенофобии — Ведомости

Архаическое сознание, сложившееся в сообществах сел, деревень, поселков, где все «свои», не может обходиться без обычая в своих бедах винить «чужих», ругать их и стремиться от них отгородиться. Здесь ксенофобия, чужебоязнь – норма. В больших городах круг «своих» сужается до немногих лично знакомых – родственников, друзей, а роли вредоносных чужих получают некие враждебные силы, находящиеся «там», за далеко отодвинутыми рубежами. Те же, с кем постоянно приходится контактировать на улицах, на работе, на стадионе, – это некие не свои, но и не чужие, просто люди. Здесь норма – принципы равноправия, интернационализма, космополитизма.

В массовом сознании общества, совершающего исторический переход от жизни деревенской к городской, сосуществуют в тесном переплетении обе системы взглядов. На разных стадиях этого перехода и высокоурбанизированный Запад, и стремящийся в его города Восток. В этом переходе где-то посередине и мы.

Если для традиционного сознания естественно валить всякую вину на «чужих», то сознание якобы современное оформляет эти стремления в казенные, выглядящие прилично формулы типа «иммигранты увеличивают уровень преступности». Полностью с этим согласны не очень многие (26%). Но и сказать: «Я совершенно с этим не согласен», – решаются не более 3%. Основное же состояние нашего массового сознания в подобных вопросах – некий туман неприязни, частично оформленной в эту претензию.

Другой распространенный аргумент, также с виду респектабельный, касается рабочих мест. Дело, мол, не в том, что мы не любим «черных» или «таджиков», просто они отнимают у нас рабочие места. При всей его внешней убедительности этот аргумент многие стеснялись выдвигать. Ведь известно, что делать ту черную работу, которую делают приезжие из Азии, у нас не хочет никто. Иногда говорят: надо платить за нее как следует, тогда и наши пойдут. Случавшиеся эксперименты показывают, что и это не так. Но главное в другом. Если за все эти дешевые работы вроде строек и уборки улиц начать платить дорого, это разом повысит стоимость жизни в наших городах так, что она станет нам самим не по карману. Но такой угрозы нет, наши работодатели продолжают эксплуатировать дешевую рабочую силу. При этом они в тени.

Обвинение «иммигранты отбирают рабочие места у россиян» направлено против иммигрантов. Этот миф, как было сказано, облекает в рациональную форму иррациональные по природе массовые эмоции и представляет дело так, будто бы претензии эти основаны на фактах. Между тем опрос показывает, что те, у кого или таких рабочих мест вовсе нет, например домохозяйки, или те, кому конкуренция гастарбайтеров не угрожает, например специалисты, выступают с этим тезисом в 1,3 раза чаще, чем люди рабочих профессий. При том что гастарбайтеры почти исключительно мужчины, о том, что они занимают «наши» рабочие места, более мужчин негодуют женщины. К счастью, негодованием дело в основном и ограничивается. 84% россиян считают, что столкновения на национальной почве у них в округе не возможны.

Автор – руководитель отдела социокультурных исследований «Левада-центра»

Причины и смысл ксенофобии

Виктор Ерофеев: Сегодня у нас в гостях — главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей, директор Информационно-аналитического центра «СОВА» Александр Верховский и писатель Анатолий Королев.

Тема нашей передачи – «Причины и смысл ксенофобии». Мы поговорим о том, почему и как люди, понимая или не понимая, что они делают, наносят обиды, приносят урон совести, нервам и всему чему угодно тех людей, которых они считают чужими или иностранцами, или тех, которых они не признают за людей вообще. Эта тема трагическая, эта тема драматическая и очень актуальная. Она совершенно не обязательно связана только с нашей страной, хотя ксенофобия, конечно, в нашей стране – это факт. Но мне кажется, что проанализировать вот эту драматическую тему давно уже настала пора и в нашей передаче «Энциклопедия русской души».

У нас в гостях Александр Верховский. Вот такой есть Информационно-аналитический центр «СОВА», который недавно… Вот передо мной лежит книжка, которая называется «Язык вражды против общества». В этой книге есть разные статьи. И давайте мы сейчас с Александром определимся, во-первых, что это такое — Информационно-аналитический центр «СОВА», и во-вторых, в чем смысл вот этой книги «Язык вражды против общества». Так что же это такое — Информационно-аналитический центр «СОВА»?




Александр Верховский

Александр Верховский: Это неправительственная организация, которая занимается исследованиями в первую очередь по темам национализма, ксенофобии, соответственно, а также религиозно-общественных коллизий всевозможных. И в частности, чему посвящена эта книга – это проявление этнической и религиозной интолерантности в массмедиа, откуда она во многом происходит, эта интолерантность, но и где она отражается тоже, поскольку это взаимосвязанный процесс.


Виктор Ерофеев: Понятно. А если говорить конкретно про эту книгу «Язык вражды против общества», то что значит именно «против общества»? Это как понять? Имеется в виду наше многомиллионное и многонациональное общество или это что-то другое?


Александр Верховский: Наверное, оно. То есть понятно, что если человек испытывает вражду не ко всему обществу, а выражает ее по отношению к какой-то конкретной группе, которую он не любит, или к 25-ти конкретным группам, которые он не любит…


Виктор Ерофеев: А какой самый главный вопрос стоит в России в связи с ксенофобией на сегодняшний день? Где обожжены или где, наоборот, воспалены вот эти проблемы, в какой области?


Александр Верховский: Честно говоря, устанешь перечислять. По-моему, это везде так или иначе. Это касается очень много всего – и образования, и массмедиа, и радикальных группировок, и государственной политики. То есть куда ни посмотри, в общем-то. Поэтому тема наших занятий в Центре как-то расширяется все время.


Виктор Ерофеев: Тема наших занятий сегодня неисчерпаема.

И нам позвонил Александр из Москвы. Здравствуйте.


Слушатель: Здравствуйте, господа. Вот у меня есть вопрос о причинах ксенофобии в свете личности Адольфа Гитлера. В свое время Гитлер хотел поступить в Венскую академию художеств и выучиться на художника или архитектора. И если бы он, действительно, там выучился, ну, стал бы он архитектором, вел бы вполне приличный, буржуазный образ жизни и не стал бы фюрером со всеми вытекающими отсюда последствиями. И тот же Гитлер во время Первой мировой войны, вернее, уже после нее писал, что «я очень мало что знал о евреях. Мне только не нравилось, что они всегда пропихивают и защищают своих, и не важно – плохой это человек или хороший, талантливый или бездарный, виновный или невиновный. Как-то мне пришло в голову подсчитать, сколько евреев я видел на передовой в окопах и сколько видел в тылу на разных «теплых» местах. И я поразился, как мало было первых и как много вторых». И вот вопрос в связи с этим. Если бы венские профессоры, о которых Гитлер говорил, что большинство из них были евреями, отнеслись внимательнее к бедному парню Адику из австрийского захолустья, проявили бы поменьше снобизма, и если бы, с другой стороны, евреи в массовом порядке ринулись бы в окопы во время Первой мировой войны, то никакой Гитлер не мог бы утверждать обратного, потому что это было бы неправдой.


Виктор Ерофеев: Понятно, Александр. Хорошо. Спасибо вам за вашу точку зрения.

А вот мы как раз и спросим вашего тезку Александра Верховского, что он думает по вопросу, который вы задали.


Александр Верховский: Я, честно говоря, не знаю, сколько австрийских евреев было в окопах в Первую мировую войну, просто не в курсе. Но я думаю, что австрийские профессоры того времени могли бы объяснить несчастному пареньку Адику, что он что-то не то считает. Что дело не в процентном соотношении каких-то групп, которые где-то находятся… а они попадали в окопы, надо полагать, по профессиональному признаку, потому что кто-то освобождался от призыва, допустим. Я не знаю, как была устроена армия в Австрийской империи. Никакой политики специального покровительства евреям, вероятно, империя не производила. И если бы кто-то ему это своевременно объяснил так, чтобы он понял, может быть, с его личной биографией и обошлось бы.


Виктор Ерофеев: Но Александр утверждает,- и мне кажется, что в этом есть какой-то смысл, раз мы говорим о смысле и причинах ксенофобии, — что ксенофобия и ущербность человеческая – это вещи взаимосвязанные. Это так?


Александр Верховский: Ну, у каждого человека есть какая-то ущербность. Но не каждый превращает ее именно в это.


Виктор Ерофеев: Не каждый свою ущербность превращает в ненависть или в нелюбовь к другим. Ведь когда мы говорим о ксенофобии, тут же дело не только в том, что кто-то не любит другой народ или иностранцев. Ксенофобия – это вообще нелюбовь к чужому, к тому, что иначе растет. Вот груша может быть ксенофобна по отношению к яблоне и так далее. Ведь вопрос в том, насколько мы позволяем в силу нашего воспитания (кстати, Александр об этом тоже говорил) и образования допустить существование на Земле чего-то другого.

И ксенофобия, как мы ее сейчас рассматриваем, — это, в общем-то, явление, которое в разные эпохи, наверное, звучало по-разному. Потому что совсем еще недавно, вы все знаете, Марк Твен мог элементарно издеваться над индейцами, что сейчас вообще просто в Америке не только не принято, а это кажется невероятным. И мне иногда кажется, что у нас в стране немножко… мы как-то подзапоздали, и если на фоне общей цивилизации или внутри общей цивилизации принято уже как-то аккуратно обращаться со словами, то иногда у нас… Вот побудешь там – там все так аккуратненько, это не значит, что все друг друга любят, но там аккуратно. А здесь – «Бах! Бах!» — слова… Вот этот язык вражды, он прямо взрывается один за другим. И это считается нормальным. И мне кажется, что это отставание и, с другой стороны, действительно, разочарование, ущербность – это очень важные вопросы, важные причины, по которым у нас возникают эти недобрые чувства.

Я лично, честно говоря, большой враг ксенофобии, и я побывал в разных странах, и повидал разный люд, разный народ, и я считаю, что нет плохих народов – это понятно, это аксиома. Но кроме того, чем человек менее образованный, более дурной, злой, тем больше у него неприятных чувств по отношению к другим народам. Вот добрый, светлый человек, он таких чувств, по крайней мере в сегодняшнем мире, не испытывает или не должен испытывать.

Даниил, вы согласны со мной? Вот я целую речь произнес.




Даниил Дондурей

Даниил Дондурей: Конечно, согласен. Мне кажется, что ксенофобия объясняется не тем, о чем говорил радиослушатель, по поводу того, что «а вдруг произошел бы какой-то случай – и у Гитлера была бы другая личная судьба». Мне кажется, это просто очень легкомысленная интерпретация истории, процессов, которые идут. Тогда бы кто-то арестовал Ленина или не так запломбировал бы вагон на деньги… по инициативе Парвуса, и так далее – и тогда бы не было Сталина, ГУЛАГа. Ну, это все не так.

Мне кажется, что ксенофобия связана всегда с картинами мира, которые запрограммированы интерпретаторами в сознании людей – каждого конкретного человека и миллионов людей. Безусловно, это связано с некими рудиментами феодального сознания, потому что вот эта жизнь в границах, жизнь со «своими»…


Виктор Ерофеев: Изоляция, самоизоляция.


Даниил Дондурей: …изоляция, такой культ границ…


Виктор Ерофеев: Это мне очень близко. Я очень хорошо вас понимаю. Вот этот культ границ, он и порождает ненависть к тому, кто там, за бугром, за границей.


Даниил Дондурей: Да, безусловно.


Анатолий Королев: Или кто эту границу переходит.


Даниил Дондурей: А это ведь много границ. Это границы не всегда географические и территориальные.


Виктор Ерофеев: И даже не всегда государственные.


Даниил Дондурей: Да. То есть огромное количество разного рода границ. Поскольку феодальное сознание, оно требует отгороженности, и человек должен быть помещен в определенную клетку, и не дай Бог ее покинет. И все протестантские, буржуазные революции как раз были с этим связаны.

Поэтому ксенофобия – это способы консервации прошлого, очень сильные способы. Они позволяют компенсировать людям, действительно, многие вещи, связанные с их неумениями, или с неумениями правителей, или легкостью элит. Легче же найти себе врага, представить его, привести, закрыть себя вместе в одном пространстве с этим врагом – и тебе становится легче жить. Поэтому тот факт, что у нас сегодня (уже скажу как социолог) данные, может быть, рубежа 2006 и 2007 годов – 58 процентов населения страны в той или иной степени испытывают эти чувства – от очень резких, связанных с тем, что они не хотели бы работать вместе с инородцами, иноверцами и так далее, до таких аккуратных «выгнать с рынков» и так далее. И начинают заводить президента страны на эту тему, и он начинает неосторожно и совершенно непродуктивно… и премьер-министр начинает выполнять это. Все прекрасно понимают, что это все переорганизуется, на самом деле никаких изменений не произойдет, что азербайджанцы торгуют лучше, чем бабушки… Ну, понятно. На самом деле речь идет не о бабушках и не об азербайджанцах, и не о премьер-министре, а речь идет о том, что у нас сохраняются, транслируются, подпитываются невероятной мощи культурные матрицы прошлого, которые, во-первых, не изжиты, которые подморожены, которые всегда быстро оживут, и ими легко воспользоваться, поскольку они загораются мгновенно. И для потрясающих ораторов, которым нечего другого предложить, они начинают работать как солдаты.


Виктор Ерофеев: Вот вы знаете, действительно, эта тема заставляет людей и думать, и вот так серьезно высказываться. Мне очень важно то, что вы сказали, Даниил. Во-первых, я могу даже открыть секрет, что для меня эта тема границ – это моя актуальная сейчас литературная тема. Моя книжка, которая будет сейчас выходить, она называется «Нарушитель границ».


Даниил Дондурей: Это такая идеологема – «нарушитель границ»…


Виктор Ерофеев: Об этом мы еще поговорим. Но давайте послушаем Александра из Петербурга. Здравствуйте.


Слушатель: Здравствуйте. Если вы внимательно следите и наблюдаете за русской ксенофобией, то вы должны были заметить, что она имеет специфический характер. Как правило, она носит антикавказский и антиазиатский характер. И претензии должны быть не к нам, а к этим народностям. Давайте менять акценты. По сути, у них другой менталитет, культура. Они, действительно, чуждые нам. И в обществе возникает естественный протест, в нашем обществе. То есть я хочу сказать, что не мы должны перевоспитываться, а тот, кто к нам едет. Вот и все. Спасибо.


Виктор Ерофеев: Понял. Спасибо, Александр.

Вот тут в студии Александр развел руками, пусть тогда и объяснит, почему развел руками.


Александр Верховский: Прозвучала классическая формула, объясняющая, почему мы их должны не любить – «они не такие». И понятно, что все люди разные, вообще все люди разные. И корень зла в некотором роде заключается в том, что человек объединяет некое подмножество других в некую группу в силу своего разумения и на нее уже проецирует вот эти свои ксенофобные чувства. Почему звонивший выделяет так именно людей с Кавказа, из Средней Азии, по-моему, он сказал? И не он один такой. Это вполне соответствует представлениям о том, кого не любят многие. Что это такое? Это такая массовая ошибка стереотипизации. Бывает, кстати, такая не только негативная, но бывает и позитивная тоже стереотипизация. И она всегда ошибочна, как и любая стереотипизация. И здесь виноваты…


Виктор Ерофеев: Ну да. Кстати, если говорить о положительной стереотипизации, то, например, я знаю, что в советские времена… ну, это звучит как шутка, но, тем не менее, например, каждая русская красивая девушка, русская красавица должна была сказать, что у нее бабушка была полькой. Считалось, что раз бабушка полька, Даниил, то, значит, это, помимо того, что она красивая, так у нее еще и европейские корни, да она еще такая вся из себя какая-то супер-супер. Сейчас это прошло, но это пример положительной стереотипизации.

Толя, я тебя совершенно не случайно пригласил, между прочим, дорогой товарищ писатель, потому что ты же из глубинки. И было бы интересно понять, может быть, в глубинке все по-другому, в нашей российской глубинке?




Анатолий Королев

Анатолий Королев: Да, я переехал в Москву сравнительно недавно, хотя уже 20 лет прошло. Но вот что я бы добавил. Действительно, когда я молодым человеком из глубинки приехал в Москву, и оказавшись в студенческой столовой МГУ, я вдруг, когда подсел ко мне симпатичный, молодой, черный человек, с мощными, крупными зубами, я как-то внутреннее ему обрадовался. Потому что, во-первых, в городе, где я жил, в Перми, город был закрытый, и черных там вообще не было, во-вторых, я был советским пионером когда-то, которого воспитывали в том кошмарном ключе, что «несчастных негритят избивают дубинками на какой-то улице Уолл-Стрит», какие-то такие кошмары у меня в голове были. И вот такая возникла проблема. И я стал искать открывалку, чтобы открыть бутылку пива. Но ее не было. И я растерянно посмотрел по сторонам. И молодой, черный, зубастый человек протянул руку к бутылке пива и ее тут же зубами открыл, и мне ее любезно протянул, обслюнявив при этом горлышко. И я внутренне зажался. С одной стороны, его жест был полон любви и внимания к моей проблеме.


Виктор Ерофеев: Но с другой стороны, у него была чужая ментальность.


Анатолий Королев: С другой стороны, у него была чужая ментальность. И в-третьих, я заметил, что он обслюнявил горлышко. И я мучительно стал соображать, как себя вести. Тогда я взял, улыбаясь, сказав ему « thank you very much », какие-то слова, хотя я учил французский, я стал осторожно наливать в стакан пиво дрожащей рукой, но я старался налить так, чтобы… вот там вроде бы какой-то кусочек бутылки был менее захватан, и я как бы через это… И тут я поймал себя на том, что, оказывается (вот сейчас уже, оглядываясь на это чувство), что вот это чувство «другого» — это довольно сложное чувство. Оно требует от тебя, во-первых, мужественной оценки того, что вы разные люди. Во-вторых, ты должен принять его поведение, как он должен принять твое. И я, конечно же, выпил этот стакан пива, и как видите, я жив до сих пор и ничего со мной не случилось. Но вот это маленькое усилие, которое я приложил для того, чтобы остаться человеком, я запомнил… смотрите, сколько лет прошло!.. 35 лет после этой истории прошло, когда я приехал и оказался в общежитии МГУ и в столовой МГУ. Я ее до сих пор помню. То есть я, будучи человеком абсолютно гуманитарным, подготовленным всем своим прошлым, любовью к африканской культуре, ну, я плакал, читая «Хижину дяди Тома», и так далее, и я оказался тут же в ситуации легкого внутреннего шока, когда столкнулся с тем, чего я не знал.


Виктор Ерофеев: Замечательная писательская история. Кстати говоря, если ты еще не написал такой рассказ, то напиши. Потому что, я смотрю, мы здесь в студии и наш продюсер, мы так внимательно и с такими приятными улыбками тебя выслушали. И вообще я считаю, что когда берешь такую тему, то можно брать ее как мировую тему, а можно просто приводить какие-то детали. А твоя история… опять меня сегодня что-то на Польшу потянуло…


Даниил Дондурей: Они мясо нам плохое продают.


Виктор Ерофеев: Да. Я часто приезжал в Польшу, у меня первая жена Веслава была полькой, и мы приезжали, и я выучил польский, и все было замечательно, все прекрасно, ездили в горы. И поляки, когда поняли, что я говорю по-польски и держусь как-то с ними нормально и так далее, они мне делали всегда один и тот же стереотипный комплимент. Они говорили: «Виктор, вы так не похожи на русского». И это считалось у них… ну, это просто подарок судьбы такой. И я сначала превращал это в шутку, а потом стал немножко удивляться, а потом – опять в шутку. Поди разберись! Тоже как со слюнями…


Анатолий Королев: Совершенно верно, да.


Виктор Ерофеев: И нам пришло, действительно, очень много сообщений, и они очень разные. Но давайте сначала послушаем телефонные звонки. И у меня такое впечатление, что сейчас звонит нам наш старый, в хорошем смысле, слушатель Александр, то есть наш постоянный слушатель. Правильно, Саша, угадал?


Слушатель: Да, Виктор, это шестое чувство на Александров. Вот мне понравилось то, о чем говорил Дондурей. Но все-таки зри в корень. Узрел Герман, мы с ним беседовали на эту тему, и Герман абсолютно точно рассказывал про эксперимент, который поставили между японцами и американцами, когда не хватало ресурсов. И этот эксперимент подчеркивает, что ксенофобия зашита на животном, генетическом уровне, когда есть борьба за ареал существования, за место под солнцем и так далее. Так вот, упоминали здесь американский эксперимент, да, эксперимент «плавильного котла», который… кстати, сейчас смотрят, что это не совсем плавильный котел. А был эксперимент СССР. Я считаю, что корень из животного состояния перехода в состояние полной толерантности, из структуры, где есть жесткая иерархия и разные признаки, есть разные касты, есть разные цехи, допустим, цехи быдла – сейчас это рабочие, цеха бизнесменов – это тоже можно рассматривать как ту же структуру. Мы почему-то ксенофобию сводим к очень примитивной матрице, где «свой – чужой». А эта ситуация присутствует везде. Так вот, эксперимент СССР был интересен как раз тем, что ксенофобия, по сути дела, была изжита наибольшим образом, как это ни странно, как это ни противно для некоторых, кто ненавидит… по причине той, что в основе все-таки ксенофобии – частная собственность. И пока частная собственность не будет изжита в том виде… Я понимаю, что сейчас это невозможно, сейчас это наиболее прогрессивный способ существования человечества. Но до тех пор, пока вот это не будет изжито, вот до тех пор и не будет изжита ксенофобия. Потому что ксенофобия и иерархия…


Виктор Ерофеев: Саша, все понял. Как всегда, интересно, часто спорно, но всегда продуктивно то, что вы говорите, Александр. Спасибо.

Я вот и попрошу Даниила прокомментировать. Хотя я уверен, что тут как раз Даниил не совсем согласится с тем, о чем вы сказали.


Даниил Дондурей: Конечно, мне кажется, это все-таки какая-то слишком радикальная точка зрения, связанная с тем, что речь идет о какой-то протокоммунистической идее, когда не будет частной собственности. В частной собственности ничего нет дурного, по крайней мере пока, так же как и лучше, чем собственности демократии, ничего пока не придумали, при всех ее недостатках. Поэтому чего нам думать о том, что может быть через какие-нибудь длинные периоды времени, а нам бы научиться жить сегодня и понимать, что вот то, как мы живем сегодня, мы отстаем на десятки лет, если не на сотни, по сравнению с теми странами… Когда у нас практически все политические передачи, абсолютно все, за редким исключением, которые рядятся в культурологические, все посвящены борьбе с Америкой. Это же ведь новое явление. И ты это видишь каждый понедельник, и каждый четверг, и каждое воскресенье. И все суперзнаменитые интерпретаторы происходящего говорят «пойди и пни Америку». Это зачем? Что за этим стоит? Ну, предположим, какие-то политические… Но тут же вырастает и целый ряд других следствий.

Я-то обращал внимание на то, что мне кажется более важным, — это разделение на «свои – чужие» — это неспособность наций, людей работать в условиях противоречия, связанного с открытым миром. Люди не готовы воспринимать незнакомое. А как они могут сегодня зарабатывать деньги, участвовать в глобальном обществе, конкурировать, наконец? То есть здесь о самых фундаментальных, заложенных драмах… Хотя приходят такие поджигатели смыслов, в частности, очень одаренный человек, о фильме которого сейчас, через неделю будет говорить вся страна, зовут его Балабанов – это тот самый человек, который снял первую серию фильмов о братьях – «Брат-1», «Брат-2». И потом вот эта филология «своего – чужого»… молодые группировки «Наши», свои фильмы, получающие золотые призы на московских и других фестивалях, местные, наши, свои, кровники, братья – за этим же стоят не просто слова, а за этим стоит определенное вот то самое отгораживание, которое, в общем, поддерживается сегодня и политически подпитывается очень сильно.

И что за этим стоит? Так же как в Эстонии. За этим стоит неумение политиков профессионально работать. Они не умеют, и после этого начинают становиться поджигателями смыслов. У них других способов нет. И потом, все программы, все передачи – «пойди и ударь эстонца». Почему? Это же вы не научились… Вы что, не знали, что вас 60 лет недолюбливают? Вы как там работали, в Эстонии? Вы кого туда привозили? Вы как дискутировали с нацией? Вы какие газеты, каких писателей, каких деятелей культуры привозили? Вы как здесь в стране про это говорили? Как там говорили? Вы ничего этого не умели делать. И вот они после этого начинают свое неумение… Это касается всего и вся. Это касается и этой дурацкой польской «мясной» истории, это касается и Грузии, всей этой истории с Грузией, это касается и специальной, большой работы по поводу того, что враг – это мусульманин.

Любого спросите демографа, господа. То, что сегодня жители Кавказа приезжают в Москву, — это только начало гигантской истории, когда к нам будут приезжать миллионы пакистанцев, китайцев, негров, иначе мы отдадим Сибирь, мы отдадим то пока единственное, что мы можем, — это добывать из-под земли наши деньги. А больше мы ничего не научились делать. Ну, кроме великой культуры, которая противоречия превращает в гениальные смыслы. А еще что? Значит, то, что сегодня азербайджанец… А как вы будете завтра с пакистанцем решать свои проблемы, с человеком, который приедет сюда из Центральной Африки? Это же понятно, что впереди. Это не осмысляется. Как будто бы такое продленное прошлое.


Виктор Ерофеев: Мне иногда кажется, что ксенофобия – это первая форма, первичная и самая примитивная форма самопознания. Вот ты первое, что узнаешь, — что есть свои и чужие. И соответственно, чтобы узнать себя, тебе надо понять, кто такой «чужой», но понять не в плане положительного, а оттолкнуться. Вот если я мужчина, то я оттолкнусь от женщины, чтобы… буду мужчиной. Если я блондинка, то я будут утверждаться как блондинка и буду отталкиваться от рыжих. И так далее. И иногда это можно превратить в комедию, могут быть смешные, а могут быть совершенно трагические вещи.

И среди многочисленных сообщений на пейджер есть очень интересное сообщение от Марии Ивановны из Москвы. «Виктору Ерофееву. Вы всегда будете топтаться на одном месте, пока не поймете истину. Мир живет по закону насилия, а кто, где и когда будет уничтожаемым, убиваемым, уже не важно».

Толя, я бы хотел тебе задать такой вопрос. Как ты думаешь, Мария Ивановна из Москвы права? Вот прямо уж все мы живем по закону насилия или, может быть, можно найти какие-то другие формы существования? Вопрос сложный.


Анатолий Королев: Думаю, что отчасти она права. Это уже старый, я так понимаю, человек, который живет именно прошлым, и прошлое натягивает и проецирует на наше сегодняшнее настоящее. Ей, и не только ей, и кругу знакомых мне людей, которые примерно в этом же возрасте, им приятнее жить вот в этом отгороженном состоянии. И вообще, приятнее, когда мир подчиняется схемам. В частности, весь мир представляет собой борьбу полов, рас и так далее.


Виктор Ерофеев: Классов.


Анатолий Королев: Да: классов. Это картина мира, в которой, как ни странно, чем больше вражды, тем легче жить индивидуальному сознанию. Почему это происходит, я не знаю. Это какой-то парадокс. Но если мы представим себе картину гармонии мира и рая, если мы представим, что нет никаких границ, что на улице, да, гуляет пакистанец, что ты едешь в Японию, и так далее, то вот это чувство индивидуальное, оно будет растеряно, оно будет переживать какую-то деструкцию, какой-то ужас от очарования мира. Вот это состояние очень странное.


Виктор Ерофеев: Интересно говоришь.


Анатолий Королев: Почему так? Вот я его так чувствую, понимаю…


Виктор Ерофеев: То есть если не будет, от чего оттолкнуться, то вроде бы можно и потеряться.


Анатолий Королев: Ты будешь напуган, да. Потому что чем сильнее вражда вот того мира, тем крепче тот панцирь, в котором ты находишься.


Виктор Ерофеев: Чем и пользуются политики. Причем я здесь только в одном, ну, не то что не согласен, но могу как бы немножко продлить мысль Даниила, что дело не только в том, что политики бывают плохими, которые, в общем-то, не понимают простые вещи. Дело в том, что свою «плохизну» они замечательно используют в плане разогревания этих страстей. То есть они и плохие-то потому, что они это разогревают, и разогревают потому, что… Тут взаимосвязанные вещи.


Анатолий Королев: Конечно.


Виктор Ерофеев: Я хотел бы вот что сказать. Вот только что вышла в «мягкой» серии в «Азбуке» книга «Самопознание» Бердяева. Я куда-то недавно летел на самолете и взял ее перечитать. Книга интересная, очень интересная. И Бердяев там пишет очень определенно: «Я русский философ, мне чувство национализма противно. Националистами бывает только плебс». «Союз русского народа (то есть «Черная сотня»), — говорит, — это те люди, которых никто не уважал из реально умных и реально порядочных людей в России». И когда я это прочитал, подумал: «Ну, конечно, можно сказать, что Бердяев, он либеральный философ. Но с другой стороны, это же русский аристократ. Он выходец из аристократических, близких к Романовым семейств. И вот это говорит не либерал, а это говорит человек, который хорошо представляет, что такое быть русским».

И нам звонит Рашид из Казани. Здравствуйте.


Слушатель: Добрый вечер. Я бы хотел затронуть вот какой вопрос. Вот в 1990-1991 годы, например, в Казани Татарским общественным центром было выдвинуто движение, чтобы Татарстан был для татар. То есть были устроены демонстрации, митинги. И люди, парламент, когда большинством голосов заставили правительство прекратить эту вакханалию, тогда все эти страсти улеглись, — и все. У нас в Татарстане вот этих националистических, нацистских мнений уже не стало. Не кажется ли вам, что вот эти ксенофобские настроения нагнетаются, прежде всего, властью или теми людьми, которые имеют отношение к этому?


Виктор Ерофеев: Понял. Хорошо.

Александр, отвечайте.


Александр Верховский: Я бы сказал, что мне не кажется. Понятно, что власть использует националистические группы иногда в своих целях, она все использует в своих целях, и это присуще любым политикам, в том числе и правящим политикам, все, до чего можно дотянуться. Но специально их создавать нет никакой необходимости. Они прекрасно создались уже давно и развиваются по каким-то своим внутренним законам.

Вопрос, скорее, в том, что их радикальное крыло, националистов, которые уже совершают реальные преступления, не встречает должного отпора. И это отчасти, конечно, элемент разгильдяйства правоохранительных органов. То есть, по нашей статистике, соотношение преступлений с наказаниями, оно примерно такое – 1 к 20. И никого, понятно, не останавливает такая пропорция. А с другой стороны, похоже, что все-таки существует именно такая, ну, не то чтобы позитивная установка не трогать вот этих «нациков», но не существует ясно выраженной установки их трогать. И прокуроры на всякий случай стремятся в политические дела не влезать.


Виктор Ерофеев: Ну да, политикам очень важен вектор. Правда? Вот в 90-е годы был вектор противоположный, и естественно, было иное отношение к этим делам. А сейчас он такой толерантный по отношению к нетолерантности.


Александр Верховский: И никто не хочет ввязываться. И вот по городу ходят люди, поименно известные, которые возглавляют… они не то что говорят что-то нехорошее, а они делают что-то очень нехорошее – людей убивают, например. И ничего…


Виктор Ерофеев: Сегодня очень много сообщений. Действительно, можно просто уже опубликовать все как маленькую книгу нашей передачи. И мнения наших слушателей разные.

Вот Александр довольно остро пишет так: «А что бы сказали американцы, если бы русские, проповедуя свободу и демократию, разрушили их страну, оторвали четверть территории, разорили бы всю экономику, отчего бы умирало по 1 миллиону американцев в год? Почему вас удивляет, что американцев в нашей стране ненавидят сильнее, чем фашистов в войну?». Ничего себе сказанул Александр!


Даниил Дондурей: Это говорит как раз о том, что идеологические машины работают блестяще. Ведь вы можете себе представить, чтобы народ любой страны так ненавидел основные идеалы ее устройства, как происходит у нас? У нас самый страшный период в развитии страны сегодня, знаете, какое время? 90-е годы. Не 20-е годы…


Виктор Ерофеев: Не 1937 год.


Анатолий Королев: И не 1941 год.


Даниил Дондурей: …не 1937 год, не 1941 год, а 90-е годы и Ельцин, как демиург и олицетворение этого ужаса. То есть на протяжении 15 лет машины интерпретации происходящего уговорили людей, что вот все то, что мы видим вокруг… ну, мы же видим вокруг, — это все свидетельство какого-то… вот мы, инопланетяне, свидетельство какой-то страшной жизни. И начинаются дальше уже готовые стереотипы – миллион убитых ежегодно и так далее. Хотя все прекрасно понимают, что это демографические проблемы. Следствие, эхо войны, страхи, которые телевидение во главе с каналом НТВ ежедневно формирует гигантские… Вот президент два дня назад со мной не согласился. Я был докладчиком на встрече с Советом по культуре и искусству. И среди прочего там говорил о том, что «поменяйте представление о культуре – и невидимая ее рука сделает много хорошего, как невидимая рука рынка. Разницы тут никакой. И пойдет вертикальная и горизонтальная мобильность, будет человеческий капитал улучшать качество экономики, воровство будет искать более сложные формы», ну и так далее, в том числе и пресловутые проблемы демографии, с чем он не согласился. И именно эту фразу показывали все телеканалы – о том, что, конечно, женщины рожают не за деньги, как и в других… но все равно «материнский капитал»… и прочее, прочее.

Вот то, о чем слушатель говорит, — это как раз и есть свидетельство колоссальной мировоззренческой разрухи. И власть не потому, что она что-то там поддерживает или не поддерживает… она не поддерживает, есть проблемы экстремизма, сейчас вот они названы, можно вполне с ними официально бороться, можно ксенофобию объявить одним из плодотворных полигонов для экстремизма и так далее. Но чего власть действительно не делает… она создала мощную систему соприсутствия прямо противоречащих картин мира, от чего люди сходят с ума, естественно. Отсюда они ищут какие-то твердые пространства, твердые кочки, на которые можно встать. Когда тебе одновременно говорят, что американцы замечательные… почему-то мы все на доллары, с другой стороны, «они подонки, сволочи, хотят уничтожить нас и это делают…


Виктор Ерофеев: Все сидят в джинсах и пьют кока-колу, когда жарко, да и когда не очень жарко.


Даниил Дондурей: Да. И так далее, и тому подобное. Вот эти непроваренные, с тотальным отсутствием солидарности, с тотальным отсутствием понимания, что только терпимость и какая-то твоя сила в терпимости, и ты сможешь свой несчастный механизм продать завтра тем же эстонцам, если ты научишься солидарности, а иначе у тебя эта штучка… ну, только ракеты ты сможешь делать, больше ничего у тебя не получится.


Виктор Ерофеев: Вот простые вещи… Обращаюсь, Толя, к тебе, тоже как к писателю. Ведь дело в том, что если человек подойдет к другому и улыбнется – это одно, а если он будет скалить зубы… А мы начинаем скалить зубы по отношению к нашим соседям, притом, что, действительно, когда-то, и это «когда-то» было совсем недавно, скажем, с Прибалтикой, с балтийскими странами были такие трудные, прямо скажем, отношения, потому что, действительно, многих людей вывезли в Сибирь и так далее. Мне кажется, что можно по-разному строить свою жизнь. Но если человек не поймет, что его одурачивают, околпачивают, если он не поймет, что разжигают эти страсти только потому, что им же легче управлять, то он становится первой же жертвой.


Даниил Дондурей: Он сам.


Виктор Ерофеев: Потому что его же потом и презирают. Потому что очень многие люди, они не только дураки, во власти, а порой бывают и очень умные люди, и мы знаем таких людей, но они цинично просто поступают, они иначе думают, но они считают: «А, это…». И вообще, консервативная, а особенно ультраконсервативная власть, они достаточно презрительно относятся к населению.


Анатолий Королев: Подхватывая твою мысль, я опять хочу, как писатель, какую-то живую картинку предложить вашему вниманию. Когда я увидел впервые на улицах Перми в 90-е годы черного молодого человека, я вздрогнул. Это был первый черный на Урале, которого я увидел. И я понял: «Все, город открыт, свобода наступила. Наступило совершенно новое время. Черный идет по Комсомольскому проспекту». Я повернулся и смотрел ему долго вслед. И кроме счастья, я ничего не испытывал. Вот тоже еще один штрих вот этой картины мира, которая создается и разрушается.


Виктор Ерофеев: И слушаем Бориса из Петербурга. Здравствуйте.


Слушатель: Здравствуйте. Вот мне кажется, что ксенофобия является частным случаем более широких каких-то явлений в человеке. Мне кажется, что существуют два таких фундаментальных стиля общения между людьми. Один стиль диалогический, стиль диалога, а другой – стиль монолога. Вот то, о чем Галич пел, «бойся того, кто скажет «я знаю, как надо». И вот стиль монолога – это насилие, ксенофобия. Стиль диалога – это возможность договариваться как-то, находить общее, выгодное какое-то решение. Вот, по-моему, таким образом. Спасибо.


Анатолий Королев: Это тогда в язык все уходит, это все очень сложно становится, в бездну.


Виктор Ерофеев: Пожалуйста, Александр.


Александр Верховский: Не только. Действительно, человек самоопределяется по отношению к чему-то, к кому-то другому. И дальше вопрос: как он к этому другому относится – как к чему-то чужому и враждебному или как к субъекту для диалога. Это существенное различие. Это решает как бы каждый для себя в какой-то ситуации. И здесь даже грех все валить на родное государство. Оно, конечно, манипулирует и злоупотребляет, но каждый из нас вносит свою лепту. Я вас уверяю, не каждый интеллигентный человек, увидев на улице чернокожего в Перми, так же обрадовался, как вы.


Виктор Ерофеев: Есть и другие реакции. Я сейчас как раз об этом расскажу. Потому что надо же тоже внести какую-то более-менее легкую нотку в наш разговор. Мне кажется, что, действительно, очень часто в большой стране есть ощущение того, что мы самостоятельные и автономные, и больше никого не нужно, а все остальные какие-то странные, непонятненькие такие и вообще загадочные… Сегодня очень много сообщений. И кто-то из слушателей пишет: «Мы не допустим (или мы не пустим) палестинцев и негров». Вот «мы не пустим». Как тут понять – пустим или не пустим?


Александр Верховский: Ну, доллары же тоже не хотели пускать.


Виктор Ерофеев: Да, не хотели. Но случай такой. Я еще в университете учился, это, значит, середина 60-х годов. Спускаюсь на троллейбусе по улице Горького, поворачиваем – университет, филологическое отделение на Моховой, на проспекте Маркса. И стоит африканец какой-то, собирается или не собирается выходить. И тетушка такая, нормальная, русская, наша тетушка. Она на него смотрит и говорит: «Негр, вы выходите?». Вот на остановке, где университет. А он поворачивается и говорит: «Я не негр, я эфиоп». Она, не моргнув глазом, говорит: «Эфиоп, вы выходите?». Вот какой-то подкожный… Бывают какие-то смешные случаи.

И я зачитался сообщениями от слушателей. Но, как всегда у нас на передаче, они делятся на две части: одни, которые считают, что наш народ заклевали и уничтожили, и этому помогает «Эхо Москвы» и прочие радиостанции, а другие с либерально-демократических позиций, а третьи с позиции просто разбитых, растерянных людей, которые работают на 13-14-ти работах, как мне пишут, и уже сами не знают, какая у них позиция, но знают, что им жить плохо, и их тошнит от этой жизни.

Я хотел бы все-таки вступиться, единственное, за то, что есть такое понятие «дружба народов». Оно такое старое, советское, не советское, какое угодно. Но мне кажется, что в сложные времена хорошо бы об этом вспомнить. Все-таки дружба народов важнее, чем вражда народов, для того, чтобы мы все выжили. А как найти эту дружбу – это уже, действительно, вопрос очень тонкий. И мы за час, я думаю, и даже с нашими замечательными слушателями, этот вопрос все-таки решили.

Большое спасибо вам за огромное количество сообщений.

И мы завершаем нашу программу «Энциклопедия русской души». Всего вам доброго!


В Испании партию «Вокс» обвинили в ксенофобии — Российская газета

Испанскую ультраправую партию «Вокс» («Голос») обвинили в ксенофобии из-за предвыборного плаката. На одном из постеров, выпущенных к выборам, которые пройдут в мае в Мадриде, отмечается, что несовершеннолетние мигранты, прибывшие в Испанию без родителей или опекунов, получают от государства больше помощи, чем испанские пенсионеры. Размеры выплат отличаются в 10 раз (4700 против 426 евро, согласно информации на плакате).

Остальные партии, входящие в Конгресс депутатов (нижнюю палату парламента пиренейского королевства), тут же набросились на «Вокс» с критикой, называя ее плакат отвратительным, постыдным, расистским и разжигающим ненависть. Глава Народной партии Пабло Касадо заявил, что такие утверждения вводят в заблуждение граждан, в Мадриде нет такой проблемы, поскольку в столице находятся всего 269 несовершеннолетних мигрантов, и выплаты, которые они получают, не влияют на общую экономическую ситуацию. «Эта тема не представляет интереса для региональных выборов в Мадриде», — отметили в Народной партии.

Лидер «Унидас Подемос» Пабло Иглесиас пошел еще дальше, он обратился в прокуратуру с жалобой на «Вокс», обвиняя ее в преступлениях на почве ненависти и дискриминации. Жалобы написали также некоторые неправительственные правозащитные организации.

«Это нападение на наиболее уязвимых детей в нашей стране, детей, которые мигрируют в одиночку, которые мигрируют без своей семьи, которые много раз подвергались ужасному насилию», — отметила со своей стороны министр по социальным правам Ионе Беларра, член партии «Унидас Подемос».

В итоге прокуратура начала расследование по этому делу.

Однако в «Вокс» своей вины не чувствуют. Как заявили в партии, нелегальных мигрантов надо выслать на их родину, а деньги, которые на них тратятся, отдать испанцам, пострадавшим от кризиса, вызванного пандемией коронавируса. «Солидарность — это, прежде всего, помощь нашим соотечественникам», — отметил депутат от «Вокс» Хавьер Ортега Смит.

Определение ксенофоба от Merriam-Webster

xe · no · phobe | \ ˈZe-nə-ˌfōb , ˈZē- \

: человек, чрезмерно опасающийся того, что является иностранным, и особенно людей иностранного происхождения.

Определение ксенофобии от Merriam-Webster

xe · нет · фобия | \ ˌZe-nə-ˈfō-bē-ə , ˌZē- \

: страх и ненависть к незнакомцам или иностранцам или ко всему чуждому или чуждому

Определение, симптомы, признаки, причины, лечение

Что такое ксенофобия?

Ксенофобия или страх перед незнакомцами — это широкий термин, который можно применить к любому страху перед кем-то, кто отличается от нас.Враждебность по отношению к посторонним часто является реакцией на страх. Обычно она связана с убеждением в том, что существует конфликт между внутренней и внешней группой индивида.

Ксенофобия часто пересекается с формами предрассудков, включая расизм и гомофобию, но между ними есть важные различия. В тех случаях, когда расизм, гомофобия и другие формы дискриминации основаны на определенных характеристиках, ксенофобия обычно коренится в восприятии того, что члены внешней группы чужды внутреннему сообществу.

Вопрос о том, можно ли считать ксенофобию законным психическим расстройством, является предметом постоянных дискуссий.

Ксенофобия также связана с крупномасштабными актами разрушения и насилия в отношении групп людей.

Характеристики

Хотя ксенофобия может выражаться по-разному, типичные признаки включают:

  • Чувство дискомфорта среди людей, которые попадают в другую группу
  • Делать все возможное, чтобы избегать определенных участков
  • Отказ дружить с людьми исключительно из-за их цвета кожи, одежды или других внешних факторов
  • Сложность отношения к руководителю всерьез или связи с товарищем по команде, который не принадлежит к той же расовой, культурной или религиозной группе

Хотя это может означать настоящий страх, у большинства ксенофобов нет настоящей фобии.Вместо этого этот термин чаще всего используется для описания людей, которые дискриминируют иностранцев и иммигрантов.

Люди, которые выражают ксенофобию, обычно считают, что их культура или нация превосходят их, хотят не пускать иммигрантов в свое сообщество и даже могут участвовать в действиях, наносящих ущерб тем, кого считают чужаками.

Является ли ксенофобия психическим расстройством?

Ксенофобия не признается психическим расстройством в Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам (DSM-5).Однако некоторые психологи и психиатры предлагают признать крайний расизм и предрассудки проблемой психического здоровья.

Некоторые утверждали, например, что крайние формы предрассудков следует рассматривать как подтип бредового расстройства. Важно отметить, что те, кто поддерживает эту точку зрения, также утверждают, что предрассудки становятся патологическими только тогда, когда они создают значительные нарушения в жизни людей. способность человека действовать в повседневной жизни.

Другие профессионалы утверждают, что отнесение ксенофобии или расизма к психическим заболеваниям означало бы медикаментозное лечение социальной проблемы.

Типы

Есть два основных типа ксенофобии:

  • Культурная ксенофобия : Этот тип подразумевает отказ от предметов, традиций или символов, связанных с другой группой или национальностью. Это может включать язык, одежду, музыку и другие традиции, связанные с культурой.
  • Ксенофобия иммигрантов : Этот тип включает отказ от людей, которых ксенофобный человек не считает принадлежащими к внутригрупповому обществу.Это может включать отказ от людей разных религий или национальностей и может привести к преследованиям, вражде, насилию и даже геноциду.

Желание принадлежать к группе является повсеместным, и сильная идентификация с определенной группой может быть даже здоровой, однако это также может привести к подозрению в отношении тех, кто не принадлежит к группе.

Желание защитить интересы группы путем устранения угроз этим интересам является естественным и, возможно, инстинктивным.К сожалению, эта естественная защита часто заставляет членов группы избегать или даже нападать на тех, кого воспринимают как других, даже если они на самом деле не представляют никакой законной угрозы.

Воздействие ксенофобии

Ксенофобия затрагивает не только людей на индивидуальном уровне. Он затрагивает целые общества, включая культурные отношения, экономику, политику и историю. Примеры ксенофобии в Соединенных Штатах включают акты дискриминации и насилия в отношении иммигрантов из Латинской Америки, Мексики и Ближнего Востока.

Ксенофобия связана с:

  • Враждебное отношение к людям разного происхождения
  • Снижение социальных и экономических возможностей для чужих групп
  • Неявное предвзятое отношение к членам чужих групп
  • Изоляционизм
  • Дискриминация
  • Преступления на почве ненависти
  • Политические должности
  • Война и геноцид
  • Спорная внутренняя и внешняя политика

Конечно, не все ксенофобные развязывают войны или совершают преступления на почве ненависти.Но даже завуалированная ксенофобия может иметь коварные последствия как для отдельных людей, так и для общества. Такое отношение может затруднить жизнь людей из определенных групп в обществе и повлиять на все аспекты жизни, включая доступ к жилью, возможности трудоустройства и доступ к здравоохранению.

Превращение положительной черты (групповая гармония и защита от угроз) в отрицательную (воображение угроз там, где их нет) привело к любому количеству преступлений на почве ненависти, преследованиям, войнам и общему недоверию.

Ксенофобия обладает огромным потенциалом причинять вред другим, а не затрагивать только тех, кто придерживается этих взглядов.

Как бороться с ксенофобией

Если вы боретесь с чувством ксенофобии, вы можете кое-что сделать, чтобы преодолеть это отношение.

  • Расширьте свой опыт. Многие люди, проявляющие ксенофобию, жили относительно защищенной жизнью, мало контактируя с теми, кто отличается от них. Путешествие в разные части мира или даже времяпрепровождение в соседнем городе может иметь большое значение для того, чтобы помочь вам справиться со своими страхами.
  • Боритесь со своим страхом перед неизвестным. Страх перед неизвестностью — один из самых сильных страхов. Если вы не были знакомы с другими расами, культурами и религиями, приобретение большего опыта может помочь преодолеть вашу ксенофобию.
  • Обратите внимание. Обратите внимание, когда возникают ксенофобные мысли. Сделайте сознательное усилие, чтобы заменить эти мысли более реалистичными.

Если ваша ксенофобия или ксенофобия вашего любимого человека более распространена и повторяется, несмотря на воздействие самых разных культур, тогда вам может понадобиться профессиональное лечение.Выберите терапевта, который открыт и заинтересован в работе с вами в течение длительного периода времени.

Ксенофобия часто имеет глубокие корни в сочетании воспитания, религиозных учений и предыдущего опыта. Успешная борьба с ксенофобией обычно означает столкновение с многочисленными аспектами личности и изучение новых способов познания мира.

История ксенофобии

Ксенофобия играла роль в формировании истории человечества на протяжении тысячелетий.Древние греки и римляне использовали свою веру в превосходство своей культуры для оправдания порабощения других. Многие нации по всему миру имеют историю ксенофобского отношения к иностранцам и иммигрантам.

Ксенофобия также привела к актам дискриминации, насилия и геноцида во всем мире, включая:

  • Холокост во время Второй мировой войны
  • Интернирование американцев японского происхождения во время Второй мировой войны
  • Геноцид в Руанде
  • Геноцид Голодомора в Украине
  • Геноцид в Камбодже

Недавние примеры в Соединенных Штатах включают дискриминацию людей ближневосточного происхождения (часто называемую «исламофобией») и ксенофобское отношение к иммигрантам из Мексики и Латинской Америки.Пандемия COVID-19 также привела к появлению сообщений о ксенофобии, направленной на людей восточноазиатского и юго-восточного азиатского происхождения в странах по всему миру.

В чем разница между ксенофобом и ксенофобом?

ксенофобия | ксенофоб | Связанные термины |

Xenophobe — термин, родственный xenophobe .

Ксенофоб — термин, связанный с ксенофоб .

Как существительные, разница между

ксенофобом и ксенофобом состоит в том, что ксенофоб — ксенофоб, а ксенофоб — это тот, кто боится того, что неизвестно; тот, кто боится людей, которые отличаются от него самого, особенно в случае с иностранцами.

Как прилагательное

ксенофобия страдает ксенофобией, страхом или ненавистью к незнакомцам или иностранцам.

Английский

Прилагательное

( прилагательное )
  • Страдает ксенофобией, страхом или ненавистью к незнакомцам или иностранцам
  • * «Жители Плеттенберг-Бей на этой неделе совершили жестоких ксенофобных» нападений на иностранных африканцев, живущих в неформальных поселениях, избивая их и грабя их дома »» Выходные дни Аргус 13/14 мая 2006 года.
  • Связанные термины
    * ксенофобия * ксенофоб

    Существительное

    ( en имя существительное )
  • Ксенофоб.
  • * {{quote-news, year = 2008, date = 16 апреля, author =, title = Не отказывайтесь от Игр или олимпийских идеалов, work = New York Times citation
  • , пассаж = Так Базз Биссинджер считает целесообразным, чтобы мы отказались от идеала олимпизма и уступили ксенофобам, террористам, наркоманам, спекулянтам и нарушителям прав человека? }}

    См. Также

    * расист

    Английский

    Существительное

    ( en имя существительное )
  • Тот, кто боится неизвестного; тот, кто боится людей, которые отличаются от него самого, особенно в случае с иностранцами.
  • Синонимы
    * ксенофоб ( редкий ), ксенофоб ( редкий )

    Антонимы
    * ксенофил

    Связанные термины
    * ксенофобия * ксенофобия

    См. Также
    * фанатик * расист

    Ксенофоб | Корпорация Вейланд-Ютани вики

    Содержание

    Версия


    Дата выхода игры Xenophobe;


     1987
    
     

    Участок


    Xenophobe — аркадная игра 1987 года, выпущенная Bally Midway.Звездные базы, луны, корабли и космические города кишат инопланетянами, и игрокам нужно убить пришельцев, прежде чем каждый полностью переполнен. Эта игра была необычна тем, что разделила один монитор на три отдельных горизонтальных секции, по одной для каждого игрока. Xenophobe был выпущен на Arcade, Atari 2600, Atari 7800, Atari 800 / XL / XE (прототип), Atari ST, Amiga, Amstrad CPC, Commodore 64, Lynx, ZX Spectrum, Nintendo Entertainment System.

    Геймплей


    В аркадную игру могут играть до 3 игроков, цель каждого уровня — победить всех пришельцев. до того, как истечет время.В некоторых комнатах обычно отображается процент заражения инопланетянами и оставшееся время. до самоуничтожения, когда уровень закончится (но кнопка рядом может временно отключить обратный отсчет). Уровни могут содержать более одного этажа, и игроки используют лифты (а иногда и отверстия в полу), чтобы перемещайтесь между этажами, чтобы победить всех пришельцев. Игроки также могут подобрать более мощное оружие и другое предметы, чтобы помочь в их искоренении инопланетян.

    Враждебные пришельцы (известные как «Ксенос») бывают разных форм.Есть «Яйца» (похожие на яйца в Инопланетянин). Если яйцо вылупляется, оно создает «существо», которое может прикрепиться к игрока и истощите здоровье. Если Critter не убит, он в конечном итоге превращается в «Roller». (помесь ящерицы, гусеницы, и броненосец). Ролики — одни из самых сильных врагов, так как они могут сгибаться и кататься, пока невосприимчив к оружию игроков. Ролики иногда перерастают в форму «Воина» Ксено, который атакует прыжком и требует нескольких ударов из большинства оружия.Воины могут плевать кислотой через комнаты. (а иногда и в соседние комнаты). Эта кислота также капает с потолка в некоторых комнатах. У них также есть разрушительная атака в прыжке, которая сбивает с ног и обезоруживает. Одна из самых коварных атак воина арсенал — это его способность обезоружить игрока. Простое прохождение мимо Воина может привести к падению пистолета игрока. на пол (уничтожив его, если он все еще находится в дверном проеме). К другим ксеносам относятся «щупальца». которые случайно появляются из колода или потолок, и поймать или задушить игрока соответственно, и, возможно, самый сильный враг — это Ксено «Королева», которая появляется либо в дверных проемах, либо за определенным фоном. и бросает прото-яйца в игроков и стреляет гипнотическими лучами, которые захватывают игроков и истощают их здоровье.Если прото-яйцо приземлится Экран с игроком, он вырастает в другое Яйцо, которое, как обычно, вылупляется в Critter. Любой биологическое родство между Воином Ксеносом и Королевой Ксенос, и Являются ли щупальца, растущие в воздуховоде, частью Королевы Ксенос, просто подразумевается. Есть много более крупные инопланетные туши, мимо или через которые игрок может пройти, но они появляются только как часть фона.

    Игровые режимы


    Вы можете играть в следующих режимах;
    Обычный

    Режимы игры


    Для одного игрока

    Персонажи


    В Xenophobe на выбор девять персонажей, по три на каждый джойстик.Крайний левый контроллер (красный) предлагает мистеру Брейсу, доктору Кваку и полковнику Поупону. Средний диспетчер (желтый) предлагает мистеру Фоггу, полковнику Ф. Истину и доктору Уддербаю. Правый контролер (синий) предлагает мистера Ииза, доктора Зордиза и полковника Шикна.

    Характеристики


    Game Center и стопки достижений
    Универсальный: кросс-совместимый iPhone и iPad
    Отлично подходит для всех возрастов, прост в освоении
    Очень захватывающая, захватывающая игра
    Слушайте свою музыку в фоновом режиме во время игры

    Карты


    Ракетный корабль, Лунная база, Космический город

    Оружие


    перфоратор (невооруженный)
    фазер (стартовое оружие)
    лазерный пистолет
    молниеносная винтовка
    газовый пистолет
    гранаты
    ножи

    Оборудование


    продукты питания
    человеческие черепа
    лабораторные пробирки
    огнетушители
    устройство телепортации

    Бонусы


    жизней

    Враги


    Иностранцы

    Транспортные средства


    Издательства


    Bally Midway — издатель таких игр, как Xenophobe.

    Разработчики


    Bally Midway разработчики игр вроде Xenophobe.

    Награды


    Выпуски


    Xenophobe был выпущен на Arcade, Atari 2600, Atari 7800, Atari 800 / XL / XE (прототип), Atari ST, Amiga, Amstrad CPC, Commodore 64, Lynx, ZX Spectrum, Nintendo Entertainment System.

    Приемная


    Список литературы

    Цитаты

    поисковых запросов в Интернете после выборов: «фанатик», «фашизм» и «ксенофоб»

    Слова «фашизм», «фанатик» и «ксенофоб» были самыми популярными в воскресенье в онлайн-словаре Merriam-Webster. — сообщил издатель в Twitter.

    За этими словами последовали «расизм», «социализм», «возрождение», «ксенофобия» и «женоненавистничество». Обыски, возможно, связанные с избранием во вторник Дональда Трампа президентом, похоже, соответствовали тенденции прошлой недели.

    Трампа обвиняют в ксенофобии, которую Мерриам-Вебстер определяет как «страх или ненависть к незнакомцам или иностранцам», за его жесткую позицию в отношении иммиграции.

    В ходе предвыборной речи в июне 2015 года Трамп резко раскритиковал мексиканских иммигрантов, заявив: «Они привозят наркотики.Они несут преступление. Они насильники. А некоторые, я полагаю, хорошие люди ».

    За последние семь дней самые популярные поисковые запросы на веб-сайте Merriam-Webster включали многие из тех же слов, а также «феминизм», «национализм» и «прискорбный».

    Популярность «прискорбного», вероятно, связана с комментарием, сделанным Хиллари Клинтон в сентябре, в котором она сказала, что «половину сторонников Дональда Трампа» можно поместить в «корзину прискорбных». (Слово прилагательное редко используется как существительное.)

    В сообщении в блоге на прошлой неделе Мерриам-Вебстер объяснил рост поисковых запросов «женоненавистничество» увеличением использования этого слова в новостных статьях и в социальных сетях.

    Сообщение в блоге сопровождалось изображением коробки монетных дворов Tic Tac. Картина, по-видимому, была отсылкой к разговору Трампа с ведущим программы Access Hollywood Билли Бушем в 2005 году, в котором Трамп упомянул об использовании мятных конфет перед поцелуем женщин, не дожидаясь их согласия.

    Тенденция поиска слов, возможно связанных с выборами, кажется, продолжается.По состоянию на понедельник самые популярные слова за последние 24 часа включали «фашизм», «ксенофоб» и «фанатик», а также «демократия», «политика» и «демагог», которые Мерриам-Вебстер определяет как «Политический лидер, который пытается получить поддержку, делая ложные заявления и обещания и используя аргументы, основанные на эмоциях, а не на разуме».

    [email protected]

    Xenophobe (Видеоигры) — TV Tropes

    Xenophobe — это аркадная игра 1987 года, созданная Bally Midway (будущие Midway Games), позже перенесенная на консоли Sunsoft.Играть могут сразу три человека, а экран разделен по горизонтали на три части. Каждый игрок управляет джойстиком с триггером и двумя контекстными кнопками для большого пальца.

    В нем участвуют от одного до трех космодесантников из группы из девяти человек, которые пытаются собрать ценное оборудование и убить всех внеземных монстров в каждой комнате до того, как истечет время и сработает механизм самоуничтожения.

    В этой игре представлены примеры:

    • Режим привлечения: необычно для аркадных игр, он не демонстрирует никакого игрового процесса.
    • Многопользовательская игра с цветовой кодировкой: красный игрок играет в верхней трети экрана, желтый игрок — в средней трети, а синий игрок — в нижней трети.
    • Сюжет извинения: «Убейте всех пришельцев в отведенное время» — единственный сюжет, который вы получите.
    • Eye Beams: Xeno Queen может стрелять лучами, которые парализуют пораженных игроков и истощают их здоровье.
    • Friendly Fireproof: Играли с. Выстрелы игроков будут игнорировать друг друга, но взрывы гранат могут легко повредить как метателю, так и любым неудачливым союзникам.Более того, удар другого игрока заставляет его упасть и уронить текущий пистолет, который затем может быть схвачен другим игроком.
    • Старый добрый кулачный бой: рукопашная атака морского пехотинца. Хотя вы также можете собирать ножи, они используются только для того, чтобы отрезать щупальца, свисающие с потолка, если вы в конечном итоге наткнетесь на них.
    • Зеленый и средний: инопланетные монстры.
    • Королева улья: Сыграл прямо с Королевой Ксено.
    • Гиперактивный метаболизм: употребление пищи, собранной на уровне, исцелит персонажа игрока.
    • Враг со смертельным исходом: монстры, которые вылупляются из яиц, начинаются как твари, которые медленно истощают здоровье, когда цепляются за вашего морского пехотинца, но в остальном они медленные и умирают одним выстрелом. Если их оставить в покое, они становятся роллерами, которые также умирают с одного выстрела, но невосприимчивы к стрельбе, когда выполняют свою атаку с перекатом. Ролики в конечном итоге могут превратиться в воинов, которые делают несколько выстрелов, чтобы сбить их, и будут либо быстро прыгать на вашего пехотинца и обезоруживать его (что также происходит, если вы пытаетесь пробежать мимо них), либо плевать кислотой.
    • Похищение жизни: Это происходит с морскими пехотинцами в результате того, что существа цепляются за них и попадают в глазный луч Королевы Улья.
    • Punny Name: Игровые персонажи включают полковника Ф. Истина и доктора М. Брейса.
    • Rolling Attack: На этом специализируются метко названные пришельцы-роллеры. Они также невосприимчивы к урону при перекатывании, поэтому вам придется стрелять в них, когда они выздоравливают.
    • Очки подсчета очков: вы получаете очки как за чистку ксеносов, так и за сбор бонусных принадлежностей (которые могут включать такие предметы, как черепа и огнетушители.)
    • Принцип Смурфетты: Среди девяти персонажей игрока есть только две человеческие женщины.
    • Super Spit: пришельцы-воины способны плевать кислотой.
    • Телепорты и транспортеры: есть устройство телепортации, хотя им можно управлять, только если вы сначала обнаружите диск.
    • Миссия на время: вы должны убить всех пришельцев до того, как начнется последовательность самоуничтожения.
    • Потомство с оружием: Королева Ксено стреляет в игроков прото-яйцами.Если они приземляются на пол, они превращаются в обычные яйца, которые затем превращаются в зверей.

    Добавить комментарий