Основные теории восприятия в психологии: Теории восприятия

Содержание

Теории восприятия

Теории восприятия всегда отражали общие позиции их авторов, а также уровень развития, достигнутый психологической наукой. 

Первая, основанная на научных наблюдениях, теория была выдвинута ассоциативной психологией. Наибольшего влияния ассоциативная теория восприятия достигла во второй половине XIX века. Ее виднейшими представителями были немецкие ученые И. Мюллер (1826), Э. Мах (1865), Г. Гельмгольц (1867), Э. Геринг (1879), В. Вундт (1887), Г. Э. Мюллер (1896) и американский психолог Э. Б. Титченер (1898). Несмотря на значительные различия в объяснении частных проблем, эти психологи придерживались общих взглядов на природу восприятия. По их мнению, воспринимаемый нами образ является на самом деле сложным объединением первичных элементов сознания — ощущений. При этом само ощущение понималось как осознанное состояние органа чувств, подвергнувшегося воздействию изолированного внешнего раздражителях). Таким образом, в основу ассоциативной теории восприятия легли принцип специфических энергий органов чувств и рецепторная концепция ощущений. Объединение ощущений в восприятие осуществляется посредством ассоциаций по смежности или по сходству. Этот ассоциативный механизм определяет ведущую роль прошлого опыта для возникновения восприятия. Некоторые из этих авторов, как, например. В. Вундт и Г. Гельмгольц, привлекали для объяснения процессов синтеза ощущений в восприятие также и внутреннюю активность субъекта в виде волевой апперцепции или интеллектуальных бессознательных умозаключений. 

Одной из центральных проблем для ассоциативной психологии была проблема восприятия пространства. Трудность заключалась в определении первичных ощущений, из которых строится восприятие пространства, и способов этого объединения. Согласно нативистам, к которым относились И. Мюллер и Э. Геринг, такие определяющие пространственные восприятия характеристики, как, например, «верх» и «низ» являются врожденными и связаны с раздражением определенных участков рецепторных поверхностей органов чувств.

По мнению другой группы ученых — эмпиристов, в число которых входили Г. Гельмгольц и В. Вундт, значение «верх» и «низ» ассоциируется с ощущениями по мере накопления прошлого опыта.
 
Основная ошибка ассоциативной теории восприятия заключалась в том, что она привлекала для объяснения одних субъективных данных другие, пытаясь тем самым вывести сознание из самого себя. Эта ошибка особенно ярко выступила в работах структуралистской школы, возглавлявшейся учеником В. Вундта Э. Б. Титченером. Структуралисты считали, что раз восприятие является комплексом ощущений, то задача психолога состоит в том, чтобы путем самонаблюдения найти в своем субъективном опыте элементарные ощущения, а затем изолировать и описать их. Этот метод был назван методом аналитической интроспекции. Естественно, что при такой постановке вопроса все подлинные проблемы восприятия, связанные с ориентирующей функцией образа и его формированием в деятельности субъекта, оставались вне поля психологического исследования. Даже факт предметности нашего восприятия, отражающего не отдельные раздражители, а сами объекты, Э. Б. Титченер считал своеобразной ошибкой наблюдателя, маскирующей проявление исходных элементов сознания — ощущений. 

Неспособность ассоцианистской психологии объяснить сколь-нибудь значительные проблемы восприятия привели к тому, что в начале нашего века ассоцианистская трактовка восприятия утратила свое влияние. С резкой критикой ассоцианизма выступила группа немецких психологов, в число которых входили М. Вертхаймер (1912, 1922), В. Кёллер (1917, 1929), К. Коффка (1935) и другие. Они исходили из положения, что все процессы в природе изначально целостны. Поэтому процесс восприятия определяется не единичными элементарными ощущениями, а всем «полем» действующих на организм раздражителей, структурой воспринимаемой ситуации в целом. Именно в силу этого данное направление стало называться гештальтпсихологиейх). 

Методу аналитической интроспекции гештальтпсихологи противопоставили феноменологический метод, сущность которого состоит в непосредственном описании наблюдателем содержания своего восприятия. Психология восприятия, по их мнению, должна ответить на вопрос — «почему мы видим мир таким, каким мы его видим». Иными словами, гештальтисты, подобно структуралистам, отказались от изучения восприятия в связи с выполняемой им функцией. Другим недостатком этого подхода, вытекавшим из феноменологического метода исследования, было отрицание историчности восприятия. Прошлый опыт не способен, по их мнению, изменить восприятие объектов, раз они образуют «хорошую» структуру. Например, в верхней фигуре на рис. 2, имеющей целостный, «прегнантный» характер, очень трудно найти хорошо знакомую цифру 4. 

Гештальтпсихологи собрали большое количество экспериментальных данных, позволивших установить основные закономерности возникновения структур при восприятии. Элементы поля объединяются в структуру в зависимости от таких отношений, как близость, сходство, замкнутость, симметричность и т. д. Были открыты закономерности разделения зрительного поля на фигуру и фон, при этом оказалось, что в качестве фигуры выступают те части зрительного поля, где имеются лучшие условия для структурообразования (см. стр. 167).
 
Гештальтпсихологи считали перцептивные процессы врожденными и объясняли их особенностями организации мозга на уровне коры. Отношение между внешними объектами, мозговыми процессами и феноменальным полем гештальтпсихология характеризовала как изоморфизм, или структурное подобие. Целостность восприятия гештальтпсихология объясняла структурообразующими процессами в мозге, имеющими электрохимическую природу. Представление о том, что психические процессы отражают состояния мозга, а не внешний мир, было новым вариантом физиологического идеализма. 

Поставив ряд таких важных проблем, как восприятие отношений, природа целостности восприятия, физиологические модели перцептивных процессов, гештальтпсихология, однако, не смогла их решить. Это объясняется тем, что ей были свойственны все основные недостатки ассоциативной психологии. Их радикальное преодоление возможно только с совершенно иных методологических позиций — позиций диалектического материализма.  

Новые пути теоретического анализа восприятия были намечены в работах ряда прогрессивных зарубежных психологов, согласно которым восприятие является результатом активной деятельности субъекта, обеспечивающей получение информации о внешнем мире.

 
Общебиологическое значение восприятия в регуляции поведения живых организмов подчеркивается в концепции американского психолога Дж. Гибсона (1950, 1966). Восприятие трактуется им как процесс добывания информации о среде, в результате чего неопределенность положения организма в ней уменьшается. Вслед за гештальтпсихологами Дж. Гибсон выступает против ассоцианистской теории восприятия. По его мнению, представление о том, что в первую очередь отражаются изолированные точечные раздражители, неверно уже потому, что одиночный раздражитель не может нести организму никакой информации об объектах внешнего мира и поэтому интереса для него не представляет. Информацию о внешнем мире содержат только организованные системы раздражителей. Например, несколько точек, расположенных в порядке уменьшения их размеров и расстояния между ними, образуют так называемый градиент величины и плоскости, несущий организму информацию о протяженности рассматриваемой поверхности в глубину. Поэтому мы воспринимаем рис. 3 как уходящую вдаль поверхность. 

Восприятие, по Дж. Гибсону, — активный процесс. Необходимость активности заключается в том, что, вопреки мнению гештальтпсихологов, нет изначального изоморфизма между объектами внешнего мира и их восприятием. Информационное богатство среды не дано организму непосредственно. Его необходимо добыть. Решающую роль при этом играют активные движения всего организма и органов чувств, которые Дж. Гибсон, повторяя мысль И. М. Сеченова, сравнивает с «щупальцами, активно исследующими среду». 

Основное ударение в теории восприятия Дж. Гибсона сделано на то, что должно быть выделено в потоке стимуляции для того, чтобы наилучшим образом ориентироваться в окружающей среде. При этом, однако, слабо разработан вопрос, каким образом восприятие осуществляется.

Слабость этого центрального для понимании теории восприятия момента и объясняет тот факт, что в теории Дж. Гибсона почти отсутствует анализ развития восприятия и не вскрыты причины, обуславливающие этот процесс. 

Близкие положения сформулированы в теории восприятия канадского психофизиолога Д. О. Хэбба (1949), которая основана на многочисленных клинических, физиологических и генетических фактах. Согласно этой теории восприятие объекта как единого целого не дано изначально. На ранних этапах развития восприятие не так целостно и организованно, как предполагали сторонники гештальтпсихологии. По мнению Д. О. Хэбба, восприятие в своих основных чертах представляет собой прижизненно формируемый навык, которому надо обучаться. Формирование восприятия объекта начинается с избирательного внимания к частям фигуры. В основе восприятия сначала частей, а затем всей фигуры лежат функциональные объединения нейронов коры — клеточные ансамбли. Порядок активации отдельных клеточных ансамблей определяется векторами движений глаз и общей моторной активностью субъекта. Способность воспринять предмет сразу, без движений глаз, на что указывали гештальтисты, представляет собой результат длительной зрительной тренировки, проходящей все время, пока человек смотрит на объекты. 

Таким образом, в работах Д. О. Хэбба восприятие объекта трактуется как процесс синтеза отдельных его деталей. Отсюда, однако, не следует, что теория Д. О. Хэбба является возвратом к ассоцианизму, т. к. если ассоционисты говорили, что восприятие начинается с осознания отдельных раздражителей, то у Д. О. Хэбба речь идет об активном выделении частей объекта. В то же время эту теорию нельзя считать общей теорией восприятия. В ней остаются нераскрытыми такие важнейшие проблемы, как восприятие пространства, специфика человеческого восприятия и т. д. Следует отметить, что конкретные нейрофизиологические модели процесса восприятия носят в теории Д. О. Хэбба явно гипотетический характер.

 
Среди зарубежных концепций развитие восприятия наиболее полно представлено в теории швейцарского психолога Ж. Пиаже (1961). Он также отмечает ошибочность подхода к восприятию со стороны ассоцианистов и гештальтпсихологов. По мнению Ж. Пиаже, помимо постулирования атомизма или изначальной сформированности восприятия есть и другая возможность — рассмотрение развития восприятия как постепенной организации деятельности по установлению отношений между отдельными деталями сенсорного поля. 

Экспериментальные данные, полученные Ж. Пиаже и его сотрудниками, показывают, что у ребенка первых месяцев жизни еще нет подлинного восприятия предметов и пространства, он даже не дифференцирует объекты и себя, не различая, например, изменения вида предметов, вызванные собственными движениями, от изменений, возникших в результате движения предметов. Постоянный характер объекта выступает как следствие организованности пространственного поля, иначе говоря, внутренней схемы непосредственного окружения, с помощью которой ребенок получает возможность предвосхищать последствия собственных движений в среде. Пространственное поле, в свою очередь, формируется в связи с координацией движений ребенка. Таким образом, основу восприятия составляют интериоризованные сенсо-моторные схемы локомоций и манипуляций с предметами. 

Большое место в теории восприятия Ж. Пиаже отводится анализу различий между восприятием и интеллектом. Когда два объекта сравниваются друг с другом при помощи интеллекта, как это происходит, например, в случае измерения длины предмета посредством линейки, то ни сравниваемое, ни сравнивающее не деформируется самим процессом сравнения. Иначе дело обстоит при чисто перцептивных оценках, которые дают относительно грубые и приблизительные сведения о предмете. Причина перцептивных ошибок заключается в так называемом законе относительных центраций: обращение внимания на какую-либо деталь объекта приводит к ее переоценке. Восприятие представляет собой вероятностный процесс, всегда выделяющий одни стороны объекта в ущерб другим. Следовательно, для адекватного отражения объекта должны учитываться все его стороны.

Подобная децентрация возможна только путем привлечения моторной активности субъекта. В результате восприятие становится целостным и стабильным. Эти развитые формы восприятия являются, по словам Ж. Пиаже, «продуктом действий в собственном смысле этого слова, состоящих в реальных или потенциальных перемещениях взгляда или функционирующих органов». 

Определение восприятия как действия, делают концепцию Ж. Пиаже наиболее близкой к представлениям, сложившимся в советской психологии. Принципиальное различие между этими теоретическими системами заключается в понимании движущих сил перцептивного развития. Если для Ж. Пиаже развитие — спонтанный адаптивный процесс, то в советской психологии оно трактуется как активное усвоение общественно-исторического опыта, осуществляющееся в русле практической деятельности субъекта. 

Психология ощущения и восприятия — учебный курс

Психология ощущения и восприятия — учебный курс | ИСТИНА – Интеллектуальная Система Тематического Исследования НАукометрических данных

Психология ощущения и восприятияучебный курс

  • Автор: Капустин С.А.
  • Год создания: 1993
  • Организация: МГУ имени М.В. Ломоносова
  • Описание: Содержание курса. ЧАСТЬ I. ВВЕДЕНИЕ В ПСИХОЛОГИЮ ОЩУЩЕНИЯ И ВОСПРИЯТИЯ ТЕМА 1. Общее представление об ощущении и восприятии (8 часов) Определение ощущения и восприятия. Основные свойства ощущений. Классификации ощущений и рецепторов. Основные свойства образов восприятия: сенсорное качество, конфигурация, константность, система отсчета, предметность, установка. Различные представления о стимуле: проксимальный и дистальный стимул, структурная характеристика проксимального стимула. Виды образов: фосфен, послеобраз, эйдетический образ, фантом, синестезия, галлюцинация, псевдогаллюцинация, и др. Специфика образов восприятия в сравнении с другими видами образов. Двойственная природа образов восприятия: восприятие как отражение объективного мира и форма представления знаний субъекта о нем. ТЕМА 2. Теории восприятия (14 часов) Основные подходы к объяснения механизмов восприятия: объектно-ориентированный и субъектно-ориентированный. Критерии различения этих подходов. Теории восприятия, относящиеся к объектно-ориентированному подходу: структуралистская теория, гештальттеория, экологическая теория. Теории восприятия, относящиеся к субъектно-ориентированному подходу: теория бессознательных умозаключений, теория категоризации, теория перцептивного цикла. ТЕМА 3. Развитие восприятия (6 часов) Проблема врожденного и приобретенного в восприятии: нативистическая и эмпиристическая точки зрения. Примеры экспериментальных исследований на новорожденных животных, младенцах, прозревших слепых. Основные направления развития восприятия: обогащение и дифференциация. Роль двигательной активности в развитии ощущений и восприятия. ЧАСТЬ II. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ОЩУЩЕНИЯ И ВОСПРИЯТИЯ ТЕМА 4. Психофизика и измерение ощущений (12 часов) Предмет и задачи психофизики. Косвенное измерение ощущений. Закон Бугера-Вебера. Постулат Фехнера. Закон Фехнера. Прямое измерение ощущений. Закон Стивенса. Определение измерения. Типы измерительных шкал. Примеры методов измерения, в которых используются различные типы шкал. Теория обнаружения сигналов. ЧАСТЬ II. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ОЩУЩЕНИЯ И ВОСПРИЯТИЯ ТЕМА 4. Психофизика и измерение ощущений (12 часов) Предмет и задачи психофизики. Косвенное измерение ощущений. Закон Бугера-Вебера. Постулат Фехнера. Закон Фехнера. Прямое измерение ощущений. Закон Стивенса. Определение измерения. Типы измерительных шкал. Примеры методов измерения, в которых используются различные типы шкал. Теория обнаружения сигналов. ТЕМА 5. Восприятие пространства, движения, времени (10 часов) Проблема восприятия третьего измерения. Признаки восприятия удаленности и глубины. Механизмы стереозрения. Восприятие движения. Признаки восприятия реального движения. Системы восприятия реального движения: изображение-сетчатка и глаз-голова. Теории восприятия стабильности видимого мира. Иллюзии восприятия движения. Экологический подход к восприятию, пространства и движения. Примеры инвариантных структур светового потока, содержащих информацию о глубине и удаленности, движении объектов и наблюдателя. ТЕМА 6. Константность восприятия (6 часов) Определение и виды константности восприятия, процедура ее измерения. Коэффициент константности. Ядерно-контекстная теория константности. Теория перцептивных уравнений. Экологическая теория константности. Примеры инвариантных структур светового потока, содержащих информацию о величине воспринимаемых объектов. ТЕМА 7. Предметность и установка в восприятии (8 часов) Виды оптических искажений. Феномены инвертированного зрения. Проблема перцептивной адаптации к инвертированному зрению и ее экспериментальные исследования. Феномены псевдоскопического восприятия, их описание и объяснение. Правило правдоподобия. Создание искусственных органов чувств, формирование у слепых «кожного зрения». Кросскультурные исследования восприятия. Исследования восприятия в школе «Новый взгляд». Потребности и ценности как организующие факторы восприятия.
  • Добавил в систему: Капустин Сергей Александрович

Преподавание курса


Общая психология. Раздел «Ощущение и восприятие» — учебный курс

Общая психология. Раздел «Ощущение и восприятие» — учебный курс | ИСТИНА – Интеллектуальная Система Тематического Исследования НАукометрических данных

Общая психология. Раздел «Ощущение и восприятие»учебный курс

  • Автор: Меньшикова Г.Я.
  • Год создания: 2008
  • Организация: МГУ имени М.В. Ломоносова
  • Описание: Содержание курса: 1. Темы и краткое содержание: Тема 1. Определение восприятия и ощущения. Основные характеристики этих процессов. Восприятие как процесс формирования перцептивного образа и как процесс информационного обеспечения поведения. Проблема восприятия. Теория восприятия как часть общепсихологической теории. Основные феномены восприятия. Виды образных явлений. Специфика перцептивного образа. Неосознаваемость процессов формирования образа. Психофизические и психофизиологические исследования феноменов восприятия. Примеры физиологических (одновременный контраст, решетка Германа, иллюзия водопада) и когнитивных объяснений (влияние культурно-исторических традиций, перцептивного контекста, доминирующей установки) процессов восприятия. Понятие ощущения. Ощущение как элемент образа и как элементарный образ. Сенсорная основа перцептивного образа. Критерии выделения сенсорных качеств. Классификации ощущений и сенсорных систем. Двуплановый характер процессов восприятия. Тема 2. Теоретические подходы к исследованию восприятия. Структурализм. Гештальт-теория. Экологический подход Дж. Гибсона. Конструктивисткие теории (теория бессознательных умозаключений Г. Гельмгольца, теория перцептивной готовности Дж. Брунера, перцептивный цикл У. Найсера). Информационный подход Д. Марра. Тема 3. Психофизика. Задачи психофизики. Характер психофизических законов. Измерение психологических величин. Типы шкал. Косвенное измерение интенсивности ощущений. Пороги ощущений. Виды порогов: нижний абсолютный порог, верхний абсолютный порог, разностный порог, относительный порог. Чувствительность. Субсенсорный диапазон чувствительности. Методы измерения порогов (метод установки, метод границ, метод констант). Закон Фехнера (постулаты, вывод.). Прямое измерение ощущений. Критика Стивенсом постулатов Фехнера. Проблема экспериментального подтверждения основного психофизического закона. Закон Стивенса. Методы прямого шкалирования. Метод кроссмодальных сравнений. Место стимула в измерительных процедурах Фехнера и Стивенса. Статистический характер порогов. Зависимость порогов от несенсорных факторов. Статистическая теория обнаружения сигнала. Основные понятия: сигнал, шум, состояние и реакция сенсорной системы, критерий и правило принятия решения, матрица ответов, факторы, влияющие на положение критерия, рабочая характеристика приемника, понятие чувствительности в ТОС. Метод «да-нет», метод двухальтернативного вынужденного выбора. Тема 4. Восприятие пространства. Проблема восприятия третьего измерения. Конструктивисткий и экологический подходы к решению проблемы. Конструктивисткий подход: зрительные признаки удаленности и глубины как конструкт для восстановления утерянного третьего измерения. Монокулярные, трансформационные и оптические зрительные признаки. Примеры и демонстрации. Бинокулярные зрительные признаки: бификсация; корреспондирующие и диспаратные точки сетчатки; фузия; теоретический гороптер; эмпирический гороптер, зона Панума. Устройство стереоскопа. Механизмы стереозрения. Стереограммы Юлеша. Автостереограммы. Экологический подход: градиент плотности текстуры поверхности как инвариант структуры оптического строя для оценки удаленности и глубины. Эксперимент Дж. Гибсона с виртуальным оптическим тоннелем. Тема 5. Восприятие движения. Проблема восприятия движения как проблема различения движущихся и неподвижных объектов, проблема восприятия собственного движения относительно окружающей среды и проблема адекватного и иллюзорного восприятия. Феномены восприятия движения: луминг; кинетический эффект глубины; биологическое движение; Проблема источника информации о движениях глаз наблюдателя. Сравнительный анализ афферентной теории Шеррингтона, эфферентной теории Гельмгольца. Когнитивный подход: оценочная теория МакКея. Экологический подход: глобальные и локальные возмущения оптического строя для восприятия собственных движений наблюдателя и движений объекта в среде. Зрительные иллюзии движения: автокинетическая иллюзия, индуцированное движение, послеэффект движения, стробоскопическое движение. Когнитивные и сенсорные механизмы, лежащие в основе иллюзорного восприятия движения. Тема 6. Константность восприятия. Проблема константности восприятия. Виды константности. Примеры, поясняющие проблему константности восприятия. Измерение константности ( формула Брунсвика-Таулесса). Теоретические подходы к изучению константности и их экспериментальное исследование. Конструктивизм: А. Ядерно-контекстная теория (ядерный признак, контекстные признаки, принцип обработки информации). Эксперимент А. Холуэя и Э. Боринга. Факторы, влияющие на коэффициент константности. Объективная и интроспективная установки. Неоднозначность понятий видимого размера и видимой формы. Б. Теория перцептивных отношений в восприятии. Взаимодействие перцептивных параметров образа. Уравнение взаимодействия воспринимаемого размера и воспринимаемой удаленности. Феномены, подтверждающие теорию перцептивных отношений: закон Эммерта; иллюзия Шеппарта; эксперимент В. Иттельсона; комната А. Эймса. В. Влияние экологической и социокультурной сред на формирование перцептивного опыта субъекта. Оптико-геометрические иллюзии и константность восприятия. Художественные приемы изображения трехмерного пространства на плоскости. Экологический подход Дж. Гибсона: стимульные инварианты, задающие непосредственно размер и форму объекта, учет характера оптической среды. Тема 7. Предметность восприятия. Исследования адаптации восприятия при трансформации сетчаточных изображений. Методические способы и виды трансформаций. Адаптация к искажениям у человека и животных. Реадаптация. Исследования адаптации к инвертированному зрению. Эксперименты Дж. Стрэттона, И. Колера, А. Логвиненко. Исследования адаптации к псевдоскопическому зрению. Псевдоскопические эффекты, творческий характер процесса восприятия. Принцип правдоподобия. Эксперименты Б. Компанейского, В. Столина. Протезирование зрения. Кросскультурные исследования восприятия. Тема 8. Перцептивное научение. Нативизм и эмпиризм: философская проблема врожденного и приобретенного в восприятии. Факты, подтверждающие как нативисткую так и эмпирическую точки зрения на проблему врожденного и приобретенного в восприятии. Современная точка зрения. Проблема процесса перцептивного научения. Перцептивное научение с точки зрения ответно-ориентированных, стимульно-ориентированных и когнитивно-ориентированных теорий: обогащение, дифференциация, навыки извлечения и обработки информации. Экспериментальные исследования перцептивного научения. Наблюдения за слепорожденными пациентами. Исследования восприятия формы, глубины и константности размера у младенцев и животных. Роль собственных движений в перцептивном научении. Роль движений глаз в восприятии. Эксперименты А. Ярбуса: эффекты стабилизации ретинального изображения; движения глаз при восприятии сложных изображений.
  • Добавил в систему: Меньшикова Галина Яковлевна

Преподавание курса


Философское осмысление теории восприятия в когнитивной психологии Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

УДК 161. 111

СЕМЁНОВА Валерия Валерьевна, аспирант кафедры философии факультета иностранных языков и культур Вологодского государственного педагогического университета

философское осмысление теории восприятия

в когнитивной психологии

В статье рассмотрены проблемы философского осмысления теории восприятия в когнитивной психологии как способа образования абстракций. Изложены основные проблемы применительно к когнитивной психологии.

Ключевые слова: категоризация, когнитивная психология, чувственные обобщения, естественные категории, вторичные категории.

Одним из актуальных вопросов философии науки является проблема образования абстракций в контексте неклассической теории познания, доказательство того, что в гуманитарных науках присутствуют иные, по сравнению с формально-логическими, способы образования общих понятий и категорий — метаязык, «естественные категории», концепты, гештальты и др. Сегодня проблема категоризации «специально исследуется в психологии, лингвистике, когнитивных науках», и в качестве фундаментальной, всеобщей, «необходимой, эта операция начинает входить также в арсенал эпистемологии»1.

В классической теории познания категоризация рассматривается как способ формирования понятий путем логического подведения вида под род. В неклассической теории познания, в философии когнитивных наук, в частности, в когнитивной психологии, катего-

© Семёнова В.В., 2013

ризация рассматривается как фундаментальная операция познавательной деятельности, основа формирования когнитивных способностей субъекта познания, базовый акт восприятия, имеющий «родовой характер»2. Чтобы единичный предмет в процессе восприятия приобрел содержание, необходимо его соотнесение с общими категориями, иначе он будет погребен «в безмолвии индивидуального опыта»3.

Категоризация в таком понимании лежит не только в основе процесса упорядочивания полученных знаний о мире, но является и основанием прогнозирования, предвидения возможного хода событий. Категоризация как фундаментальная когнитивная характеристика познания связывает чувственное отражение действительности с языком, сохраняющим социальный опыт и базовые ценности, что позволяет расширять пределы получаемой извне информации.

В исследовании природы категоризации в когнитивной психологии существуют два подхода, взаимодополняющих друг друга, один из которых анализирует создание «чувственных обобщений» с сохранением первичных оценок субъекта, другой — соотнесение свойств воспринимаемого объекта с уже существующей в обществе системой категорий, имеющихся в сознании и языке, в которую включается познающий субъект.

Начальным этапом категоризации являются «чувственные обобщения», благодаря которым возможен выход в общепринятую, существующую в культуре и социуме, систему категорий. Данные «чувственные категории» не являются рациональными теоретическими абстракциями, а имеют место в рамках определенного контекста, события, ситуации. Поэтому включенность восприятия в деятельность индивида придает познаваемым предметам или событиям общественный характер.

Определенный интерес в данном контексте представляет проблема формирования субъектом категорий времени и пространства в процессе чувственного восприятия действительности и ее общественно-исторической интерпретации, так как человек обладает не только физиологическими и психическими механизмами восприятия времени и пространства, но и сам является «системой, которую можно рассматривать в пространственно-временном аспекте»4. В процессе восприятия человек должен не только соотносить свои действия с соответствующей действительностью, но и прогнозировать возможные изменения во времени и пространстве. Для этого индивиду необходимо иметь такие «чувственные способности», как память, предвидение, предчувствование, интуиция. Обладая ими, человек способен «категорировать» действительность в виде событий, ситуаций, может отделять себя «от настоящего момента и «двигаться» во времени в будущее — предвосхищать, предвидеть, предчувствовать»5.

Данная способность индивида обусловлена появлением у человека «чувственных образов» прошлых и будущих движений, соприкоснове-

ний, которые лежат в основе чувственно-деятельных обобщений, основанных на абстракциях пространственно-временных отношений. В результате этого, отражение естественного времени путем «чувственных обобщений» в процессе решения чувственно-практических задач представляет собой процесс естественной категоризации событий в виде понятий прошлого, настоящего и будущего.

В основе образования «естественных категорий» лежат правила, в соответствии с которыми «мы относим объекты к одному классу как эквивалентные друг другу»6. При этом под «естественными категориями» понимаются не какие-то сознательно сформулированные человеком утверждения, а правила выбора необходимых свойств и признаков объекта, относимого к данному классу, способ их комбинирования, «веса», приписываемого им в процессе вывода и допустимые пределы их изменения.

«Естественные категории» выстраивают эталонную когнитивную систему, при помощи которой учитывается большая или меньшая степень совпадения образа и предмета, позволяющая субъекту выходить за пределы непосредственного восприятия и прогнозировать другие, еще не воспринятые свойства данного объекта. В результате этого адекватное отражение мира становится связанным с «умением сопоставлять признаки объекта с эталонной системой категорий»7. Естественные категории и их комбинации имеют операциональный характер, являются познавательным приемом, позволяющий упорядочивать знания о мире, поэтому они лежат в основе процесса познания, представляя собой один из способов формирования абстрактных понятий в сознании индивида.

Проблема способа формирования «естественных категорий» у субъекта в процессе восприятия являлась одной из центральных в психологии ХХ века. Так, по утверждению Ж. Пиаже, когнитивные структуры, обусловливающие у новорожденных акты сосания, хватания, видения и достижения желаемых целей, являются не проявлением высокоорганизованных рефлексов, а обусловлены генетической

схемой как первичным элементом когнитивной структуры мышления. Поэтому, при рассмотрении, например, хватательного действия, необходимо руководствоваться «категориями ответа» как результата взаимодействия «активности субъекта с реакциями объекта»8. На основе формирования таких первичных способностей индивид конструирует и выстраивает новые когнитивные структуры, предполагающие выход в общепринятую, существующую в культуре и социуме систему категорий.

Таким образом, категориальные схемы формируются благодаря включению прошлых схем в настоящие, а «интеллект может с равным успехом реконструировать схемы прошлого при помощи настоящего, и наоборот»9.

Подобный подход к пониманию образования «естественных категорий» развивал и Дж. Брунер, исследовавший проблему существования врожденных когнитивных способностей, которым «соответствует нечто первичное в психике новорожденного»10. Такие категории как движение, время, эквивалентность, пространство, тождество являются первичными когнитивными структурами в восприятии физических свойств мира наряду со способностью выделять предметы из окружающего мира или различать модальность событий.

Проблема построения «естественных» категорий рассматривается в когнитивной психологии как усвоение свойств кодирования среды и объектов с «последующей категоризацией раздражителей при помощи кодовых систем»11. В случае, если индивид получает неполное сообщение, он может восстановить его недостающие элементы с помощью кода, который связан с поступившей информацией. Если кодовая система подобрана субъектом неверно, то происходит ошибка, ре-

зультатом которой является неверное восприятие.

«Естественные категории», которые формируются на основе «чувственных обобщений», представляют собой начальный этап категоризации, завершение которой «предполагает выход в общепринятую, существующую в культуре и социуме систему категорий, в свою очередь ориентирующую различные системы норм и ценностных установок и предпочтений»12. Такой способ классификации объектов связан с процессом научения, в результате которого познающий субъект начинает отождествлять предметы или явления с определенной системой категорий.

Сам процесс образования таких систем вторичных категорий подразумевает расширение начальных когнитивных структур, их постоянное преобразование и развитие, наличие тесной связи с языком. В актах коммуникации происходит активизация семантического значения языковых знаков в зависимости от контекста ситуации, что ведет к усвоению определенных свойств воспринимаемых предметов и их отнесению к соответствующей категории в процессе речи. В результате этого, сознание предстает как динамическая смысловая система, объединяющая аффективные и интеллектуальные процессы, дающая возможность признакам воспринимаемых предметов получать словесное или иное знаковое выражение.

Таким образом, философское осмысление теории восприятия в когнитивной психологии позволяет рассматривать категоризацию как двуединый процесс образования с одной стороны, «естественных категорий» в процессе восприятия, с другой — соотнесение свойств воспринимаемого объекта с уже существующей эталонной системой категорий, имеющихся в сознании и языке.

Примечания

1Микешина Л.А. Категоризация как всеобщая процедура познавательной деятельности // Философия науки: учебное пособие. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2006. С. 99.

2Брунер Дж. Психология познания. За пределами непосредственной информации. М., 1977. С. 14.

3Там же. С. 15.

4Абульханова-Славская К.А. Диалектика человеческой жизни. М., 1977. С. 172.

5Там же. С. 175.

6Брунер Дж. Психология познания. За пределами непосредственной информации. С. 27.

7Там же. С. 20.

8Пиаже Ж. Структуры. Механизмы ассимиляции и аккомодации // Брангье Ж.-К. Беседы с Жаном Пиаже // Психологический журнал. Т. 21. № 5. 2000. С. 112.

9Его же Психология интеллекта. СПб., 2004. С. 30.

10Брунер Дж. Психология познания. За пределами непосредственной информации. С. 17. пТам же. С. 19.

12Микешина Л.А. Категоризация как всеобщая процедура познавательной деятельности. С. 102.

Semenova Valeria Valeryevna

Postgraduate Student, Faculty of Foreign Languages and Cultures, Vologda State Pedagogical University (Vologda, Russia)

PHILOSOPHICAL UNDERSTANDING OF THE THEORY OF PERCEPTION

IN COGNITIVE PSYCHOLOGY

The article deals with the problems of philosophical understanding of the theory of perception in cognitive psychology as a way of forming abstractions. The main problems of cognitive psychology are stated.

Keywords: categorization, cognitive psychology, sensory generalizations, natural categories, secondary categories.

Контактная информация: e-mail: [email protected]

Рецензент — Дрегало А.А., доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой государственного и муниципального управления института экономики и управления Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова

Эффект категориальности восприятия: основные подходы и психофизические модели — Экспериментальная психология

Введение

Восприятие и познание человеком окружающего мира неразрывно связаны с отнесением объектов, явлений и процессов к тем или иным категориям. В когнитивной психологии восприятия категоризации отводится роль одного из ключевых аспектов познания: она рассматривается как «основной способ организации опыта» (Лакофф, 2004, с. 10), «базис для построения наших знаний о мире» (Cohen, Lefebvre, 2005, p. 2), «одна из главных характеристик восприятия» и «свойство познания вообще» (Брунер, 1977, с. 14), «одна из наиболее базовых функций живых организмов» (Mervis, Rosch, 1981, p. 89). По словам С. Харнада, «познавать – значит категоризовать: познание есть категоризация» (Harnad, 2005, p. 19).

Перед исследователями категоризации и категориального восприятия встает ряд ключевых вопросов, решение которых зависит от избранной теоретической позиции. Доминирующее положение здесь занимают классический когнитивный и прототипический подходы.

Во-первых, это определение категории и операциональные критерии принятия решения по отнесению объекта к категории. В классическом когнитивном подходе категория определяется согласно формальной аристотелевской логике через общие признаки входящих в нее объектов. Категория – набор правил, по которым объекты относятся к одному классу: объекты из одной категории обладают характерными свойствами; они комбинируются в соответствии с законами формальной логики, имеют различный вес при принятия решения, их значения выбираются из определенного диапазона (Брунер, 1977). Современные теории, основанные на классическом подходе, в основном связаны с математическим моделированием формирования категорий. С. Харнад, понимая категоризацию в классическом смысле, описывает ее как «систематическое дифференцирующее взаимодействие между автономной адаптивной сенсомоторной системой и окружающим ее миром» (Harnad, 2005, p. 21). Обсуждая проблему формирования и функционирования категориального восприятия в контексте построения нейросетевых моделей категоризации, Харнад различает так называемые управляемую и неуправляемую категоризацию – последняя понимается как извлечение возможностей, предоставляемых окружающим миром. Формирование категорий происходит на основе сенсомоторного базиса, источником которого является эволюция или научение. В прототипическом подходе (см.: Лакофф, 2004), опирающемся на эмпирические исследования Э. Рош (Rosch, 1975; Rosch et al., 1976) и ее структурную теорию прототипов и базового уровня категоризации, категория определяется индуктивно, а принадлежность объекта к категории может оцениваться с помощью аппарата нечеткой логики и теории нечетких множеств (Zadeh, 1965). Формальные операции над нечеткими множествами позволяют описать некоторые важные эмпирические результаты, в частности, исследований категоризации цвета (Berlin, Kay, 1969; Kay, McDaniel, 1978) и эмоций. Прототипы рассматриваются как абстракции, обобщенные структурные модели «хороших» представителей категории, обладающие максимальным набором признаков с высокой различительной способностью (cue validity) для данной категории и минимумом признаков, характерных для других (контрастных) категорий того же уровня (Rosch, 1978).

Во-вторых, это связанная с первым вопросом проблема природы категорий: являются ли источником категоризации некоторые объективные свойства объектов окружающего мира или же наши субъективные представления о них. В классическом понимании сами объекты содержат в своей структуре основания для разделения их на определенные категории. Согласно Дж. Лакоффу (Лакофф, 2004), универсальность тех или иных категорий для человека как вида, обнаруженная исследователями в различных модальностях, есть функция общего предзаданного, врожденного нейрофизиологического (шире – биологического) базиса и когнитивных моделей, которые формируются в зависимости от культуры и индивидуальных различий.

В-третьих, это вопрос о границах категорий. Несмотря на то, что восприятие в категориях является ключевым положением и классического подхода, и теории прототипов, в их противопоставлении проявляется фундаментальная проблема непрерывности или дискретности восприятия мира: в классическом подходе она однозначно решается в пользу дискретного строения категорий, обладающих четкими границами, тогда как нечеткая логика и прототипические эффекты предполагают континуальное (непрерывное) изменение границ между категориями и степени близости объектов к прототипам.

С. Харнад (Harnad, 1990) предлагает выделять три пути построения моделей категоризации в когнитивной науке:

-моделирование процессов категоризации при помощи искусственного интеллекта, искусственных нейронных сетей и т. д. (нисходящий (top-down) подход), дополненный изучением работы головного мозга, обеспечивающей процессы категоризации (восходящий (bottom-up) подход). Этот путь исследований позволяет с разных сторон описать явления выше- и нижележащих уровней переработки информации, связанные с процессуальной стороной перцептивной категоризации;

-экспериментальное изучение и построение моделей выполнения тех или иных задач на категоризацию, а также исследования усвоения категорий в процессе развития и научения. Одним из базовых вопросов является происхождение и формирование категорий в эволюции и индивидуальном развитии, для чего предполагается использование, в частности, методов сравнительной психологии;

-наконец, психофизический подход к исследованию категоризации. Он рассматривается как основное направление, что связано с большим объемом работ по изучению категоризации с применением психофизических методов. Основными методами, используемыми в рамках данного подхода, являются изучение различения (дискриминации) и классификации (идентификации) объектов, входящих в одну или разные перцептивные категории.

Эффект категориальности восприятия

Наибольших успехов в изучении проблемы категоризации и категориального восприятия добились исследователи, использующие психофизические методы. Исследования категоризации в рамках психофизики сосредоточены в основном на изучении феномена, или эффекта, категориальности восприятия. Впервые он был обнаружен при изучении фонетического слуха и восприятия цвета, позднее было показано наличие этого эффекта и для других категорий объектов. С. Харнад (Harnad, 1990) предполагает, что этот в высшей степени специфический феномен может отражать глобальное свойство категориальности при восприятии и способствовать решению проблемы категоризации в целом, созданию более совершенных моделей. В исследованиях эффекта категориальности могут быть найдены ответы на такие вопросы, как роль научения и обучения в формировании перцептивных категорий, механизмы их усвоения, а также насколько общим свойством восприятия является сам рассматриваемый феномен.

Эффект категориальности восприятия определяется как качественное изменение воспринимаемого сходства и различия объектов в зависимости от того, входят ли они в одну или разные перцептивные категории. В большинстве экспериментальных работ для изучения этого эффекта используются психофизические методы, в которых сравнивается эффективность выполнения заданий на различение и называние (классификацию, идентификацию) набора объектов, принадлежащих обычно двум смежным категориям и организованных в ряд так, что физические различия между каждыми двумя соседними объектами в ряду остаются неизменными, но в одной из пар объекты находятся по разные стороны границы между двумя категориями. При этом в такой паре наблюдается наиболее эффективное различение объектов, а различие между ними воспринимается как максимальное.

Работы по изучению эффекта категориальности первоначально проводились на материале искусственно сгенерированных при помощи синтезатора фонем (Liberman et al., 1957), в которых изменялась определенная физическая характеристика звука. При этом отдельные части данного переходного ряда воспринимались как фонемы «ба», «да» и «га». Прослушивая упорядоченные тройки звуковых фрагментов (A, B и X), участники исследования давали ответ, совпадает ли фрагмент Х с фрагментом A или с фрагментом B. Результаты показали, что эффективность выполнения задания возрастала, если фрагменты A и B воспринимались как разные фонемы. Исследователи пришли к выводу о влиянии фонетических категорий на различение звуков, однако вопрос о том, являются ли эти категории врожденными или усвоенными в процессе обучения языку, остался нерешенным. Методы, впервые использованные А. Либерманом, стали классическими и до сих пор применяются в психофизике. Последовательность доказательства наличия эффекта категориальности включает следующие этапы:

1. Между двумя объектами, входящими в разные перцептивные категории, создается равномерный переходный ряд с сохранением между каждыми двумя последовательными объектами в ряду равного интервала по шкале изменения физического признака.

2. Проводится исследование, в котором испытуемых просят называть данные объекты (присваивать им ярлык той или иной категории – задача идентификации): предполагается свободный выбор названия либо выбор одного или нескольких названий из заданного набора альтернатив.

3. Вторая часть исследования – проведение дискриминационной задачи (задачи на различение объектов). Обычно используются такие методики, как задача same-different, в которой испытуемым предлагается ответить, одинаковы или различны два предъявленных им объекта (они могут предъявляться одновременно или последовательно в зависимости от характера задачи и других факторов), или дискриминационная задача ABX (или ее модификации AB–X, X–AB и др. ), где нужно ответить, с объектом A или B совпадает объект X.

4. По результатам задачи идентификации рассчитывается теоретическая эффективность выполнения задания на различение. Для этого используется ряд методов расчета теоретического различения, исходящих из предположения об обусловленности различения объектов их отнесенностью к той или иной категории. Наличие эффекта категориальности считается доказанным, если предсказанные теоретически и полученные экспериментально результаты различения объектов значимо положительно коррелируют или иным образом согласованы.

Описанная выше схема с большими или меньшими поправками воспроизводилась во множестве работ, направленных на изучение эффекта категориальности не только в отношении наборов речевых звуков, но также применительно к объектам зрительной модальности, в частности, к восприятию цвета, где в качестве физического признака используется длина световой волны: простая одномерная характеристика, которой легко манипулировать. При этом в научной литературе развернулось обширное обсуждение того, являются ли цветовые категории универсальными или культурно-специфичными (см., напр.: Berlin, Kay, 1969; Goldstone, 1995; Kay, 2005; Hardin, 2005; Roberson et al., 2000; Paramei, 2005; Winawer et al., 2007), а также является ли природа эффекта категориальности восприятия цвета чисто перцептивной (напр.: Pilling et al., 2003).

В начале 90-х годов XX века исследователям стала доступна техника компьютерного морфинга, позволяющая работать со сложными многомерными зрительными стимулами и градуально трансформировать одно изображение в другое (Барабанщиков, Хозе, 2012; Дивеев, Хозе, 2009). Если изображения-прототипы, на основании которых конструируются переходные морфы, относятся наблюдателями к разным перцептивным категориям, подобные наборы стимулов являются адекватным материалом для изучения эффекта категориальности. В частности, такими стимулами стали схематические, а впоследствии и фотографические изображения лиц. Появился ряд работ, в которых наличие эффекта категориальности было продемонстрировано на материале переходных рядов между изображениями лиц, принадлежащих разным людям (напр.: Beale, Keil, 1995 – схематические изображения лиц Кеннеди и Клинтона; Stevenage, 1998 – фотографии близнецов; Campanella et al., 2003 – изображения незнакомых лиц, эффект категориальности проявлялся после предварительного обучения или получения опыта в различении данных лиц), представителям разных рас (напр.: Levin, 2000) и разного пола (напр.: Campanella et al., 2001). Большой пласт исследований посвящен эффекту категориальности при восприятии конвенциональных, коммуникативных (напр., в британском знаковом языке – BSL: Campbell et al., 1999; McCullough, Emmorey, 2009) и в особенности эмоциональных выражений лица (Calder et al., 1996; de Gelder et al., 1997; Etcoff, Magee, 1992; Young et al., 1997 и др.).

Эмпирический факт наличия эффекта категориальности при восприятии стимулов той или иной модальности сам по себе не может служить объяснением природы, причин и механизмов данного явления. В рамках моторной теории речи (см.: Liberman, Mattingly, 1985) было выдвинуто предположение о врожденном характере некоторых речевых категорий и об уникальности их восприятия по сравнению с восприятием всех остальных звуков, а также объектов иных модальностей. Несмотря на то, что моторная теория до сих пор достаточно популярна, в первую очередь в лингвистике, ряд позднейших работ, в том числе и на неречевых стимулах, привел к отказу от предполагавшейся уникальности категориального восприятия речи (см.: Galantucci et al., 2006). В качестве альтернативных объяснений был предложен ряд многофакторных моделей, согласно которым происходит многоканальная переработка информации как о сенсорных признаках объектов, так и о категориях, в которые они входят (модели Э. Эйдса, Х. Фуджисаки и Т. Кавашимы, Н. Дурлаха и Л. Брайды). При этом категории полагаются усвоенными в процессе приобретения опыта, и следовательно, сравнительные исследования на младенцах, у которых они еще не сформированы, могут послужить проверкой таких моделей. Подобные исследования, действительно, не подтвердили отсутствия у младенцев категориального восприятия. Третьим возможным объяснением эффекта категориальности является неравномерность сенсорного континуума по сравнению с физическим, приводящая к появлению областей с повышенной (межкатегориальные пики) и пониженной (области внутри категорий) чувствительностью к физическим различиям. Как показал анализ исследований восприятия речевых и неречевых звуков, ни одна из этих моделей, взятая самостоятельно, не способна в полной мере объяснить все полученные результаты, для этого необходим их синтез (Rosen, Howell, 1990).

Согласно определению эффекта категориальности, континуум объектов с непрерывным изменением физического признака разбивается при восприятии на дискретные категории. В этом его отличие от континуумов, описываемых традиционными психофизическими законами Фехнера и Стивенса, которые предполагают непрерывность и монотонность психофизических функций (Pastore, 1990). В ранних психофизических исследованиях (Liberman et al., 1957; Studdert-Kennedy et al., 1970) были сформулированы строгие критерии абсолютного эффекта категориальности: а) категории, образованные при наименовании объектов, разделены четкими границами; б) эффективность различения объектов из одной категории находится на случайном уровне; в) максимальная эффективность различения приходится на категориальную границу; г) идентификация полностью определяет возможность различения (различение объектов возможно лишь настолько, насколько различаются категориальные ярлыки, присвоенные им при идентификации). Все объекты входят в соответствующую категорию равноправно, независимо от того, равны или нет физические различия между ними. Для последующей переработки доступна только та информация об объектах, которая сохраняется после этапа категоризации, а возможность доступа к информации о более точном различении объектов теряется. Описанная в терминах психофизики, строгая формулировка эффекта категориальности предполагает, что для каждого стимула существует дифференциальный порог различения, определяемый различием между значениями физического признака для верхней категориальной границы соответствующей категории и для данного стимула (Pastore, 1990). Функция различения стимулов приобретает следующий вид: равномерная для стимулов внутри категории, она имеет выраженный пик на категориальной границе.

В дальнейших исследованиях второй и третий критерии часто не выполнялись: несмотря на четкую категориальную границу, стимулам, находящимся недалеко от нее (1–2 шага по шкале физического признака), с некоторой вероятностью приписывались названия другой категории, т.е. принадлежность к категории оказывалась вероятностной и постепенно уменьшалась по мере приближения к ее границе (в частности, в случае с восприятием эмоциональных экспрессий лица,– см.: Calder et al., 1996; Cheal, Rutherford, 2011; Etcoff, Magee, 1992; de Gelder et al., 1997; Herba et al., 2007; McCullough, Emmorey, 2009; Roberson et al., 2007; Roberson, Davidoff, 2000; Suzuki et al., 2005; Teunisse, de Gelder, 2001; Young et al., 1997). Строгая формулировка эффекта категориальности также не нашла своего подтверждения в результатах целого ряда экспериментальных работ, проведенных на материале восприятия фонем и других классов звуков. Более слабая формулировка эффекта предполагает возможность различения между объектами из одной категории, равно как и наличие внутри категорий областей с различением на случайном уровне. Одна из психофизических моделей (Miller et al., 1976; Pastore, 1990) объясняет эффект категориальности наличием на континууме физического признака некоторого абсолютного порога для отнесения стимула к данной категории (категориальной границы). Подпороговые стимулы воспринимаются как неразличимые (вероятность правильного различения на случайном уровне), а дифференциальный порог определяется различием между значением абсолютного порога и значением стимула. Надпороговые стимулы воспринимаются в соответствии с законом Вебера. Если физические различия между надпороговыми стимулами меньше дифференциального порога, эффективность их различения также находится на случайном уровне. Таким образом, модель предсказывает и случайный уровень различения внутри обеих категорий по разные стороны границы, и пик между ними, однако ширина пика зависит от соотношения дифференциального порога и физических различий между стимулами. Увеличение шага между стимулами вдоль физического континуума приведет к увеличению высоты и ширины пика психофизической функции пропорционально степени превышения дифференциального порога. Данная модель одновременно удовлетворяет всем критериям строгого определения и отражает феномен неравномерности, возникающий при переходе от физического континуума к перцептивному, а при определенных параметрах психофизических функций – и абсолютный эффект категориальности.

Нарушался и критерий «идентификация определяет различение»: исследователи отмечали, что полученная эмпирически эффективность различения объектов систематически превышает предсказанную по результатам идентификации. Модель двойной переработки, которую предложили с учетом подобных результатов Х. Фуджисаки и Т. Кавашима (Fujisaki, Kawashima, 1969), предполагает, что первоначальная обработка информации на уровне категорий (категориальное восприятие) происходит параллельно более дифференцированной переработке на уровне отдельных стимулов (континуальной). Второй процесс играет более важную роль при различении объектов в том случае, если они входят в одну категорию. Классический способ расчета теоретической эффективности различения по результатам идентификации Фуджисаки и Кавашима дополнили оценкой параметра, зависящего от вклада сенсорной (континуальной) переработки в итоговую функцию различения, тем самым предлагая способ оценки степени проявления эффекта категориальности.

Еще один возможный случай проявления эффекта категориальности (Pastore, 1990) предполагает, что величина дифференциального порога ограничена уровнем шума (соотношением сигнал/шум). Введением константного эталона, или референтного стимула («прототипа», по терминологии Э. Рош, или «перцептивного магнита» (Kuhl, 1991)), с которым сравниваются все другие стимулы из континуума, можно добиться снижения уровня шума и лучшего различения стимулов вблизи эталона, следовательно, локального минимума в дифференциальном пороге и эффекта категориальности. На оставшихся частях континуума психофизическая функция подчиняется стандартным законам. При этом небольшое увеличение шага между стимулами относительно дифференциального порога приведет к повышению эффективности различения для стимулов, значение физического признака у которых меньше, чем у эталона. Стимулы, находящиеся выше эталона, будут восприниматься по закону Вебера. Р. Пастор предлагает использовать стимулы с равными расстояниями не по шкале физического признака, а по шкале его пропорционального приращения. При условии действия закона Вебера эффект категориальности также будет наблюдаться, за исключением случаев приращений настолько больших, что стимулы будут одинаково эффективно различаться на всем континууме.

Рассмотрение эффекта категориальности в терминах теории обнаружения сигнала имеет, по мнению ряда авторов (напр.: Macmillan, 1990; Macmillan et al., 1977), преимущества перед классическим пороговым подходом. Сопоставляются не доли правильных ответов в задачах идентификации и различения, но величины чувствительности сенсорной системы d ’, свободные от субъективных факторов и других источников систематического изменения результатов. Однако существенными ограничениями являются, во-первых, обязательное условие одномерности физических различий между объектами и, во-вторых, ограничение использования d ’ предположением о нормальности распределений шума и сигнала и равенстве их дисперсий. Данные критерии могут не выполняться для наиболее часто используемых задач, – например, ABX. Непараметрические альтернативы, например, величина A’ , также имеют свои ограничения. Условие одномерности обсуждается Н. Макмилланом в свете проведенных ко времени появления его работы исследований категориальности восприятия цвета, но основные результаты на многомерных объектах (например, лицах) были получены позднее.

Роль контекста при изучении категориальных эффектов

В классическом объяснении эффекта категориальности каждая ситуация восприятия, категоризации или различения объектов рассматривалась как независимая от предшествовавших ей в течение экспериментальной сессии. Контекстные влияния, зафиксированные в экспериментальных исследованиях, тем не менее, могут быть весьма значительны. Они представляют проблему для исследований, проводимых по классической схеме (сопоставление идентификации и различения). В целом можно говорить о том, что восприятие объекта зависит от всего ряда других предъявляемых в той же серии объектов.

Б. Репп и А. Либерман (Repp, Liberman, 1990) приводят классификацию факторов контекста, с которыми может быть связана подвижность межкатегориальных границ. Первая группа факторов – влияния последовательности стимулов. Среди них можно выделить локальные и глобальные эффекты последовательности, а также избирательную адаптацию. Локальные эффекты, или влияния непосредственно предшествовавшего стимула на идентификацию последующего, выражаются в контрасте суждений: каждый последующий стимул оценивается как относящийся к другой категории, нежели та, к которой относился предыдущий, причем влияние контраста растет с увеличением физических различий между стимулами. Объяснением этого явления могут служить либо модификация сенсорной репрезентации данного стимула следом от предыдущего в кратковременной памяти, либо влияние оценки предыдущего стимула на оценку данного. При последовательной схеме предъявления объектов, когда испытуемый дает ответ не после каждого предъявления, но после серии из двух или трех стимулов, вследствие работы кратковременной памяти также могут возникать ретро- и проактивные эффекты интерференции. Глобальные эффекты последовательности включают влияния ширины диапазона стимулов и частоты их предъявления. Если некоторый стимул предъявляется с более высокой частотой, чем другие, он становится «перцептивным якорем», а категориальная граница сдвигается по направлению к нему. Предположительно данный феномен объясняется не наличием областей более высокой чувствительности, но сенсорной адаптацией либо сдвигом субъективного критерия. Глобальные эффекты могут быть, по крайней мере отчасти, сведены к локальным: так, увеличение вероятности предъявления некоторого объекта автоматически увеличивает вероятность того, что он будет предшествовать другим объектам при случайной последовательности предъявления; сдвиг диапазона объектов в определенном направлении увеличит вероятность того, что объекты из этой части диапазона будут чаще предшествовать другим. Влияние избирательной адаптации оценивается с помощью процедуры многократного предъявления одного и того же объекта перед непосредственным выполнением задачи идентификации или различения. Подобная схема позволяет оценить степень сдвига границ категорий по направлению к тому объекту, к которому производится адаптация (что приводит к уменьшению объема категории).

Вторая группа факторов контекста – эффекты интеграции признаков категорий. Они рассматриваются преимущественно на речевой модальности, но аналогом могут быть признаки различных категорий объектов, воспринимаемых зрительно, в том числе и эмоциональных экспрессий лица. Предполагается, что признаки обладают различным весом, а следовательно, существуют как более сильные, так и более слабые признаки, причем влияния слабых могут быть выявлены экспериментально при помощи контроля или удаления сильных. Наблюдатель при наличии такой возможности будет использовать любые признаки для идентификации или различения объектов (Repp, Liberman, 1990). Если категориальная граница определяется континуумом стимулов, изменяющимся вдоль оси одного ключевого признака, можно предположить, что границы сдвинутся при вводе дополнительных – возможно, более слабых – признаков одной из двух представленных категорий. В таком случае межкатегориальная граница предположительно сдвинется в сторону от прототипа данной категории (объем категории увеличится). Границы располагаются в области максимальной неопределенности, где действие дополнительных признаков максимально. Если существует несколько дополнительных признаков разных категорий, принятие решения о принадлежности объекта к той или иной категории определяется по результатам интеграции признаков. Восприятие при этом, по мнению Б. Реппа и А. Либермана, все равно остается категориальным, т. е. различение определяется идентификацией.

В модели, предложенной в работах Н. Дурлаха и Л. Брайды (см.: Macmillan, 1990), разброс оценок объектов в задачах идентификации и различения связан с действием трех факторов: сенсорных флуктуаций, величина которых на данном наборе объектов фиксирована; сенсорного следа от непосредственно предшествовавшего стимула, или эффекта ультракратковременной памяти; контекста – всего набора объектов, предъявляющихся в данной задаче. Математическая модель позволяет оценить вклад каждого из трех факторов на основании анализа результатов идентификации, различения со случайным и блочным порядком предъявления пар объектов. Случай абсолютного эффекта категориальности в этой модели предполагает отсутствие вклада фактора контекста при различении: сопоставляются только объекты, непосредственно входящие в конкретную пару. Подобным образом были проанализированы результаты восприятия нескольких видов звуковых стимулов и построено сводное пространство перцептивной переработки в координатах относительной вариабельности контекста и сенсорного следа. Более поздняя версия модели была дополнена предположением о существовании перцептивных якорей на концах предъявляемого континуума объектов, которые улучшают точность идентификации и различения объектов вблизи них. Н. Макмиллан предполагает, что такие якоря могут возникать в любом месте переходного ряда. Конкретное их расположение для каждой модальности должно быть определено эмпирически. Наличие перцептивного якоря в центральной зоне переходного ряда объясняло бы эффект межкатегориальной границы. Перцептивные якоря («усвоенные ярлыки», прототипы категорий) могут устанавливаться или изменяться с тренировкой (Macmillan, 1990; Rosen, Howell, 1990). Чтобы разделить два эффекта, необходима оценка того, насколько функция различения при случайном порядке предъявления стимулов выше, чем при блочном, когда не действует фактор контекста.

Выявленное в ряде исследований уменьшение эффекта категориальности вследствие научения, или усвоенное различение объектов внутри категории (Goldstone, 1994), с точки зрения психофизики может быть объяснено либо общим снижением дифференциального порога, либо опорой на вторичные, менее явные признаки, которые становятся релевантными только в рамках определенного набора различаемых объектов, а в обычных условиях редко обращают на себя внимание. Модель, описываемая Н. Макмилланом, может быть проверена в исследованиях научения категоризовать те или иные объекты: в задаче блочного различения верхний предел точности различения будет достигнут гораздо быстрее, чем в задаче различения с рандомизацией. Увеличение различительной чувствительности и точности идентификации вблизи перцептивного якоря подтверждается рядом эмпирических результатов (см.: Macmillan, 1990). Изучение влияний контекста может быть более эффективным, если использовать задачу многоальтернативного выбора, при котором функция идентификации редко принимает значения 0 или 1.

Модель категориальной подстройки (category adjustment model) была предложена в работах Дж. Хаттенлохер и ее коллег (Duffy et al., 2006; Huttenlocher et al., 2000) для объяснения категориальных эффектов при восприятии объектов и извлечении информации о них из памяти. Важной особенностью модели является то, что она позволяет объяснить не только различение объектов из разных категорий, но и особенности восприятия объектов из одной категории, возникающие в связи с глобальными эффектами последовательности. Категория и степень принадлежности стимула категории понимаются в терминах теории прототипов. Стимул определяется как точка в пространстве физических признаков, категория – как распределение конечного множества стимулов. Авторы исходят из предположения о том, что адаптивной целью наблюдателя является увеличение средней точности оценок. Для этого объединяются результаты переработки сигнала на двух уровнях репрезентации: различение категорий и отдельных объектов. Во время оценки стимула информация о прототипе категории, разбросе значений и границах доступна и может быть использована в процессе восприятия. Оценки стимулов вследствие этого могут сдвигаться по направлению к центру категории. Смещение – различие между действительным физическим значением стимула и его оценкой при восприятии. Степень сдвига зависит от следующих факторов: точность репрезентаций на уровне конкретных стимулов, величина разброса значений внутри категории и степень уверенности в том, что стимул принадлежит данной категории.

При извлечении из памяти информации об объекте происходит объединение разноуровневых репрезентаций, при этом уменьшается величина случайной ошибки, и следовательно, увеличивается средняя точность различения. Предполагается, что часть информации, полученной при восприятии объекта, может быть потеряна, вследствие чего извлеченная из памяти информация оказывается неполной. В таком случае существенную роль играет информация от категориального уровня. В предельном случае полного отсутствия информации о стимуле он заменяется центральным значением для данной категории, а степень сдвига к центру категории является максимальной. Вид распределения значений внутри категории влияет на степень смещения следующим образом: при равномерном распределении информация от категориального уровня используется при оценках стимулов в наименьшей степени, а если кривая распределения приближена к нормальной, то оценки стимулов будут во многом опираться на среднее значение. От формы распределения зависит и степень уверенности в принадлежности стимула к категории: она существенно меньше в случае, если распределение далеко от равномерного и число стимулов внутри категории, имеющих очень большие или очень малые значения физического признака, невелико. Модель экспериментально проверялась в исследованиях с формированием категорий, в которых варьируются форма распределения вероятности включения объекта в категорию (нормальное или равномерное) и его ширина. Теоретические предсказанные распределения значений сдвига к центру категории подтвердились экспериментальными данными. Кроме того, данная модель была подтверждена и в исследованиях с использованием сложных стимулов – изображений лиц, выражающих различные эмоции (Roberson et al., 2006). Был проанализирован характер ошибок, совершаемых при выполнении задачи на различение изображений эмоциональных экспрессий.

Рассмотренные выше модели могут быть использованы в экспериментальных исследованиях для того, чтобы дать ответы на вопросы о конкретных свойствах эффекта категориальности: как выглядит психофизическая функция восприятия для тех или иных классов объектов, в каких условиях проявляется эффект категориальности, а при каких он исчезает, врожден ли эффект и меняется ли он в процессе обучения. В то время как классические психофизические модели в основном предсказывают статичные свойства эффекта категориальности, модель категориальной настройки сфокусирована на его динамике и связи репрезентаций на перцептивном уровне восприятия конкретных объектов и более высоком когнитивном, или языковом, уровне описания свойств категорий. Так или иначе, большинство современных моделей эффекта категориальности учитывает эффекты прототипичности и неравнозначность объектов внутри категории.

Критика метода изучения категориальных эффектов

Ряд авторов критикуют способ выявления эффекта категориальности и гипотезы о его механизмах, а также отрицают сам факт его существования, объясняя получаемые эмпирические результаты недостатками используемой методики.

Понимая эффект категориальности в строгой формулировке, Д. Массаро (Massaro, 1990, 1998) отвергает его объяснение через перцептивные или сенсорные механизмы и утверждает, что на уровне сенсорной переработки информация воспринимается континуально, т. е. воспринимаемая принадлежность объекта к той или иной категории меняется градуально. Результаты, демонстрируемые в эмпирических исследованиях с использованием задач идентификации и различения, согласно Массаро, обусловлены категоризацией на уровне принятия решения, поэтому стандартная схема исследования не является адекватной для проверки гипотезы об особенностях сенсорного уровня. Феномен воспринимаемых межкатегориальных различий и одновременной возможности более тонкого различения внутри категорий (как проявление континуального восприятия, по мнению Массаро) рассматривается с точки зрения теории нечеткой логики. Распознавание и категоризация объектов происходят в три этапа. На первом происходит извлечение информации о различных свойствах объекта и степени, в которой он обладает тем или иным свойством. Второй этап – интеграция свойств и сопоставление целостных образов с хранящимися в памяти эталонами (прототипами) категорий. На третьем этапе оценивается степень соответствия объекта тому или иному прототипу относительно суммарной степени соответствия всем остальным прототипам.

Д. Массаро отмечает значительные контекстуальные эффекты: на степень проявления эффекта категориальности влияет диапазон предъявленных в эксперименте стимулов; в частности, при предъявлении эквидистантных аудиальных стимулов с повышением громкости в начале звука результаты идентификации и различения гораздо лучше описываются с точки зрения непрерывного (континуального) восприятия, тогда как при частичном сдвиге диапазона стимулов в область понижения начальной громкости присутствует эффект категориальности. Категориальная граница воспринимается в области перехода через нуль, т. е. при отсутствии изменения громкости. Полученный в экспериментах феномен подвижности границ категорий, согласно Массаро, объясняется скорее континуальным, чем категориальным восприятием. Кроме того, модели, построенные на предположении о континуальном восприятии, лучше аппроксимировали его собственные экспериментальные данные.

Н. Макмиллан, соглашаясь с Д. Массаро в том, что соотношение результатов идентификации и различения не может быть подтверждением категориальности восприятия, все же оставляет возможность получения важных результатов о ходе перцептивного процесса в такого рода исследованиях, однако говорит о том, что рассмотрение перцептивного процесса лишь с точки зрения категориального восприятия (в оппозиции к континуальному) приводит к неполному описанию его природы и механизмов. Если континуальное восприятие определяется как отсутствие связи между идентификацией и различением, то в исследованиях Макмиллана было показано пропорциональное отношение двух функций, а дихотомия категориальное/континуальное снимается введением трехфакторной модели (Macmillan, 1990). Макмиллан (Macmillan, 1977) вслед за рядом исследователей предлагает различать эффект категориальной границы (увеличение эффективности различения объектов, разделенных межкатегориальной границей, которая определена по результатам идентификации) и эффект категориальности восприятия (взаимосвязь идентификации и различения). Нужно отметить, что если механизмы этих двух явлений независимы друг от друга, то эффект категориальности может наблюдаться и в отсутствие межкатегориального пика и, наоборот, эффект категориальной границы может возникать, даже если эффективность различения не ограничивается идентификацией.

Другое направление критики связано с использованием в экспериментах искусственного стимульного материала, вследствие чего исследованиям эффекта категориальности зачастую недостает экологической валидности. В большинстве экспериментальных работ по изучению эффекта категориальности использовались искусственно созданные объекты, обладающие заведомо заданным признаком или признаками, по которым они отличаются друг от друга (длина волны, простые графические характеристики). Если для одномерных объектов – цветов, простых изображений и т. д. – этот способ является приемлемым, то для изучения более сложных объектов, максимально приближенных к реальным объектам окружающего мира, необходимы другие способы создания стимульного материала. Один из важных методологических вопросов заключается в следующем: действительно ли эффект категориальности является базовым свойством восприятия или других психических процессов или это методологический артефакт, который можно получить только в крайне искусственных условиях лабораторного эксперимента? Только в первом случае его правомерно использовать для изучения категоризации в целом. Чтобы это понять, необходимо выяснить, существует ли эффект категориальности для объектов реального мира, а также могут ли существовать в реальном мире аналоги искусственных объектов, используемых в большинстве исследований. Так, например, в случае фонем или выражений лица: может ли человек произносить такие фонемы или выражать такие экспрессии, которые будут неоднозначно восприниматься как находящиеся на границе перцептивных категорий, и если да, то как при этом будет выглядеть психофизическая функция? В случае цвета: существуют ли в окружающем нас мире естественные, а не искусственно созданные объекты, окрашенные так, что их цвет не может быть однозначно описан в терминах основных цветов? И т. д.

Вопросы для дальнейшего исследования

Обобщая основные результаты исследований эффекта категориальности и модели, предложенные для его объяснения, можно обозначить следующие дискуссионные вопросы, поиск ответов на которые ведется в современной когнитивной психологии:

-На какой стадии переработки информации (сенсорной, перцептивной, при принятии решения) происходит категоризация?

-Насколько адекватно строгое определение эффекта категориальности? Как следует формулировать эмпирические критерии эффекта и каковы должны быть процедуры их проверки?

-Как связаны идентификация (присваивание ярлыков той или иной категории) и воспринимаемые различия между объектами?

-Каков вклад дискретного и континуального восприятия в эффект категориальности?

-Является ли эффект категориальности базовым свойством восприятия или методическим артефактом, связанным с искусственным характером стимулов?

ВОСПРИЯТИЕ • Большая российская энциклопедия

ВОСПРИЯ́ТИЕ, пер­цеп­ция (лат. perceptio), не­по­сред­ст­вен­но-чув­ст­вен­ное от­ра­же­ние ок­ру­жаю­ще­го ми­ра че­ло­ве­ком и жи­вот­ны­ми. Под В. по­ни­ма­ет­ся как сам про­цесс (или со­во­куп­ность пси­хо­фи­зио­ло­гич. про­цес­сов), так и его ре­зуль­тат (образ). В. – од­но из центр. меж­дис­ци­п­ли­нар­ных по­ня­тий фи­лос. тео­рии по­зна­ния, пси­хо­ло­гии, ког­ни­тив­ной нау­ки, ней­ро­фи­зио­ло­гии и сен­сор­ной фи­зио­ло­гии, эс­те­ти­ки, эр­го­но­ми­ки и не­ко­то­рых раз­де­лов ин­фор­ма­ти­ки.

Восприятие в истории философии и психологии

В. трак­то­ва­лось в фи­ло­софии как вид по­зна­ния, от­лич­ный от ощу­ще­ний («ато­мов» В., ото­бра­жаю­щих лишь отд. ка­че­ст­ва вос­при­ни­мае­мо­го ми­ра, та­кие как «хо­лод­но», «свет­ло» и т. п.) и мыш­ле­ния. В цен­тре фи­лос. рас­смот­ре­ния В. бы­ли во­про­сы о спе­ци­фике В. и об ис­тин­но­сти по­лу­чае­мых с помо­щью ор­га­нов чувств зна­ний. Ил­лю­зии вос­при­ятия и псев­до­вос­прия­тие (сно­ви­де­ния, гал­лю­ци­на­ции) по­слу­жи­ли ос­но­вой для кри­ти­ки чув­ст­вен­но­го по­зна­ния пред­ста­ви­те­ля­ми ра­цио­на­лиз­ма. Г. В. Лейб­ниц опи­сал В. (пер­цеп­цию) как со­стоя­ние не­яс­но­го соз­на­ния, по­сте­пен­но пе­ре­хо­дя­ще­го под влия­ни­ем вни­ма­ния (ап­пер­цеп­ции) в со­стоя­ние от­чёт­ли­во­го и ос­мыс­лен­но­го осоз­на­ния пред­ме­та. И. Кант по­ка­зал, что на­ми все­гда вос­при­ни­ма­ет­ся не­рас­чле­ни­мое да­лее един­ст­во чув­ст­вен­ных дан­ных и ка­те­го­рий рас­суд­ка; вся­ко­му ак­ту В. пред­ше­ст­ву­ют, как ми­ни­мум, ап­ри­ор­ные ка­тего­рии про­стран­ст­ва и вре­ме­ни. В фи­лосо­фии эм­пи­риз­ма от­гра­ни­че­ние В. от ощу­ще­ний и от пред­став­ле­ний про­во­ди­лось на ба­зе пред­по­ло­же­ния об объ­е­ди­не­нии ощу­ще­ний в В. и В. в пред­став­ле­ния на ос­но­ве прин­ци­па ас­со­циа­ции (Т. Гоббс, Дж. Локк).

Для экс­пе­рим. ис­сле­до­ва­ний В. боль­шое зна­че­ние име­ло соз­да­ние в сер. 19 в. ме­то­дов из­ме­ре­ния ин­тен­сив­но­сти сен­сор­ных впе­чат­ле­ний Э. Г. Ве­бе­ром и Г. Фех­не­ром (см. Пси­хо­фи­зи­ка), а так­же из­ме­ре­ние ско­ро­сти про­ве­де­ния нерв­но­го раз­дра­же­ния Г. Гельм­голь­цем и хро­но­мет­рич. опы­ты голл. оф­таль­мо­ло­га Ф. К. Дон­дер­са. Од­но­вре­мен­но про­ис­хо­ди­ло уточ­не­ние ана­то­мо-фи­зио­ло­гич. строе­ния ор­га­нов чувств и центр. моз­говых ме­ха­низ­мов ана­ли­за сен­сор­ных дан­ных разл. мо­даль­но­стей, вы­явив­шее, напр., роль за­ты­лоч­ных от­де­лов ко­ры для про­цес­сов зре­ния и верх­них ви­соч­ных струк­тур для слу­ха (К. Брод­ман).

До­ми­ни­рую­щей тео­ри­ей В. во 2-й пол. 19 в. ста­ла тео­рия бес­соз­на­тель­ных умо­зак­лю­че­ний Г. Гельм­голь­ца, со­глас­но ко­то­рой В. стро­ит­ся по схе­ме ре­ше­ния сил­ло­ги­стич. за­дач: на ос­но­ве зна­ния ти­пич­но­го со­от­но­ше­ния па­ра­мет­ров сти­му­ла и свойств пред­ме­тов (боль­шая по­сыл­ка сил­ло­гиз­ма) и зна­ния па­ра­метров сен­сор­но­го сти­му­ла (ощу­ще­ния – ма­лая по­сыл­ка) де­ла­ет­ся очень бы­ст­рый, не­дос­туп­ный для осоз­на­ния вы­вод о свой­ст­вах пред­ме­тов. Пер­вые на­уч. на­блю­де­ния дви­га­тель­ной ак­тив­но­сти (дви­же­ний рук, ощу­пы­ваю­щих пред­мет, и дви­же­ний глаз), со­про­во­ж­даю­щей про­цес­сы В., по­слу­жи­ли ос­но­вой для ран­них ги­по­тез о сен­со­мо­тор­ной ос­но­ве В., вни­ма­ния и соз­на­ния (Н. Н. Лан­ге, Т. Ри­бо, И. М. Се­че­нов).

Восприятие в современной психологии

Но­вый этап изу­че­ния В., на­ча­тый пред­ста­ви­те­ля­ми геш­тальт­пси­хо­ло­гии, оп­ре­де­лял­ся дву­мя по­став­лен­ными К. Коф­фкой во­про­са­ми: «По­че­му мы вос­при­ни­ма­ем мир имен­но та­ким?» и «По­че­му мы вос­при­ни­ма­ем пред­ме­ты, а не про­ме­жут­ки ме­ж­ду ни­ми?». Ге­штальт­пси­хо­ло­ги об­на­ру­жи­ли за­ви­си­мость отд. час­тей вос­при­ни­мае­мой кар­ти­ны от це­ло­го. При уст­ра­не­нии об­ще­го кон­тек­ста В. труд­но­сти вы­зы­ва­ет да­же про­стей­шая за­да­ча зри­тель­ной ло­ка­ли­за­ции: не­под­виж­ный объ­ект в тем­но­те или в го­мо­ген­ном по­ле на­чи­на­ет ка­зать­ся хао­тиче­ски дви­жу­щим­ся (ил­лю­зия ав­то­ки­не­тич. дви­же­ния). На­про­тив, ес­ли при из­ме­не­нии всех час­тей со­хра­ня­ют­ся их струк­тур­ные от­но­ше­ния, то со­хра­ня­ет­ся и В. (так, ме­ло­дия, про­иг­ры­вае­мая в дру­гой то­наль­но­сти, лег­ко уз­на­ёт­ся). При этом мы не толь­ко не за­ме­ча­ем, но ча­ще все­го про­сто не мо­жем оп­ре­де­лить из­ме­не­ния отд. ощу­ще­ний.

Инвариантность соотношения воспринимаемых удалённости и величины.

На­ря­ду с це­ло­ст­но­стью для В. ха­рак­тер­на кон­стант­ность – от­но­сит. не­за­ви­си­мость свойств вос­при­ни­мае­мых пред­ме­тов от па­ра­мет­ров сти­му­ля­ции ор­га­нов

чувств. Напр., при уда­ле­нии ви­ди­мо­го объ­ек­та вдвое раз­ме­ры его про­ек­ции на сет­чат­ке так­же умень­ша­ют­ся в два раза, од­на­ко мы про­дол­жа­ем ви­деть его ве­ли­чи­ну не­из­мен­ной. Со­глас­но геш­тальт­тео­рии, ме­ха­низ­мом этой и др. ви­дов кон­стант­но­сти (на­прав­ле­ния, цве­та, фор­мы и т. д.) слу­жат ин­ва­ри­ант­ные от­но­ше­ния ме­ж­ду вос­при­ни­мае­мы­ми ве­ща­ми и их ок­ру­же­ни­ем, вы­пол­няю­щим функ­цию сис­те­мы от­счё­та.

М. Верт­хай­мер вы­де­лил 6 за­ко­нов «пер­цеп­тив­ной ор­га­ни­за­ции», поз­же объ­е­ди­нён­ные в еди­ный «за­кон пре­гнант­но­сти». Объ­ек­ты, ко­то­рые (1) рас­по­ло­же­ны близ­ко друг к дру­гу, (2) име­ют сход­ные ха­рак­те­ри­сти­ки яр­ко­сти и цве­та, (3) ог­ра­ни­чи­ва­ют не­боль­шую замк­ну­тую и (4) сим­мет­рич­ную об­ласть, (5) ес­те­ст­вен­но про­дол­жа­ют друг дру­га, (6) дви­жут­ся при­мер­но с рав­ной ско­ро­стью в од­ном на­прав­ле­нии, ско­рее бу­дут вос­при­ня­ты как еди­ное це­лое, или как фи­гу­ра, а не как раз­роз­нен­ные эле­мен­ты фо­на.

Кри­ти­ка по­пы­ток вы­ве­де­ния В. из ло­каль­ных ощу­ще­ний бы­ла про­дол­же­на во 2-й пол. 20 в. Дж. Гиб­со­ном и его по­сле­до­ва­те­ля­ми. Гиб­сон опи­сал ком­плекс­ные пе­ре­мен­ные сти­му­ля­ции, спе­ци­фи­ци­рую­щие для под­виж­но­го ор­га­низ­ма объ­ек­тив­ные свой­ст­ва сре­ды, пред­ме­тов и со­бы­тий. Напр., на рис. при­сут­ст­вует т. н. гра­ди­ент ве­ли­чи­ны и плот­но­сти (узор брус­чат­ки и ко­лонн по бо­кам про­хо­да), ко­то­рый в лю­бом ес­теств. окру­же­нии спе­ци­фи­ци­ру­ет глу­би­ну оп­тич. про­стран­ст­ва и обыч­но пре­дос­тав­ля­ет воз­мож­ность для дви­же­ния впе­рёд. В про­цес­се та­ко­го про­дви­же­ния воз­ника­ет ди­на­мический гра­ди­ент, спе­ци­фи­ци­рую­щий ско­рость и на­прав­ле­ние, в ча­ст­но­сти, не­под­виж­ная центр. точ­ка (фо­кус гра­ди­ен­та) со­от­вет­ст­ву­ет на­прав­ле­нию дви­же­ния. Для об­ра­бот­ки от­кры­тых Гиб­со­ном гра­ди­ен­тов не тре­бу­ет­ся умо­зак­лю­че­ний или па­мя­ти, дос­та­точ­но про­стой ре­цеп­ции со­от­вет­ст­вую­щей ин­фор­ма­ции.

Идея ак­тив­но­го об­сле­до­ва­ния ок­ру­же­ния со­дер­жит­ся в пред­ло­жен­ном Дж. Гиб­со­ном по­ня­тии «пер­цеп­тив­ных сис­тем», под ко­то­ры­ми по­ни­ма­ют­ся не толь­ко сен­сор­ные ме­ха­низ­мы той или иной мо­даль­но­сти, но и все­воз­мож­ные дви­же­ния ор­га­нов чувств и ор­га­низ­ма, на­прав­лен­ные на В. внеш­не­го ми­ра. Роль дви­же­ний в В. под­чёр­ки­ва­ет­ся и в тео­рии пер­цеп­тив­ных дей­ст­вий, раз­ви­той рос. пси­хо­ло­га­ми А. В. За­по­рож­цем, В. П. Зин­чен­ко, Б. Ф. Ло­мо­вым. Так, пер­цеп­тив­ные дей­ст­вия с ис­поль­зо­ва­ни­ем кож­ной и сус­тав­но-мы­шеч­ной чув­ст­ви­тель­но­сти пред­по­ла­га­ют разл. ви­ды дви­же­ний: при вос­при­ятии свойств тек­сту­ры по­верх­но­сти пред­ме­та это сколь­зя­щие дви­же­ния паль­цев, твёр­до­сти – дав­ле­ние на по­верх­ность, тем­пе­ра­ту­ры – ста­тич­ный кон­такт, ве­са – под­держ­ка в ла­до­ни без опо­ры, объ­ё­ма – ох­ват, фор­мы – со­че­та­ние ох­ва­ты­ваю­щей под­держ­ки од­ной ру­кой и ощу­пы­ва­ния кон­ту­ров дру­гой.

Со­глас­но У. Найс­се­ру, В. – это ак­тив­ный про­цесс из­вле­че­ния ин­фор­ма­ции из ок­ру­жаю­ще­го ми­ра, ко­то­рый управ­ля­ет­ся схе­ма­ми В., ие­рар­хи­че­ски увя­зан­ны­ми друг с дру­гом (напр., схе­ма ком­на­ты, до­ма, ули­цы, го­ро­да, ми­ра). А. Н. Ле­он­ть­ев раз­ра­бо­тал пред­став­ле­ние о це­ло­ст­ной схе­ме ре­аль­но­сти – обра­зе ми­ра и о его взаи­мо­дей­ст­вии со схе­мой те­ла субъ­ек­та как о не­об­хо­ди­мом ус­ло­вии вос­при­ятия.

В ря­де на­прав­ле­ний пси­хо­ло­гии 2-й пол. 20 в. вслед за Г. Гельм­голь­цем В. рас­смат­ри­ва­лось как про­цесс, по­доб­ный ре­ше­нию ин­тел­лек­ту­аль­ных за­дач и за­ви­ся­щий от раз­ви­тия струк­тур ин­тел­лек­та (Ж. Пиа­же) или осо­бен­но­стей язы­ко­вых струк­тур (Лин­гвис­ти­че­ской от­но­си­тель­но­сти ги­по­те­за). Со­глас­но Дж. Бру­не­ру, В. воз­мож­но бла­го­да­ря про­цес­су ка­те­го­ри­за­ции, не­осоз­на­вае­мо­го ос­мыс­ле­ния и при­ня­тия ре­ше­ния об от­не­се­нии вос­при­ни­мае­мо­го к то­му или ино­му клас­су объ­ек­тов или про­цес­сов, на ос­но­ва­нии со­от­не­се­ния с «пер­цеп­тив­ны­ми эта­ло­на­ми», или ка­те­го­рия­ми.

В ког­ни­тив­ной пси­хо­ло­гии бы­ло по­ка­за­но, что В. вклю­ча­ет мно­же­ст­во внутр. ком­по­нен­тов и эта­пов пе­ре­ра­бот­ки ин­фор­ма­ции, сре­ди ко­то­рых есть как экс­пли­цит­ные, дос­туп­ные соз­на­нию, так и им­пли­цит­ные, бес­соз­на­тель­ные (см. Под­по­ро­го­вое вос­при­ятие). К чис­лу внутр. ком­по­нен­тов В. от­но­сят­ся пер­цеп­тив­ные ожи­да­ния и вни­ма­ние к оп­ре­де­лён­ным ас­пек­там си­туа­ции. Вни­ма­ние, как ра­нее ап­пер­цеп­ция, час­то счи­та­ет­ся фак­то­ром, ко­то­рый обес­пе­чи­ва­ет ин­те­гра­цию отд. при­зна­ков в об­раз це­ло­ст­но­го пред­ме­та. Ка­ж­дый акт В. ос­тав­ля­ет из­ме­не­ния в разл. звень­ях про­цес­сов пе­ре­ра­бот­ки ин­фор­ма­ции. Эти из­ме­не­ния им­пли­цит­но влия­ют на В. сле­дую­щей пор­ции све­де­ний («эф­фек­ты прай­мин­га»). Ис­сле­до­ва­ния за­ви­си­мо­сти В. от па­мя­ти и пер­цеп­тив­но­го обу­че­ния по­каза­ли, что адап­та­ция к ис­ка­жён­ным ус­ло­ви­ям В., как пра­ви­ло, ока­зы­ва­ет­ся воз­мож­ной толь­ко в ус­ло­ви­ях собств. дви­га­тель­ной ак­тив­но­сти на­блю­да­те­ля.

Изу­че­ние он­то­ге­не­за че­ло­ве­ка и жи­вот­ных по­зво­ли­ло ус­та­но­вить для мно­гих форм В. (напр., для В. ре­чи) на­личие сен­зи­тив­ных пе­рио­дов в пер­вые го­ды жиз­ни, во вре­мя ко­то­рых по­вы­ша­ет­ся чув­ст­ви­тель­ность к оп­ре­де­лён­ным фак­то­рам сре­ды и про­ис­хо­дит ин­тен­сив­ное пер­цеп­тив­ное нау­че­ние. От­сут­ст­вие взаи­мо­дей­ст­вия с оп­ре­де­лён­ны­ми фак­то­ра­ми сре­ды (напр., от­сут­ст­вие фо­нем /р/ и /л/ в япон. яз.) ве­дёт к вы­па­де­нию со­от­вет­ст­вую­щих пер­цеп­тив­ных воз­мож­но­стей. Ис­сле­до­ва­ния по­зна­ват. спо­соб­но­стей в диф­фе­рен­ци­аль­ной пси­хо­ло­гии по­ка­за­ли, что па­ра­мет­ры В. и ин­тел­лек­та от­но­си­тель­но не­за­ви­симы друг от дру­га, но их кор­ре­ля­ция су­ще­ст­вен­но уси­ли­ва­ет­ся в на­ча­ле и в кон­це жиз­ни.

Восприятие в нейрофизиологии и нейропсихологии

­ Ней­ро­ког­ни­тив­ные ис­сле­до­ва­ния В. про­во­дят­ся на разл. уров­нях ор­га­ни­за­ции: от мо­ле­ку­ляр­ных и ней­рон­ных ме­ха­низ­мов до це­ло­ст­но­го по­ве­де­ния и лич­но­сти. Пер­вич­ные, вто­рич­ные и ас­со­циа­тив­ные (ин­тер­мо­даль­ные) зо­ны ка­ж­дой из сен­сор­ных сис­тем вклю­ча­ют мно­же­ст­во ней­роа­на­то­мич. под­сис­тем, чис­ло ко­то­рых толь­ко в слу­чае кор­ти­каль­ных ме­ха­низ­мов зри­тель­ной сис­те­мы пре­вы­ша­ет 30. Вы­яс­не­ны ней­рон­ные ме­ха­низ­мы зре­ния и слу­ха, обес­пе­чи­ваю­щие В. раз­но­об­раз­ных сен­сор­ных при­зна­ков, та­ких как вы­со­та то­на, ори­ен­та­ция, цвет и т. п. Ие­рар­хич. объ­е­ди­не­ние ин­фор­ма­ции о при­зна­ках по­зво­ля­ет вы­де­лять и иден­ти­фи­ци­ро­вать пред­ме­ты и со­бы­тия (ка­те­го­ри­за­ция), вклю­чать их в кон­текст эмо­цио­наль­но­го со­стоя­ния, на­лич­ных по­треб­но­стей и за­дач. В слу­чае зре­ния та­кое объ­е­ди­не­ние свя­за­но с т. н. вен­траль­ным по­то­ком пе­ре­ра­бот­ки ин­фор­ма­ции, ко­то­рый ве­дёт от пер­вич­ных и вто­рич­ных зон зри­тель­но­го ана­ли­за в за­ты­лоч­ных об­лас­тях ко­ры к её ниж­не­ви­соч­ным струк­ту­рам. Дру­гой, дор­заль­ный по­ток ве­дёт от за­ты­лоч­ных до­лей (и, воз­мож­но, суб­кор­ти­каль­ных струк­тур) к зад­ним от­де­лам те­мен­ных до­лей и да­лее в лоб­ные об­лас­ти ко­ры и обес­пе­чи­ва­ет бы­ст­рую про­стран­ст­вен­ную ло­ка­ли­за­цию объ­ек­тов, а так­же ре­гу­ли­ру­ет сен­со­мо­тор­ные взаи­мо­дей­ст­вия с ни­ми. Ана­ло­гич­ные дан­ные об ана­то­мо-функ­цио­наль­ном раз­де­ле­нии про­цес­сов ло­ка­ли­за­ции и иден­ти­фи­ка­ции по­лу­че­ны и в от­но­ше­нии ме­ха­низ­мов слу­хо­во­го вос­при­ятия.

Важ­ным мо­мен­том совр. ис­сле­до­ва­ний яв­ля­ет­ся ма­те­ма­тич. мо­де­ли­ро­ва­ние функ­ций В. и реа­ли­за­ция та­ких мо­де­лей с по­мо­щью ком­пь­ю­тер­ных сис­тем рас­по­зна­ва­ния об­ра­зов. Рас­про­стра­нён­ным сред­ст­вом мо­де­ли­ро­ва­ния В. слу­жат т. н. ис­кус­ст­вен­ные ней­рон­ные се­ти, де­мон­ст­ри­рую­щие воз­мож­ность обу­че­ния и по­сте­пен­ной оп­ти­ми­за­ции сво­ей ра­бо­ты.

Прикладное значение исследований восприятия

Зна­ние за­ко­но­мер­но­стей В. иг­ра­ет ре­шаю­щую роль для та­ких об­лас­тей че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти, как ис­кус­ст­во, ар­хи­тек­ту­ра, ди­зайн, рек­ла­ма, пи­ще­вая и пар­фю­мер­ная пром-сть, ки­но и ин­ду­ст­рия зву­ко­за­пи­си и др. Важ­ное зна­че­ние име­ет ис­сле­до­ва­ние за­ко­но­мер­но­стей фор­ми­ро­ва­ния эс­те­тич. В. де­тей и под­ро­ст­ков. Де­таль­ное изу­че­ние ме­ха­низ­мов на­ру­ше­ний В. в ре­зуль­та­те за­бо­ле­ва­ний и ло­каль­ных по­ра­же­ний моз­га, ве­ду­щих к аг­но­зии, афа­зии, глу­хо­те, сле­по­те, по­мо­га­ет в раз­ра­бот­ке ме­то­дов кор­рек­ции, уси­ле­ния и про­те­зи­ро­ва­ния сен­сор­ных и пер­цеп­тив­ных воз­мож­но­стей че­ло­ве­ка. К боль­шо­му клас­су при­клад­ных ис­сле­до­ва­ний В. от­но­сят­ся ра­бо­ты по мо­де­ли­ро­ва­нию ин­ди­ви­ду­аль­ных осо­бен­но­стей В., рас­по­зна­ва­нию лиц и эмо­ций. Боль­шое прак­тич. зна­че­ние име­ет соз­да­ние муль­ти­ме­дий­ных ин­фор­мац. сис­тем (напр., для ин­ду­ст­рии раз­вле­че­ний) и сис­тем вир­ту­аль­ной ре­аль­но­сти (напр., раз­ра­бот­ка тре­на­жё­ров, ими­ти­рую­щих ус­ло­вия В. и дей­ст­вия в спец. ви­дах проф. дея­тель­но­сти).

Основные свойства образов восприятия. Теории восприятия.

Литература

Бугера В.Е. Сущность человека / В.Е. Бугера, — М.: Смысл, 2005. – 403 с.

2. Выготский Л. С. Восприятие и его развитие в детском возрасте. Собрание сочинений. М., 2004 г.

3. Голубева Э. А. Способности. Личность. Индивидуальность / Э.А. Голубева, — Дубна: Феникс, 2005. – 512 с.

4. Гурова Л.А. Процесс понимания в мышлении, общении и практической деятельности. / Мышление, общение, практика. Ярославль,2006.

5. Дейк Т.А., Кинч У. Стратегии понимания связного текста. / Новое в зарубежной лингвистике. М.: 2008

6. Джонсон, Д. Методы обучения: обучение в сотрудничестве / Д. Джонсон. ‒ С-Петербург, 2001. – 256 с.

7. Дильтей В. Собрание сочинений в 6 тт. Т.4: Герменевтика и теория литературы / Под ред. А.В. Михайлова и Н.С. Плотникова / Пер. с нем. под ред. В.В. Бибихина и Н.С. Плотникова. — Научное издание. — М.: Дом интеллектуальной книги, 2001.

8. Знаков В.В. Манипулятивное поведение и взаимопонимание в межличностном общении // Вопросы психологии, 2002, №6, стр. 45-54.

9. Знаков В.В. Психология понимания: Проблемы и перспективы. – М.:Изд-во «Институт психологии РАН», 2005 – 448 с.

10. Исследование в психологии: методы и планирование / Дж. Гудвин. – СПб.: Питер, 2004.

11. Карпинский К.В. Психология жизненного пути / К.В. Карпинский, — М.: Смысл, 2002. – 167 с.

12. Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение, и динамика смысловой реальности / Д.А. Леонтьев, — М.: Смысл, 2003. – 487 с.

13. Никандров В.В. Наблюдение и эксперимент в психологии. – СПб.: Речь, 2002.

14. Никифоров А.Л. Семантическая концепция понимания. / Загадка человеческого понимания. М., 1991.

15. Подготовка к школе детей с нарушениями эмоционально-волевой сферы: от индивидуальных занятий к обучению в классе. Бондарь Т. А., Захарова И. Ю., Константинова И. С., Посицельская М. А., Яремчук М. В., (Теревинф Москва 2011).

16. Практика по психологии: Методические рекомендации для студентов факультета педагогики и психологии / Под редакцией доцента, к. психол. н. Л.М. Колпаковой. – Казань: АСО (КСЮИ), 2008. – 120 с.

17. Романова И.А. Основные направления исследования самопонимания в зарубежной психологии // Психологический журнал 2001 № 1

Что такое восприятие? | Введение в психологию

Цели обучения

  • Обсудите роли, которые внимание, мотивация и сенсорная адаптация играют в восприятии

Хотя наши сенсорные рецепторы постоянно собирают информацию из окружающей среды, именно то, как мы интерпретируем эту информацию, влияет на то, как мы взаимодействуем с миром. Восприятие относится к способу организации, интерпретации и сознательного восприятия сенсорной информации.Восприятие включает в себя обработку как снизу вверх, так и сверху вниз. Обработка снизу вверх относится к тому факту, что восприятие строится на основе сенсорного ввода. С другой стороны, то, как мы интерпретируем эти ощущения, зависит от наших доступных знаний, нашего опыта и наших мыслей. Это называется нисходящей обработкой .

Можно подумать об этом понятии: ощущение — это физический процесс, а восприятие — психологический. Например, когда вы зашли на кухню и почувствовали запах печеных булочек с корицей, ощущение — это рецепторы запаха, улавливающие запах корицы, но восприятие может быть таким: «Ммм, это пахнет хлебом, который бабушка пекла. когда семья собралась на праздники.”

Хотя наше восприятие строится на ощущениях, не все ощущения приводят к восприятию. Фактически, мы часто не воспринимаем стимулы, которые остаются относительно постоянными в течение продолжительных периодов времени. Это известно как сенсорная адаптация . Представьте, что вы входите в класс со старыми аналоговыми часами. При первом входе в комнату вы можете услышать тиканье часов; когда вы начинаете разговаривать с одноклассниками или слушаете, как ваш профессор приветствует класс, вы больше не замечаете тиканья.Часы все еще идут, и эта информация все еще влияет на сенсорные рецепторы слуховой системы. Тот факт, что вы больше не воспринимаете звук, демонстрирует сенсорную адаптацию и показывает, что, хотя ощущения и восприятие тесно связаны, они разные.

Есть еще один фактор, влияющий на ощущения и восприятие: внимание. Внимание играет важную роль в определении того, что ощущается, а не то, что воспринимается. Представьте, что вы на вечеринке, полной музыки, болтовни и смеха.Вы участвуете в интересном разговоре с другом и отключаете весь фоновый шум. Если кто-то прервет вас, чтобы спросить, какая песня только что закончилась, вы, вероятно, не сможете ответить на этот вопрос.

Ссылка на обучение

Убедитесь сами, как работает слепота невнимания, посмотрев этот тест на выборочное внимание от Simons and Chabris (1999):

Одна из самых интересных демонстраций того, насколько важно внимание при определении нашего восприятия окружающей среды, произошла в известном исследовании, проведенном Дэниелом Саймонсом и Кристофером Шабри (1999).В этом исследовании участники смотрели видео, на котором люди в черно-белых тонах передают баскетбольные мячи. Участников попросили подсчитать, сколько раз команда в белом передавала мяч. Во время видео между двумя командами ходит человек в костюме черной гориллы. Можно подумать, что гориллу кто-то заметит, правда? Почти половина людей, которые смотрели видео, вообще не заметили гориллу, несмотря на то, что он был хорошо виден в течение девяти секунд. Поскольку участники были настолько сосредоточены на том, сколько раз белая команда передавала мяч, они полностью отключили прочую визуальную информацию.Неспособность заметить что-то полностью видимое из-за недостатка внимания называется слепотой по невнимательности .

В аналогичном эксперименте исследователи проверили слепоту невнимания, попросив участников наблюдать за изображениями, движущимися по экрану компьютера. Им было приказано сосредоточиться либо на белых, либо на черных объектах, не обращая внимания на другой цвет. Когда красный крест проходил по экрану, около трети испытуемых не замечали его (рис. 1) (Most, Simons, Scholl, & Chabris, 2000).

Ссылка на обучение

Подробнее о слепоте по невнимательности можно узнать по этой ссылке на веб-сайт проекта Noba.

Рис. 1. Почти треть участников исследования не заметили, что на экране появился красный крест, потому что их внимание было сосредоточено на черных или белых фигурах. (Кредит: Кори Занкер)

Мотивация также может влиять на восприятие. Вы когда-нибудь ожидали действительно важного телефонного звонка и, принимая душ, вам казалось, что вы слышите телефонный звонок, но обнаруживаете, что это не так? Если да, то вы узнали, как мотивация обнаружить значимый стимул может изменить нашу способность различать истинный сенсорный стимул и фоновый шум.Способность идентифицировать стимул, когда он встроен в отвлекающий фон, называется теорией обнаружения сигналов . Это также может объяснить, почему мать просыпается от тихого шепота ребенка, а не от других звуков, которые слышны во время сна. Теория обнаружения сигналов имеет практическое применение, например, для повышения точности авиадиспетчеров. Контроллеры должны иметь возможность обнаруживать самолеты среди множества сигналов (меток), которые появляются на экране радара, и следовать за этими самолетами, когда они движутся по небу.Фактически, первоначальная работа исследователя, разработавшего теорию обнаружения сигналов, была сосредоточена на повышении чувствительности авиадиспетчеров к сигналам самолета (Swets, 1964).

На наше восприятие также могут влиять наши убеждения, ценности, предрассудки, ожидания и жизненный опыт. Как вы увидите далее в этой главе, люди, лишенные бинокулярного зрения в критические периоды развития, имеют проблемы с восприятием глубины (Fawcett, Wang, & Birch, 2005).Общий опыт людей в рамках данного культурного контекста может оказывать сильное влияние на восприятие. Например, Маршал Сегалл, Дональд Кэмпбелл и Мелвилл Херсковиц (1963) опубликовали результаты многонационального исследования, в котором они продемонстрировали, что люди из западных культур были более склонны испытывать определенные типы визуальных иллюзий, чем представители незападных культур , и наоборот. Одной из таких иллюзий, которые с большей вероятностью испытали жители Запада, была иллюзия Мюллера-Лайера (рис. 2): линии кажутся разной длины, но на самом деле они одинаковой длины.

Рис. 2. В иллюзии Мюллера-Лайера линии кажутся разной длины, хотя и идентичны. (a) Стрелки на концах линий могут сделать линию справа длиннее, хотя линии имеют одинаковую длину. (b) При применении к трехмерному изображению линия справа снова может казаться длиннее, хотя обе черные линии имеют одинаковую длину.

Эти различия в восприятии согласовывались с различиями в типах экологических особенностей, которые регулярно испытывают люди в данном культурном контексте.У людей в западных культурах, например, есть контекст восприятия зданий с прямыми линиями, которые в исследовании Сегалла называли миром плотников (Segall et al., 1966). Напротив, люди из некоторых незападных культур с непредсказуемым взглядом, такие как зулусы в Южной Африке, чьи деревни состоят из круглых хижин, расположенных по кругу, менее подвержены этой иллюзии (Segall et al., 1999). Культурные факторы влияют не только на видение. Действительно, исследования показали, что способность распознавать запах и оценивать его приятность и интенсивность варьируется в зависимости от культуры (Ayabe-Kanamura, Saito, Distel, Martínez-Gómez, & Hudson, 1998).

Дети, охарактеризованные как искатели острых ощущений, с большей вероятностью будут демонстрировать вкусовые предпочтения в отношении интенсивных кислых вкусов (Liem, Westerbeek, Wolterink, Kok, & de Graaf, 2004), что предполагает, что основные аспекты личности могут влиять на восприятие. Кроме того, люди, которые придерживаются положительного отношения к пище с пониженным содержанием жира, с большей вероятностью оценит продукты, помеченные как продукты с пониженным содержанием жира, как более вкусные, чем люди, которые менее позитивно относятся к этим продуктам (Aaron, Mela, & Evans, 1994).

Ссылка на обучение

Просмотрите разницу между ощущениями и восприятием в этом видео CrashCourse Psychology.

Подумай над

1. Подумайте о времени, когда вы не заметили чего-то вокруг себя, потому что ваше внимание было сосредоточено на другом. Если кто-то указал на это, были ли вы удивлены, что не сразу заметили это?

Глоссарий

восходящая обработка: система, в которой восприятие строится на основе сенсорного ввода

слепота по невнимательности: Неспособность заметить что-то полностью видимое из-за недостатка внимания

восприятие: способ интерпретации и сознательного восприятия сенсорной информации

нисходящая обработка: интерпретация ощущений зависит от имеющихся знаний, опыта и мыслей

7 гештальт-принципов визуального восприятия: когнитивная психология для UX

Человеческий мозг устроен так, чтобы видеть структуру, логику и закономерности.Это помогает нам понять мир. В 1920-х годах группа немецких психологов разработала теории о том, как люди воспринимают окружающий мир, получившие название гештальт-принципов.

Например, что вы видите, когда смотрите на это изображение?


Источник: The Inspired Eye

Если вы похожи на большинство людей, вы, вероятно, видите треугольник. Но на самом деле это всего лишь три белых «пакмена». Мы видим треугольник, потому что наш мозг принимает неоднозначную визуальную информацию и организует ее во что-то, что имеет для нас смысл — во что-то знакомое, упорядоченное, симметричное и понятное.

Когда начинается этот когнитивный процесс, наш разум перескакивает от понимания всех элементов как отдельных и не связанных между собой компонентов к видению всей формы в целом. И в результате мы воспринимаем формы и объекты, которые не были созданы.

Чтобы подробнее проиллюстрировать этот процесс, просмотрите гифку ниже. Ваш мозг видит прогулку собаки, но это не более чем серия движущихся точек.


Источник: Gizmodo

Это простые примеры, но они демонстрируют типы ярлыков, которые наш мозг постоянно использует, чтобы быстро осмыслить мир.

Что такое гештальт-принципы?

Эти ярлыки известны как Гештальт-принципы визуального восприятия , и они подробно описывают, как наш мозг создает структуру по умолчанию. Но почему понимание этого важно для веб-дизайна и мобильного дизайна?

Почему дизайнеры должны заботиться о принципах гештальта

Великие дизайнеры понимают важную роль, которую психология играет в визуальном восприятии. Что происходит, когда чей-то взгляд встречается с вашими дизайнерскими творениями? Как их разум реагирует на сообщение, которым вы делитесь? —Лора Буше, специалист по стратегии содержания бренда в Autodesk

Задумайтесь на минуту над этой цитатой.Когда люди впервые видят ваши проекты, как они их воспринимают? Чтобы понять, что заставляет UI-дизайн работать, вам нужно понять психологию человеческого восприятия.

Фундаментальный закон, которым подчиняется принцип гештальта, заключается в том, что мы склонны упорядочивать свой опыт регулярным, упорядоченным и узнаваемым образом. Это то, что позволяет нам создавать смысл в сложном и хаотичном мире. И твердое понимание того, как работают эти принципы, поможет вам в трех отношениях.

  1. Они помогут вам определить, какие элементы дизайна наиболее эффективны в той или иной ситуации.Например, когда использовать визуальную иерархию, затенение фона, градиенты и как группировать похожие элементы и различать разные.
  2. Эти психологические принципы обладают силой влиять на наше визуальное восприятие, что позволяет дизайнерам направлять наше внимание на определенные точки фокусировки, побуждать нас к конкретным действиям и создавать поведенческие изменения.
  3. И, наконец, на высшем уровне, принципы гештальта помогают вам разрабатывать продукты, которые решают проблемы клиентов или удовлетворяют потребности пользователей красивыми, приятными и интуитивно понятными в использовании способами.

В этой статье мы обсудим семь законов или принципов гештальта, которые непосредственно применяются в современном дизайне, и поделимся некоторыми примерами их использования в дизайне пользовательского интерфейса. Это не исчерпывающий список, но вы быстро заметите, что многие принципы частично совпадают и все они работают вместе плавно. Теперь давайте углубимся. человек инстинктивно воспринимает объекты как находящиеся на переднем или заднем плане. Они либо заметно выделяются спереди (рисунок), либо отступают назад (на землю).


Источник: Гном по имени Уоррен

Например, на изображении выше ваш глаз мгновенно видит белое яблоко на черном фоне.

В большинстве случаев это определение происходит быстро и подсознательно. Рисунок / Земля позволяет нам узнать, на чем мы должны сосредоточиться, а на что можно спокойно игнорировать в композиции. —Стивен Брэдли, веб-дизайнер

Когда люди используют ваш веб-сайт или мобильное приложение, первое, что они делают на каждом экране, — это определяют, какая цифра, а какая — фон.

Примеры принципа «фигура-фон»

Домашняя страница Basecamp содержит множество графики, текста, форм и другой информации. А из-за принципа «фигура-фон» вы можете сразу сказать, что вам следует сосредоточиться на содержании в белых областях переднего плана.

AngelList использует принцип «фигура-фон» двумя способами, описанными ниже. Во-первых, текст и логотип в левой части страницы явно находятся поверх фонового изображения. Во-вторых, белый текст в меню справа стоит поверх черного фона.

Принцип № 2: сходство

Принцип подобия утверждает, что , когда вещи кажутся похожими друг на друга, мы группируем их вместе. И мы также склонны думать, что они выполняют ту же функцию.

Например, на этом изображении кажется, что есть две отдельные и разные группы, основанные на форме: круги и квадраты.


Источник: Creative Beacon

Для создания похожих групп можно использовать различные элементы дизайна, такие как цвет и организация.На изображении ниже, например, хотя все формы одинаковы, ясно, что каждый столбец представляет отдельную группу:


Источник: Энди Рутледж

Примеры принципа подобия

GitHub использует сходство принцип двумя способами на странице ниже. Во-первых, они используют его, чтобы различать разные разделы. Вы можете сразу сказать, что серая секция вверху служит другой цели, чем черная секция, которая также отделена от синей секции и отличается от нее.

Во-вторых, они также используют синий цвет, чтобы отличать ссылки от обычного текста и сообщить, что весь синий текст имеет общую функцию.

Принцип № 3: близость

Принцип близости гласит, что предметы, которые находятся близко друг к другу, кажутся более связанными, чем предметы, которые расположены дальше друг от друга.


Источник: Энди Рутледж

Близость настолько сильна, что перекрывает схожесть цвета, формы и других факторов, которые могут различать группу объектов.


Источник: Стивен Брэдли

Обратите внимание на три группы черных и красных точек выше? Относительная близость объектов имеет даже большее влияние на группировку, чем цвет.

Примеры принципа близости

Близость каждого изображения и соответствующего текста говорит о том, что они связаны друг с другом.

И Vice использует его, чтобы различать изображения, заголовки, описания и другую информацию для каждой из своих историй.

Принцип № 4: общая область

Принцип общей области тесно связан с близостью. В нем говорится, что , когда объекты расположены в одной и той же закрытой области, мы воспринимаем их как сгруппированные вместе.


Источник: Smashing Magazine

Добавление границ или других видимых барьеров — отличный способ создать воспринимаемое разделение между группами объектов, даже если они имеют одинаковую близость, форму, цвет и т. Д.

Примеры принципа общей области

В приведенном ниже примере из Pinterest принцип общей области используется для отделения каждого вывода, включая его фотографию, заголовок, описание, участника и другие детали, от всех остальных выводов вокруг него.

И он используется в приведенном ниже примере Facebook, чтобы сообщить, что комментарии, лайки и взаимодействия связаны с этим конкретным постом, а не с другими постами, окружающими его.

Принцип № 5: непрерывность

Принцип непрерывности утверждает, что элементы, расположенные на линии или кривой, воспринимаются как более взаимосвязанные, чем элементы не на линии или кривой.


Источник: Smashing Magazine

Например, на изображении выше красные точки в изогнутой линии больше связаны с черными точками на изогнутой линии, чем с красными точками на прямой горизонтальной линии. . Это потому, что ваш глаз естественным образом следует линии или кривой, что делает продолжение более сильным сигналом родства, чем подобие цвета.

Примеры принципа непрерывности

Amazon использует непрерывность, чтобы сообщить, что каждый из перечисленных ниже продуктов похож и связан друг с другом.

Sprig использует его, чтобы объяснить трехэтапный процесс использования своего приложения.

И Credit Karma использует его, чтобы проиллюстрировать преимущества, которые предоставляют их услуги.

Принцип № 6: закрытие

Принцип закрытия гласит, что , когда мы смотрим на сложное расположение визуальных элементов, мы склонны искать один узнаваемый узор.

Другими словами, когда вы видите изображение, в котором отсутствуют части, ваш мозг заполняет пробелы и создает законченное изображение, чтобы вы все еще могли распознать узор.


Источник: Эдуард Волянский

Например, когда вы смотрите на изображение выше, вы, скорее всего, видите зебру, даже если изображение представляет собой просто набор черных фигур. Ваш разум заполняет недостающую информацию, чтобы создать узнаваемый узор на основе вашего опыта.

Примеры принципа закрытия

Принцип закрытия часто используется в дизайне логотипов в различных компаниях, включая IBM, NBC, Zendesk и Funding Circle.

Принцип № 7: фокус

Принцип фокусировки утверждает, что все, что выделяется визуально, в первую очередь привлекает и удерживает внимание зрителя.


Источник: Smashing Magazine

Например, когда вы смотрите на изображение выше, первое, что вы замечаете, это красный квадрат, потому что он отличается от всех черных кругов вокруг него. Это первая достопримечательность, которая привлекает ваше внимание, а оттуда ваше внимание перемещается к другим частям изображения.

Примеры принципа фокусировки

Twilio использует принцип фокусировки, чтобы привлечь внимание к своей кнопке с призывом к действию.

В приведенном ниже примере Instacart сочетает принцип фокусировки с принципом «фигура-фон», чтобы привлечь внимание к белому переднему плану, а затем к зеленой кнопке «найти магазины».

Заключительные мысли

Если вы понимаете, как работает человеческий разум, легче направить внимание людей в нужное место. И если вы будете помнить об этих принципах, это поможет вам держать пользователя в центре процесса разработки продукта. Если вы хотите узнать больше о гештальт-принципах визуального восприятия, мы рекомендуем ознакомиться с приведенными ниже ресурсами.

Дополнительная литература:

Хотите узнать больше?

Чтобы узнать, как UserTesting может помочь вам понять своих клиентов с помощью человеческого анализа по требованию, свяжитесь с нами здесь.

Теория перцептивного контроля — личный MBA

Личный MBA

Овладейте искусством бизнеса

Джоша Кауфмана, автора бестселлеров № 1

Бизнес-образование мирового уровня в одном томе. Изучите универсальные принципы, лежащие в основе каждого успешного бизнеса, а затем используйте эти идеи, чтобы зарабатывать больше денег, делать больше и получать больше удовольствия от жизни и работы.

Купить книгу:


Теория управления восприятием — это теория человеческого поведения, которая утверждает, что мы действуем, чтобы удерживать наше восприятие мира в допустимых пределах. Например, мы носим пальто не из-за погоды, а потому, что нам холодно и мы не хотим замерзнуть.

Как только определенное действие приводит восприятие под контроль, система перестает действовать до тех пор, пока система снова не выйдет из-под контроля.

Окружающая среда диктует, какие действия возможны для управления восприятием.Контроль — это не планирование, а приспособление к изменениям окружающей среды по мере их возникновения.

Понимая, что люди действуют, чтобы контролировать свое восприятие, вы будете лучше подготовлены, чтобы влиять на них.

Джош Кауфман объясняет «Теорию контроля восприятия»

В священных залах предприятий (и бизнес-школ) по всему миру Б.Ф. Скиннер — скрытый король.

Скиннер был одной из главных интеллектуальных сил, стоящих за бихевиористским движением в психологии — идеей о том, что биологические системы всегда определенным образом реагируют на определенные стимулы.Контролируйте стимулы, и вы сможете контролировать свое поведение. «Обучите» организм наградами и наказаниями, и организм точно научится себя вести.

За прошедшие десятилетия бихевиоризм в психологии вышел из моды: исследования показали, что поведение — это гораздо больше, чем кнут и пряник. К сожалению, это не распространяется на бизнес-практику — в корпорациях и классах бизнес-школ по всему миру продолжается поиск волшебного стимула, который заставит людей делать именно то, что они хотят.

На самом деле поведение человека больше похоже на термостат.

Термостат — это очень простая система: все, из чего он состоит, — это датчик, уставка и переключатель. Датчик измеряет температуру окружающей среды. Когда температура находится в заданном диапазоне, термостат ничего не делает. Когда температура ниже заданного значения, переключатель включает нагреватель. Когда температура превышает заданное значение, переключатель выключает нагреватель.

Эта взаимосвязь называется Perceptual Control — термостат контролирует температуру в комнате, сравнивая воспринимаемую температуру с заданным значением, а затем предпринимает действия тогда и только тогда, когда это восприятие «выходит из-под контроля».«Как только действие ставит восприятие под контроль, система прекращает действовать до тех пор, пока заданное значение не будет снова нарушено.

Живые организмы, в том числе люди, по сути являются системами контроля восприятия: мы действуем таким образом, чтобы удерживать наше восприятие мира в допустимых границах.

Мы не надеваем пальто, потому что нас заставляет холодная погода — мы надеваем холод, потому что нам холодно и мы не хотим мерзнуть.

Если свет, попадающий в наши глаза, слишком яркий, мы находим тень, опускаем шторы на окнах или надеваем солнцезащитные очки — действие контролирует восприятие, и действие, которое мы в конечном итоге предпринимаем, зависит от Среды, в которой мы находимся в время.

В статье Осмысление поведения: значение контроля Уильям Т. Пауэрс объясняет, как системы управления учитывают широкий спектр поведения людей, используя следующий пример: представьте себе корабль посреди океана во время сильного шторма. . Корабль беспорядочно поднимается и опускается, качаясь взад и вперед под волнами.

Камень на палубе корабля — это не система управления. Камень ничего не хочет, поэтому ему нечего контролировать — он просто кувыркается, куда бы его ни унесли силы физики.

Человек на палубе корабля, однако, хочет оставаться в вертикальном положении и поэтому будет предпринимать множество действий, чтобы продолжать стоять: изменение баланса, движение, держание за поручни и т. Д. Если человек споткнется и упадет, он предпримут все возможные действия, чтобы снова встать на ноги.

Окружающая среда диктует, какие действия возможны для управления восприятием. Контроль — это не планирование — это приспособление к изменениям в окружающей среде, которые происходят на самом деле.

Человек в шторме не имеет возможности заранее определить, какие действия он предпримет, чтобы остаться на ногах — по мере изменения окружающей среды их действия будут меняться в ответ, в зависимости от ресурсов и возможностей, доступных в данный момент. .

Perceptual Control объясняет, почему один и тот же стимул часто вызывает разные реакции.

Хорошим примером того, почему модель стимула / реакции не отображает всей картины, является классический стимул многих работодателей: оплачиваемая сверхурочная работа.Если вы хотите, чтобы ваши сотрудники с почасовой оплатой работали больше, вам следует платить больше сверхурочных, верно?

Не обязательно.

Рабочие, которые контролируют доход (т. Е. Им не хватает и хотят большего), вероятно, будут работать больше сверхурочно, но как насчет работников, которые уже чувствуют, что зарабатывают достаточно денег? Некоторые из этих сотрудников будут работать точно такое же количество времени, а некоторые на самом деле будут работать меньше — они контролируют определенный доход, а затем тратят свое время на другие важные для них дела, например, на времяпрепровождение со своей семьей. или продолжая сторонний проект.Повышение оплаты сверхурочных позволит им быстрее достичь этой цели, и они будут проводить меньше времени на работе.

Поощрение за сверхурочную работу дает три разных результата, два из которых полностью противоположны: работать больше и работать меньше. Вот вам и бихевиоризм.

Perceptual Control представляет собой фундаментальный сдвиг в понимании того, почему люди делают то, что они делают. Как только вы поймете, что люди действуют, чтобы контролировать свое восприятие, вы будете лучше подготовлены, чтобы влиять на их действия.

Вопросы о «теории контроля восприятия»

  • Вы думаете о людях как о системах управления или машинах, отвечающих на стимулы?
  • Как узнать, что люди контролируют, а затем помочь им понять это?

«Поведение организма является результатом работы систем управления и выполняется с целью управления восприятием при желаемых исходных значениях. Поведение — это управление восприятием».

Уильям Т.Пауэрс , теоретик систем управления и автор книги Осмысление поведения: значение контроля


Поделиться концепцией:

https://personalmba.com/perceptual-control/



Личный MBA

Овладейте искусством бизнеса

Джоша Кауфмана, автора бестселлеров № 1

Бизнес-образование мирового уровня в одном томе. Изучите универсальные принципы, лежащие в основе каждого успешного бизнеса, а затем используйте эти идеи, чтобы зарабатывать больше денег, делать больше и получать больше удовольствия от жизни и работы.

Купить книгу:


О Джоше Кауфмане

Джош Кауфман — признанный эксперт в области бизнеса, обучения и приобретения навыков. Он является автором двух международных бестселлеров: The Personal MBA и The First 20 Hours . Исследования и работы Джоша помогли миллионам людей во всем мире изучить основы современного бизнеса.

Подробно Джош Кауфман →

Восприятие — Психология — Oxford Bibliographies

Введение

Восприятие — это исследование того, как сенсорная информация преобразуется в перцептивный опыт.В некоторых случаях действиями управляет сенсорная информация, обрабатываемая за пределами осознания, и такие случаи будут обсуждаться позже. Существует пять основных органов чувств, каждое из которых имеет уникальные сенсорные входы, структуры и механизмы, лежащие в основе его функции. Однако все пять органов чувств имеют общую цель — обнаруживать сенсорную информацию из внешней среды и преобразовывать эту информацию в перцептивный опыт. В зрении свет активирует фоторецепторы на сетчатке, что приводит к каскаду химических и электрических событий, обработке в зрительной коре и, наконец, к зрительному восприятию.При прослушивании изменения давления воздуха преобразуются внутренним ухом и слуховой корой в ощущение слышимости звука. Ощущения прикосновения, боли и температуры возникают в результате активации механорецепторов, ноцицепторов и терморецепторов на коже, которые отправляют информацию в соматосенсорную кору. Обоняние возникает, когда рецепторы запаха в носу обнаруживают молекулы газа и структуры в обонятельной коре головного мозга, чтобы различать, идентифицировать и аффективно оценивать запахи.Наконец, вкус возникает, когда жидкие или твердые молекулы стимулируют рецепторы на языке, и информация о качестве вкуса может обрабатываться вкусовой корой. Ученые-перцептивисты использовали множество поведенческих, физиологических и нейровизуализационных методов, чтобы обнаружить, как сенсорные входы организованы в мозгу и как сенсорное кодирование отображается на перцептивный опыт. В разделах этой статьи дается подробное обсуждение каждой сенсорной системы, основных областей исследований в каждой области, того, как сенсорные системы часто взаимодействуют для создания мультисенсорного опыта и как не сенсорные факторы, такие как познание, поведение и опыт, может повлиять на восприятие.Исторические отчеты часто включаются, чтобы обеспечить более широкий контекст для современных исследований. В этой статье показано, что некоторые сенсорные системы, такие как зрение и слух, имеют более длительную историю изучения и понимаются гораздо лучше, чем прикосновение, обоняние или вкус.

Учебники

Большинство традиционных учебников для вводного курса по восприятию примерно на две трети охватывают визуальное восприятие, включая анатомию и физиологию, глубину, движение, цвет и действие.Оставшаяся треть обычно охватывает анатомию, физиологию и функции слуха, обоняния, осязания и вкуса. Гольдштейн и Брокмол, 2017; Шварц и Кранц 2016; Вулф и др. 2017; и Янтис и Абрамс 2016 — отличные учебники для вводных курсов восприятия. Сноуден и др. 2012 — это хорошо написанная, доступная и часто юмористическая книга, охватывающая все основные темы визуального восприятия, хорошо подходящая для продвинутых студентов и аспирантов. Moore 2012 — хороший вводный учебник по слуховому восприятию.

  • Гольдштейн, Э. Брюс и Джеймс Р. Брокмол. 2017. Ощущение и восприятие . 10-е изд. Бостон: Cengage Learning.

    Четкий, краткий и понятный учебник с информативными иллюстрациями и демонстрациями.

  • Мур, Брайан К. Дж. 2012. Введение в психологию слуха . 6-е изд. Бингли, Великобритания: Изумруд.

    Подробный учебник по слуховому восприятию, включая анатомию, физиологию, воспринимаемую громкость, восприятие высоты тона, локализацию звука и восприятие речи.Первое издание опубликовано в 1977 году.

  • Шварц, Беннетт Л. и Джон Х. Кранц. 2016. Ощущение и восприятие . Таузенд-Оукс, Калифорния: SAGE.

    Всеобъемлющий вводный учебник. Включает главу о восприятии музыки.

  • Сноуден, Роберт, Питер Томпсон и Том Трошянко. 2012. Базовое видение: Введение в визуальное восприятие . 2-е изд. изд. Оксфорд: Oxford Univ. Нажмите.

    Прекрасно написанное и часто юмористическое введение в визуальное восприятие для продвинутых студентов и аспирантов.

  • Вулф, Джереми М., Кейт Р. Клуендер, Деннис М. Леви и др. 2017. Ощущение и восприятие . 5-е изд. Сандерленд, Массачусетс: Синауэр.

    Предоставляет всестороннее введение в ощущения и восприятие для студентов бакалавриата.

  • Янтис, Стивен и Ричард А. Абрамс. 2016. Ощущение и восприятие . 2-е изд. Нью-Йорк: стоит.

    Этот учебник для бакалавров завершает каждую главу разделом о применении фундаментальных наук в реальных ситуациях.

Пользователи без подписки не могут видеть полный контент на эта страница. Пожалуйста, подпишитесь или войдите.

Познание, восприятие и когнитивная неврология | Психологические науки и науки о мозге

Программа для выпускников в области когнитивных исследований, восприятия и когнитивной нейробиологии (CPCN) исследует, как люди воспринимают, запоминают, думают, учатся и действуют в мире. Программа включает широкие интересы преподавателей, которые включают сознание, решение проблем, рассуждение, память, пространственное познание, язык, визуальное восприятие, внимание, взаимодействие человека с компьютером, категоризацию, организацию целенаправленного поведения, латеральность функции мозга и многое другое.

Преподаватели CPCN используют различные подходы. К ним относятся измерение производительности, оценка нейронных субстратов поведения и вычислительное / математическое моделирование. Их исследования связаны с разработкой основных теорий восприятия и познания и биологической основы этих процессов. Теории восприятия и познания постоянно применяются к проблемам реального мира в области информационных технологий, вопросам отбора, обучения, образования, медицины, человеческого фактора и права.Лаборатории преподавателей CPCN хорошо финансируются национальными исследовательскими агентствами, включая Национальный научный фонд, Национальные институты здравоохранения, армию США и НАСА.

Область CPCN имеет прямой доступ к критически важным технологиям, которые позволяют проводить исследования. Сюда входят Центр визуализации мозга UCSB и Исследовательский центр виртуальной среды и поведения, которые расположены в новом здании Департамента психологии и наук о мозге. Кроме того, лаборатории факультета CPCN включают современные вычислительные ресурсы, включая кластерные и сетевые двигатели, а также ряд специализированного оборудования, например.g., отслеживание глаз и конечностей, электроэнцефалография высокой плотности (ЭЭГ) и транскраниальная магнитная стимуляция (ТМС) для исследования восприятия, познания и действий, что обеспечивает множество методов исследования, а также дает студентам возможность разработать новые методы.

4. Восприятие, познание и доступность

Глава 4. Восприятие, познание и доступность

Во Вселенной есть вещи, которые известны, и вещи, которые неизвестны, а между ними есть двери .

Информация другого типа

ЕСЛИ МЫ ЗНАЕМ, КАК ПОЛЬЗОВАТЕЛИ ПОНИМАЮТ КОНТЕКСТ ОБЪЕКТОВ, людей и мест, мы должны в первую очередь оговорить, что мы подразумеваем под понимать . Люди понимают вещи через познание , то есть процесс, посредством которого мы приобретаем знания и понимание через мысли, опыт и наши чувства. Познание — это не абстракция. Он связан с самими структурами нашего тела и физического окружения.

Когда паук быстро и изящно преодолевает хитросплетения паутины или птица, подобная зеленому пчелоеду на обложке этой книги, ловит насекомое в полете, эти существа полагаются на свое тело, чтобы создать своего рода связь с окружающей средой. — естественный, интуитивный танец, в котором окружающая среда и существо работают вместе как система. Эти чудесно развитые, связанные системы приводят к сложному, продвинутому поведению, но при этом не видно большого мозга.

Оказывается, мы, люди, которые развивались на одной планете среди тех же основных структур, что и пауки и птицы, также полагаемся на такого рода связь тела с окружающей средой.Наши самые основные действия — те, которые мы почти не замечаем, — работают, потому что наши тела способны воспринимать структуры окружающей среды и действовать среди них, практически не требуя мысли.

Когда я вижу, как пользователи нажимают и щелкают по страницам или экранам, чтобы узнать, как работает продукт, игнорируют и закрывают всплывающие окна с важными предупреждениями, потому что они хотят получить информацию под ними, или держат свои смартфоны при себе из комнаты в комнату в своей комнате. дома, мне интересно, почему происходит такое поведение.Часто они кажутся не очень логичными или, по крайней мере, проявляют тенденцию действовать первым, а думать о логике действия позже. Несмотря на то, что эти интерфейсы и гаджеты не являются естественными объектами и поверхностями, пользователи пытаются использовать их так, как если бы они были естественными.

Эта теория о взаимоотношениях тела и окружающей среды берет свое начало в области под названием экологическая психология , которая утверждает, что существа непосредственно воспринимают мир и действуют в нем благодаря способности своего тела обнаруживать информацию о структурах в окружающей среде.Эту информацию я буду называть физической информацией — режимом информации, который действует, когда тела и окружение совершают этот динамичный танец действия и восприятия.

Экологическую психологию иногда называют психологией Гибсона , потому что теория началась с ученого по имени Джеймс Дж. Гибсон, чья теория информации не использует ни разговорного значения информации, ни определения, которое мы получаем из информатики. [] Гибсон объясняет свое использование в ключевом отрывке своей знаменательной работы Экологический подход к визуальному восприятию :

Информация, как термин используется в этой книге (но не в других книгах), относится к спецификации окружающей среды наблюдателя, а не спецификации рецепторов или органов чувств наблюдателя…. [Для обсуждения восприятия термин] информация не может иметь знакомое словарное значение знания, передаваемого получателю. Это прискорбно, и я бы использовал другой термин, если бы мог. Единственный выход — попросить читателя помнить, что получение информации не следует рассматривать как способ общения. Мир не разговаривает с наблюдателем. Животные и люди общаются с помощью криков, жестов, речи, изображений, письма и телевидения, но мы не можем надеяться понять восприятие в терминах этих каналов; это совсем наоборот.Слова и изображения передают информацию, несут ее или передают ее, но информация в море энергии вокруг каждого из нас, световой, механической или химической энергии, не передается. Это просто есть. Предположение, что информация может быть передана, и предположение, что она может быть сохранена, подходят для теории коммуникации, а не для теории восприятия. []

Гибсон часто обнаруживал, что ему приходится присваивать или изобретать термины, чтобы иметь язык, который он мог бы использовать для выражения идей, которые не соответствовали современному языку. [] Ему приходится просить читателей отложить в сторону их существующее значение информации и взглянуть на нее по-другому, пытаясь понять, как работает восприятие. Для него «воспринимать — значит осознавать поверхности окружающей среды и себя в ней». [] Другими словами, восприятие касается агента, выяснения элементов его окружения и понимания того, как сам агент является одним из этих элементов. А информация — это то, что организмы воспринимают в окружающей среде, которая сообщает о возможностях действий.

Даже такое использование термина «восприятие» является более конкретным, чем мы могли бы привыкнуть: оно касается основных способностей восприятия, а не таких утверждений, как «мое восприятие картины таково, что она красивая» или «аудитория считает ее очень красивой». талантливый. » Это культурные, социальные слои, которые мы можем назвать восприятием, но не тем восприятием, которое мы в основном будем обсуждать в Части 1.

Даже если мы, люди, теперь можем использовать передовые технологии с распознаванием голоса и сенсорными экранами с подсветкой. , мы по-прежнему зависим от тех же тел и мозгов, которые наши предки использовали тысячи лет назад, чтобы позволить нам действовать в окружающей среде, независимо от того, насколько улучшены цифровые технологии.Как и в случае с полем и каменной стеной, представленными в главе 3, даже без языка и цифровых технологий, мир полон структур, которые информируют тела о том, какие действия позволяют эти структуры.

Я буду в значительной степени черпать из работы Гибсона, особенно в этой части книги, потому что я считаю, что она дает неоценимую отправную точку для переосмысления (и более глубокого понимания) того, как пользователи воспринимают и понимают свое окружение. Идеи Гибсона также нашли свое отражение в недавнем прошлом, поскольку оказали значительное влияние на теоретическую перспективу под названием воплощенное познание .

Основной взгляд на познание

Примерно с середины двадцатого века традиционная когнитивная наука считает, что познание — это прежде всего (или исключительно) функция мозга, а тело — главным образом механизм ввода-вывода; тело не составляет значительной части познавательной работы. Я буду называть эту точку зрения мейнстримом или бестелесным познанием , хотя в литературе он называется другими названиями, такими как репрезентация или когнитивизм .

Согласно этой точке зрения, познание работает примерно так, как показано на диаграмме на рис. 4-2.

Рисунок 4-2. Основная модель познания []

Процесс происходит через входы и выходы с мозгом в качестве «центрального процессора»:

  1. Мозг собирает данные о мире через органы чувств.

  2. Затем он работает с абстрактными представлениями того, что ощущается.

  3. Мозг обрабатывает репрезентативные данные, используя бестелесные правила, модели и логические операции.

  4. Затем мозг берет эту бестелесную абстрактную информацию и переводит ее в инструкции для тела.

Другими словами, согласно распространенному мнению, восприятие является косвенным и требует представлений, которые обрабатываются так же, как компьютер обрабатывает математику и логику. Модель утверждает, что именно так познание работает даже в отношении самых элементарных телесных действий.

Этот похожий на компьютер способ понимания познания появился не просто так: современная когнитивная наука достигла совершеннолетия одновременно с появлением теории информации и информатики; Фактически, «когнитивная революция», которая вывела психологию за пределы ее прежней бихевиористской ортодоксии, во многом была вызвана влиянием новой области информатики. []

Итак, конечно, когнитивная наука вобрала в себя множество точек зрения и метафор из компьютеров. Компьютер стал не просто метафорой понимания мозга, но и буквальным объяснением его функций. Он представил человеческий разум как состоящий из информации, обрабатываемой мозгом, который работает как продвинутая машина. [] Этот теоретический фундамент все еще имеет влияние сегодня во многих областях психологии, нейробиологии, экономики и даже взаимодействия человека с компьютером (HCI).

Честно говоря, это упрощенное резюме, и точка зрения бестелесного познания со временем эволюционировала. В некоторых версиях даже были приняты аспекты конкурирующих теорий. Тем не менее, основные предположения основаны на познании прежде всего мозгом, утверждая, что в центре находится «модельный человеческий процессор», который вычисляет наше познание с использованием логических правил и представлений, во многом подобно описанию первых когнитивистов и теоретиков HCI. [] И давайте посмотрим правде в глаза, именно так большинство из нас узнало, как функционируют мозг и тело; Мем «мозг как компьютер» полностью пропитал нашу культуру до такой степени, что трудно представить какой-либо другой способ понимания познания.

Традиционная точка зрения довольно долго подвергалась сомнению со стороны альтернативных теорий, которые включают такие примеры, как теория активности , теория локализованного действия и теория распределенного познания . [] Все эти и другие стоит изучить, и все они привносят необходимую строгость в практику проектирования. Они также демонстрируют, что не обязательно существует единственно принятый способ понимания когнитивных способностей, пользователей или продуктов. Для наших целей мы будем исследовать контекст с точки зрения теории воплощенного познания .

Воплощенное познание: альтернативный взгляд

На собственном опыте и в процессе исследования предмета этой книги я обнаружил, что теория воплощенного познания является убедительным подходом, который объясняет многие из загадок, которые я с которыми я столкнулся за годы наблюдения за пользователями и разработки для них.

Воплощенное познание набирает обороты в последнее десятилетие или около того, вызвав сдвиг парадигмы в когнитивной науке, но это все еще не является общепринятым.Это отчасти потому, что этот аргумент подразумевает, что основная когнитивная наука была в значительной степени неправильной для поколения или более. Тем не менее, воплощенное познание становится все более влиятельной перспективой в области дизайна пользовательского опыта и может коренным образом изменить то, как мы думаем и проектируем взаимодействие человека с компьютером. []

Обычно аргумент воплощения утверждает, что наш мозг — не единственное, что мы используем для мысли и действия; вместо этого наши тела являются важной частью того, как работает познание.Существует несколько версий теории воплощения, некоторые из которых все еще настаивают на том, что мозг — это то место, где начинается познание, а тело просто помогает. Однако точка зрения, которой мы будем следовать, утверждает, что познание действительно ориентировано на окружающую среду, возникая из активных отношений между окружающей средой, телом и мозгом. [] Как объяснили Эндрю Уилсон и Сабрина Голонка в своей статье «Воплощенное познание — это не то, что вы думаете»:

Наиболее распространенные определения [воплощенного познания] включают прямое утверждение, что «состояния тела изменяют состояния ума.Однако значение воплощения на самом деле гораздо более радикально, чем это. Если познание может охватывать мозг, тело и окружающую среду, то «состояния ума» бестелесной когнитивной науки невозможно будет изменить. Cognition вместо этого будет расширенной системой, собранной из широкого спектра ресурсов. Поэтому серьезное отношение к воплощению требует как новых методов, так и теории. []

Воплощенный подход настаивает на понимании восприятия с точки зрения воспринимающего организма от первого лица, а не на абстрактных принципах с точки зрения наблюдателя от третьего лица.Паук не «знает» о паутине или о том, что он движется вертикально вверх по поверхности; он просто действует в соответствии со своей природой. Птица не «знает», что летит в воздухе; он просто перемещает свое тело, чтобы попасть из одного места в другое через свою родную среду. Для нас, людей, это может сбивать с толку, потому что к тому времени, когда мы только начинаем детство, у нас развивается зависимость от языка и абстракции для разговора и размышлений о том, как мы воспринимаем мир — линза, которая добавляет много концептуальной информации к нашему опыту. .Но восприятие и познание, лежащие в основе понимания высшего порядка, касаются только тел и структур, а не концепций. Сознательное отражение нашего опыта происходит после восприятия, а не до него.

Как что-то может вести себя разумно, если каждое действие не управляет мозгом? Чтобы проиллюстрировать это, давайте посмотрим, как венерианская мухоловка «ведет себя» вообще без мозга. Несмотря на то, что экологическая психология и воплощение связаны не с растениями, а с наземными животными с двигающимся мозгом и телом, мухоловка является полезным примером, потому что она показывает, как нечто, похожее на разумное поведение, может происходить в результате взаимодействия между окружающей средой и организмом.

Венерина мухоловка (рис. 4-3) выделяет химическое вещество, привлекающее насекомых. Движение насекомых, привлеченных к растению, вызывает появление крошечных волосков на его поверхности. Эти волосы структурно заставляют растение приближаться к добыче и улавливать ее.

Рисунок 4-3. Венерина мухоловка — сложное поведение без мозга []

Это поведение уже имеет некоторую сложность, но есть кое-что еще: ловушка закрывается только в том случае, если в течение примерно 20 секунд сработало более одного волоска.Эта условная логика, воплощенная в структуре растения, не позволяет ему улавливать предметы, не имеющие питательной ценности. Естественный отбор, очевидно, отфильтровал все ловушки, которые допускали слишком много ошибок при ловле обеда. Это сложное поведение, в основе которого лежит очевидный интеллект. Тем не менее, все это обусловлено физической связью «тела» организма и конкретной экологической ниши.

А теперь представьте себе организм, который эволюционировал, чтобы иметь эквивалент миллионов венерианских мухоловок, простых механизмов, которые сходным образом взаимодействуют со структурами окружающей среды, каждый из которых добавляет уникальный и дополнительный элемент к огромной головоломке познания.Хотя это причудливо, это один из способов размышления о том, как развивались сложные организмы, некоторые из которых в конечном итоге развивают мозг.

У животных с мозгом мозг усиливает и увеличивает тело. Мозг не является центром вселенной поведения; скорее наоборот. Именно эту точку зрения «наоборот» Гибсон постоянно подчеркивает в своей работе.

На рис. 4-4 показана новая модель взаимоотношений мозга, тела и окружающей среды.

Рисунок 4-4. Модель воплощенного познания

В этой модели существует непрерывный цикл действия и восприятия, в котором вся среда участвует в том, как воспринимающий ее расшифровывает, и все это работает как динамическая система восприятия.Конечно, мозг играет важную роль, но это не исходный источник познания. Восприятие порождает познание во взаимных отношениях — резонансной связи — между телом и его окружением.

Эта петля восприятия-действия является динамо-машиной в центре нашего познания. Фактически, восприятие составляет большую часть того, что мы изначально считаем познанием. Как пишет Луиза Барретт в книге Beyond the Brain: Как тело и окружающая среда формируют сознание животных и человека, (Princeton University Press), «Когда мы начинаем исследовать реальные механизмы, которые животные используют для ведения переговоров в своих мирах, становится трудно решить, где» «восприятие» заканчивается, и «познание» начинается. [] Простое восприятие информации окружающей среды уже выполняет большую часть работы, которую мы часто приписываем когнитивным способностям мозга.

Воплощение заставляет нас понять опыт агента не из общих абстрактных категорий, а через жизненный опыт воспринимающего. Одна из причин, по которой я предпочитаю этот подход, заключается в том, что он хорошо согласуется с тем, что представляет собой дизайн пользовательского опыта (UX): включая эмпирическую реальность пользователя в качестве основного входа для дизайна, а не полагаться только на цели бизнеса или потребности технология.Воплощенное познание — это способ более глубокого понимания того, как пользователи испытывают опыт, и как даже незначительные изменения в окружающей среде могут иметь глубокое влияние на этот опыт.

Действие и система восприятия

Как показано в цикле восприятие-действие на рис. 4-4, мы понимаем нашу среду, выполняя в ней действие . Гибсон подчеркивает, что восприятие — это не набор дискретных входов и выходов, а происходит как система восприятия , которая использует все части системы одновременно, где различие между входом и выходом стирается, так что они «рассматриваются вместе, так что как сделать непрерывный цикл.” [] Тело играет активную роль в системе динамической обратной связи восприятия. Таким образом, контекст также является результатом действия воспринимающего агента, а не отдельным набором фактов, каким-то образом изолированным от этого активного восприятия. Даже при наблюдении далеких звезд действия астрономов влияют на то, как свет, достигший телескопа, интерпретируется и понимается.

Важно подчеркнуть, насколько глубоко связаны физическое действие и восприятие, даже когда мы воспринимаем «виртуальные» или экранные артефакты.В документальном фильме Visions of Light: The Art of Cinematography легендарный оператор Уильям Фрэкер рассказывает историю о том, как он был оператором в фильме «Младенец Розмари ». В какой-то момент он снимал сцену, в которой веселый, но зловещий персонаж Рут Гордон, Минни, разговаривает по телефону в спальне. Фрейкер объясняет, как режиссер Роман Полански попросил его переместить камеру так, чтобы лицо Минни было в основном скрыто краем дверного проема, как показано на рис. 4-7.Фрейкер был озадачен выбором, но согласился.

Затем Фрэкер рассказывает, как видел театральную премьеру фильма, во время которой он заметил, что зрители на самом деле наклонились вправо на своих местах, пытаясь выглянуть из-за дверного косяка спальни. Оказалось, что Полански попросил странный, закрывающий угол по уважительной причине: чтобы привлечь аудиторию физически и усилить драматическое напряжение, скрывая доступную визуальную информацию.

Даже при том, что любой в театре сознательно признал бы, что нет возможности увидеть больше, изменив положение, бессознательный импульс состоит в том, чтобы сместиться в сторону, чтобы лучше рассмотреть.Это интригующая иллюстрация того, как наши тела активно участвуют в понимании окружающей среды, даже вопреки повседневной логике.

Рисунок 4-7. Полускрытый телефонный разговор Минни в фильме «Ребенок Розмари » (любезно предоставлено Paramount Pictures) []

Гибсон использует фразу система восприятия , а не просто «глаз», потому что мы ничего не воспринимаем только одним изолированным органом чувств. [] Восприятие — это функция всего телесного контекста.Глаз состоит из частей, и сам глаз является частью более крупной системы частей, которая сама является частью какой-то другой более крупной системы. Таким образом, на то, что мы видим, влияет то, как мы движемся, и что мы касаемся, обоняем и слышим, и наоборот.

В конкретном случае просмотра фильма зрители, пытающиеся увидеть больше из разговора Минни, реагировали на виртуальный опыт, как если бы это была трехмерная физическая среда. Они отреагировали таким образом не потому, что эти размеры действительно были там, а потому, что такая информация имитировалась на экране, и принятие мер — в данном случае наклонение для регулировки угла видимых поверхностей — это то, что делает тело, когда оно хочет обнаруживать более подробную информацию об элементах в поле зрения.Как мы увидим в следующих главах, это различие между непосредственно воспринимаемой информацией и интерпретируемой, смоделированной физической информацией важно для того, как мы проектируем интерфейсы между людьми и цифровыми элементами окружающей среды.

Эта системная точка зрения важна в более широком смысле того, как мы смотрим на контекст и продукты, которые мы проектируем и производим. Разбивка вещей на составные части — необходимый подход к пониманию сложных систем и выполнению совместной работы.Но у нас есть склонность (или даже когнитивная предвзятость) забывать общую картину происхождения компонентов. Определенная часть системы может работать нормально и успешно пройти тестирование, но может выйти из строя после помещения в полный контекст среды.

Гибсон вводит фразу сбор информации , чтобы выразить, как восприятие улавливает или обнаруживает информацию в окружающей среде, которую наши тела используют для принятия мер. Именно в этой динамике сбора информации среда определяет , что наши тела могут или не могут делать.Собранная информация касается взаимной структурной совместимости действий между телами и окружающей средой.

Точно так же, как «тело» флюгера регулирует свое поведение непосредственно в зависимости от направления ветра, биологические структуры организма напрямую реагируют на окружающую среду. Флюгер (рис. 4-8) движется так, как он движется, потому что его конструкция реагирует на движение окружающего его воздуха. Точно так же движения в локтевом суставе, также показанные на рис. 4-8, в значительной степени являются реакцией на структуру окружающей среды.Когда мы тянемся за вилкой за обедом или прислоняемся к столу, не нужно вычислять особенности нашего движения, потому что их физическая структура эволюционировала для того, чтобы тянуться, подпирать и другие подобные действия. Эволюционное давление на вид приводит к появлению телесных структур и систем, которые соответствуют структурам и системам окружающей среды и резонируют с ними. []

Рисунок 4-8. Флюгер [] и человеческий локтевой сустав [] реагируют на окружающую среду.

Сбор информации — это процесс, при котором тело может «ориентироваться, исследовать, исследовать, настраивать, оптимизировать, резонировать, извлекать и приходить к равновесию». [] Большая часть наших действий калибруется нашим телом «на лету», настраивая себя в реальном времени на выполняемые задачи. [] Когда мы стоим на шаткой поверхности, мы немного приседаем, чтобы опустить центр тяжести, и наши руки поднимаются вверх, чтобы помочь нашему равновесию. Эта бездумная реакция на поддержание равновесия стоит за большей частью нашего поведения, чем мы думаем, например, когда кинозрители наклонялись в сторону, чтобы больше видеть телефонный разговор Минни.Эти ответы не требуют большого количества абстрактных вычислений. Они встроены в корневую систему всего тела, которая делает возможным зрение, реагируя на массивы энергии, взаимодействующие с поверхностями окружающей среды. Гибсон утверждал, что все наши чувства работают одинаково.

Если вы много работали над дизайном, вы наверняка слышали о аффордансах . Концепция была изобретена J.J. Гибсоном, совместно разработанным его женой Элеонорой. Со временем аффорданс стал важным принципом теоретической системы Гибсонов, связывая воедино многие элементы их теорий.

Гибсон объясняет создание этого термина в своей заключительной, крупной работе Экологический подход к визуальному восприятию :

Возможности окружающей среды — это то, что она предлагает животному, то, что оно дает или предоставляет, либо во благо, либо во благо. больной. Глагол «позволить себе» можно найти в словаре, а существительное — нет. Я придумал. Я имею в виду то, что относится как к окружающей среде, так и к животным, чего не делает ни один существующий термин. Это подразумевает взаимодополняемость животного и окружающей среды. []

Более кратко: доступность — это свойства структур окружающей среды, которые предоставляют возможности для действий дополнительным организмам. []

Когда окружающая энергия — свет, звук и т. Д. — взаимодействует со структурами, она производит воспринимаемую информацию о внутренних свойствах этих структур. «Дополнительная» часть является ключевой: она относится к тому, как физические способности организмов дополняют конкретные возможности окружающей среды.Руки могут хвататься за ветви, лапы паука могут пересекать паутину, или глаза животного (и остальная часть его зрительной системы) могут сочетаться со структурой света, отраженного от поверхностей и предметов. Возможности существуют сами по себе в окружающей среде, но они частично определяются их отношениями с физическими возможностями конкретного вида. Эти окружающие и телесные структуры подходят друг к другу, потому что контуры последнего эволюционировали внутри формующей формы первого.

И, конечно же, для получения этой информации требуется действие.В природе ветка дерева имеет структурные свойства, которые мы обнаруживаем по тому, как свет и другая энергия взаимодействуют с веществом и текстурой ветви. Мы всегда в движении и видим ветку под разными углами. Даже если мы стоим на месте, наши тела дышат, наши глаза смещаются и способны определять, как тени и свет перемещаются в поле нашего зрения. Это бессознательная динамика мозга-тела-окружающей среды, которая приводит к обнаружению нашим телом наделяющих свойств: подходит ли ветка по размеру для руки, тяжелая ли она или просто подходит для использования в качестве трости или дубинки. .

Восприятие развилось в естественном мире, полном возможностей, но наша искусственная среда также обладает этими экологическими свойствами. Лестницы, такие как те, что показаны на рис. 4-9, сделаны из поверхностей и материалов, у которых есть возможности, если их объединить в ступеньки. Эти возможности при взаимодействии с такой энергией, как свет и вибрация, уникальным образом структурируют эту энергию для создания информации, которую обнаруживает наше тело.

Нашему телу не нужно объяснять, как работает лестница, потому что информация, в которой нуждается наше тело, является неотъемлемой частью структуры лестницы.Подобно тому, как рука, вдавленная в глину, формирует из глины структуру, идентичную руке, аффорданс формирует энергию способами, которые точно передают информацию об аффордансе. Организмы полагаются на эту уникально структурированную энергию, чтобы «собирать» информацию, имеющую отношение к тому, что может делать организм.

Рисунок 4-9. Лестница в книжном магазине City Lights в Сан-Франциско (фото автора)

У человека, который никогда раньше не сталкивался с лестницей, может возникнуть вопрос, почему желательно подниматься по склону, но тело воспринимающего уловит тот факт, что он мог использовать их, чтобы идти вверх в любом случае.Люди эволюционировали среди поверхностей разной высоты, поэтому наши тела обладают свойствами, дополняющими возможности такого расположения поверхностей.

Для большинства из нас это нелогичная идея, потому что мы так привыкли мыслить в терминах познания, прежде всего «мозг». Кроме того, некоторые особенности того, что именно такое аффорданс и как Гибсон имел в виду, все еще разрабатываются среди ученых. Принцип аффорданса всегда был чем-то вроде незавершенной работы для Гибсона и фактически проявился в его работах позже, чем некоторые другие его концепции. [] Он разработал это как ответ на теории гештальт-психологии о том, как мы, кажется, воспринимаем , означающее чего-то так же легко, как мы воспринимаем его физические свойства; вместо того, чтобы разделять эти два вида значений, он хотел объединить дуализм в одно: аффорданс. []

Мы не будем исследовать все оттенки теории, связанные с изучением аффорданса. Но поскольку в кругах дизайнеров так много говорят об аффордансах, я считаю полезным установить некоторые основные предположения, с которыми мы будем работать, на основе собственной работы Гибсона.

Аффорданс — революционная идея

Гибсон в 1979 году утверждал, что аффорданс — это «радикальный отход от существующих теорий ценности и смысла». [] И в некотором смысле он все еще столь же радикален. Как эмпирик Гибсон был заинтересован в обходе культурных ортодоксий и интерпретационных идей, которые мы накладываем на наше окружение; он хотел начать с необработанных фактов о том, как устроена природа. Если мы серьезно отнесемся к теории аффордансов Гибсона, как таковой, мы должны серьезно отнестись к целому его экологической системы, а не отбирать отдельные ее части, чтобы присоединиться к основной теории, ориентированной на мозг. []

Доступность не зависит от стоимости

В кругах дизайнеров иногда упоминается анти-аффорданс . Но в рамках концепции Гибсона в этой идее нет необходимости. По его словам, средства дают животному возможность действовать, «добро или зло». Он пишет об аффордансах, имеющих «положительные» или «отрицательные» эффекты, объясняя, что некоторые аффордансы неудобны или даже опасны для данного агента, но они все еще остаются аффордансами. [] Аффорданс не всегда хорош с точки зрения конкретного организма.Вода дает возможность утонуть наземным млекопитающим, но дает рыбе движение и дыхание. [] Огонь дает успокаивающее тепло, свет и дает возможность готовить пищу, но он также приносит вред в результате ожога или разрушения собственности. Доступность — это структурные и химические свойства, которые включают отношения между элементами окружающей среды, некоторые из которых являются человеческими существами. Отделение того, что дает структура, от воздействия на собственные интересы воспринимающего, помогает нам помнить, что не все ситуации одинаковы для одного воспринимающего.

Восприятие аффордансной информации на первом месте; наши идеи об этом появятся позже

Гибсон утверждал, что, когда мы что-то воспринимаем, мы не конструируем восприятие в нашем мозгу на основе ранее существовавших абстрактных идей. Он заявляет: «Вам не нужно классифицировать и маркировать вещи, чтобы понять, что они позволяют себе». Когда я беру вилку, чтобы съесть пищу, мой мозг сначала не рассматривает форму вилки и не сравнивает ее с категорией столовых принадлежностей, а затем говорит руке, что вилкой можно пользоваться.Вилка позволяет резать кусочки пищи и подносить их ко рту; мое тело расширяет свои возможности, используя вилку в качестве многоточечного продолжения моей руки. То есть мое тело подбирает вилку на основе ее структуры, а не категории. Тот факт, что это вилка ужин и часть набора из столовых приборов , основаны на категориях, которые появляются позже, из личного опыта и социальных соглашений.

Возможности существуют в окружающей среде вне зависимости от того, воспринимаются они или нет.

Согласно одной современной теоретической позиции, мы не воспринимаем реальные вещи в мире, а только идеи и представления нашего мозга о них.Гибсон категорически не соглашался, настаивая на том, что мы не можем ничего воспринимать, если не существует реальных, физических и измеримых отношений между вещами в мире и нашим телом. Он оставил место для своего рода «жизни разума», которая могла бы, в некотором смысле, плыть по этим реальным основаниям, но она существует только потому, что она могла возникнуть в результате физической связи между существом и миром.

Свойства, которые дают что-то аффорданс, существуют независимо от того, воспринимаются они в данный момент или нет; это скрытые возможности для действия.Требуется доступность для восприятия; но аффорданс не должен восприниматься как существующий. Возможно, я не смогу увидеть лестницу за углом в здании, но это не значит, что у лестницы нет способности поддерживать подъем. Эта идея усложняет широко распространенное представление о том, что ментальная модель управляет поведением. Доступность означает, что информация, необходимая нам для действий, не обязательно должна быть «ментальной» и фактически находится в структурах окружающей среды. Я воспринимаю лестницу и использую ее не потому, что у меня есть их ментальная модель; никакой модели не требуется, потому что вся необходимая информация присуща форме и содержанию лестницы.Предыдущий усвоенный опыт может каким-то образом повлиять на мое использование, но это в дополнение к восприятию, а не самому восприятию.

Возможности есть, независимо от того, правильно ли они воспринимаются

или нет

Венерина мухоловка существует, потому что она может получать питание. И он получает питание, потому что он «обманывает» свою жертву, заставляя ее думать, что она является источником пищи для нее, а не наоборот. Для мухи мухоловка ловится, растворяется и поглощается растением.То, что муха воспринимает, пока часто не становится слишком поздно, — это «пища». Точно так же мы можем воспринимать землю там, где на самом деле есть зыбучие пески, или ветку дерева, которая на самом деле представляет собой змею. Восприятие — это информация, созданная аффордансом, а не само аффорданс. Это важное различие, которое часто неправильно понимается в практике дизайна, что приводит к запутанным дискуссиям о «предполагаемых» и «фактических» возможностях. Аффорданс — это свойство объекта, а не его восприятие.

Информация о предоставлении всегда находится в контексте другой информации

Само по себе единственное предложение не существует; он всегда вложен в более широкий контекст других предоставляющих структур.Например, даже если мы заявляем, что «добавляем аффорданс», прикрепляя ручку к головке молотка, молоток полезен только постольку, поскольку он может ударить по предметам, по которым нужно стучать. По лестнице можно подниматься, но они всегда являются частью некоторой окружающей среды, которая позволяет выполнять другие действия, например, полы и площадки, стены, поручни и все, что находится в комнатах, которые соединяются лестницей. В цифровых устройствах физические кнопки и переключатели сами по себе, физически, ничего не значат, кроме «толкаемых» или «переворачиваемых» — то, на что они на самом деле влияют при нажатии, воспринимается только контекстуально.

Младенцы не рождаются с пониманием того, как пользоваться лестницей. Даже если мы позволим этому восприятию соединиться с информацией о поверхностях лестницы, чтобы обнаружить, что они твердые, плоские и поднимаются вверх, нам все равно придется узнать, как и почему использовать их с какой-либо степенью легкости. Младенцы и малыши не только сами осматривают лестницу, но и, вероятно, их несли по ним воспитатели и видели, как другие ходят или бегают вверх и вниз по ним, задолго до того, как попытаться самостоятельно подняться по лестнице. Обучение тому, как использовать окружающую среду, происходит в плотно структурированном контексте социального и физического опыта.Это верно для всего, что мы считаем само собой разумеющимся в нашей среде, вплоть до простейших форм и поверхностей. Мы научились использовать все это независимо от того, помним мы это или нет. В цифровом дизайне говорят о естественных интерфейсах и интуитивно понятных дизайнах . На самом деле эти фразы имеют отношение к тому, есть ли в интерфейсе или среде информация для действий, которая уже изучена его пользователями. При проектировании предметов и мест для людей мы обычно должны исходить из того, что никакое аффорданс не является естественным.Вместо этого мы должны спросить: является ли аффорданс этой структуры более или менее традиционным или обучаемым, имея в виду, что «обучаемость» часто зависит от того, как аффорданс строится на установленной условности.

Непосредственно воспринимаемое и косвенное значение

Гибсоны продолжали расширять свои теории в отношении того, как аффорданс функционирует под сложными культурными структурами, такими как язык, кино и целые социальные системы. С тех пор другие ученые продолжали применять теорию аффорданса для понимания всех видов информации.Аналогичным образом, для дизайнеров цифровых интерфейсов аффорданс стал инструментом, позволяющим задавать вопросы о том, что интерфейс предлагает пользователю для выполнения действий. Элемент на экране — это кнопка или ссылка? Это подвижное? Или это просто украшение или фон? Сенсорная цель слишком мала для поражения? Может ли пользователь обнаружить функцию или она скрыта? Способ обсуждения аффорданса в этих вопросах обычно бывает неточным и запутанным. Отчасти это связано с тем, что даже среди теоретиков и практиков дизайна аффорданс имеет долгую и запутанную историю.Есть веские причины для путаницы, и они связаны с различиями между тем, как мы воспринимаем физические предметы, и тем, как мы интерпретируем значение языка или моделируемых объектов.

Сцена из фильма «Ребенок Розмари » служит хорошим примером проблемы с имитируемым объектом. В сцене, изображенной на рис. 4-7, кинозрители не могут видеть, как рот Минни движется за дверной косой, даже если они смещаются вправо на своих местах, потому что информация на экране только имитирует то, что она изображает.Нет настоящего дверного косяка или спальни, которые зритель мог бы более полно воспринимать с помощью движений тела. Если бы это было так, дверь и комнаты имели бы возможности, которые создавали бы конкретную информацию, которую тела могли бы поднять, сообщая телу, что движение дальше вправо продолжит раскрывать больше действий Минни. Конечно, некоторые зрители пробовали это, но откалибровали, останавливаясь, как только они почувствовали, что ничего не меняется. Затем в толпе, несомненно, раздалось нервное хихиканье — как же глупо, что мы пытались увидеть больше! Как мы увидим позже, мы, как правило, начинаем взаимодействовать с информацией таким образом, основываясь на том, что наше тело предполагает, что она нам даст, даже если эта информация обманывает нас или имитирует что-то еще, как в цифровых интерфейсах.

Фильм может на мгновение обмануть восприятие, но единственное, что действительно работает, — это то, что создается проектором, пленкой и отражающей поверхностью экрана. Проектор, пленка и экран вполне реальны и позволяют видеть проецируемый свет, но на этом аффорданс заканчивается. То, как аудитория интерпретирует значение форм, цветов и теней, имитируемых отраженным светом, — это другой вид опыта, чем пребывание в реальной комнате и взгляд через настоящую дверь.

В своей экологической концепции Гибсон называет любую поверхность, на которой мы показываем коммуникативную информацию, «дисплеем». Сюда входят картины, эскизы, фотографии, свитки, глиняные таблички, проецируемые изображения и даже скульптуры. Для Гибсона дисплей — это «поверхность, которая была сформирована или обработана таким образом, чтобы отображать информацию не только о самой поверхности». [] Как и экран смартфона, поверхность с надписью не имеет внутреннего значения, кроме физической информации на ее поверхности; но нас не столько интересует поверхность, сколько то, что мы интерпретируем из письма.Гибсон называет знание, которое можно получить из этих информационных артефактов, опосредованным или косвенным — то есть, по сравнению с прямым физическим сбором информации, они предоставляют информацию через носитель .

В зависимости от того, где вы читали об аффордансах, вы можете увидеть аффорданс, используемый для объяснения такого рода опосредованной, косвенно значимой информации. Однако для ясности, я буду указывать Affordance как то, что создает информацию о себе , и я не буду использовать термин для информации, которая касается чего-то, выходящего за рамки аффорданса.Изображения, слова, цифровые интерфейсы — все это предоставляет информацию, но в конечном итоге актуальное значение, которое мы извлекаем из них, не является внутренним. Он интерпретируется на основе соглашения или абстракции. Это сложный момент для понимания, но не волнуйтесь, если он еще не совсем ясен. Мы еще больше будем размышлять над этим вместе во многих следующих главах.

Этот подход примерно аналогичен подходу, обнаруженному в недавней работе Дона Нормана, который больше всего отвечает за введение теории аффорданса в профессию дизайнера.Норман обновляет свой взгляд на аффорданс в пересмотренном, обновленном издании своей знаменательной книги The Design of Everyday Things (Basic Books). Как правило, Норман предупреждает, что мы должны различать аффордансы, такие как форма дверной ручки, которую мы считаем подходящей для нашей руки и подходящей для того, чтобы тянуть или толкать, и обозначения , такие как знаки «Тяни» или «Тяни», которые часто украшают такие двери. [] Мы рассмотрим означающие и то, как они пересекаются с аффордансом в Части III.

Это различие также рекомендовано в недавней работе экологического психолога Сабрины Голонка, чье исследование сосредоточено на том, как язык работает для создания информации, которую мы считаем значимой, «без напряжения или переопределения оригинальных представлений об аффордансах или прямом восприятии». Чтобы аффорданс стал полезным понятием, нам нужно сузить его значение и поставить вокруг него твердую границу. []

Это не означает, что мы закончили с аффордансом после этой части книги.Доступность — важный фактор в нашем понимании других видов информации. Подобно тому, как сложный мозг не существовал бы без тела, опосредованная информация не существовала бы без прямого восприятия, на котором можно было бы опираться. Независимо от того, насколько высоки и абстрактны наши мысли или насколько сложными могут быть наши системы, все это коренится, в конечном итоге, во взаимоотношениях человеческого тела с физической средой.

Как дизайнеры частей нашей окружающей среды, наполненных цифровыми технологиями, мы должны постоянно работать над тем, чтобы помнить об этой телесной основе.Это потому, что динамика, с помощью которой мы понимаем контекст сцены в фильме или ссылки на веб-странице, заимствована из динамики, которая позволяет нам использовать лестницу в здании или собирать ежевику в зарослях шиповника. . Наше восприятие в некотором смысле жаждет возможностей и пытается найти их везде, где только возможно, даже на основе косвенно значимой информации. То есть для пользователя от первого лица имеет значение смешанный спектр информации, воспринимаемой пользователем, прямой или косвенной.Проблема контекста для дизайна заключается в поддразнивании подобного рода информации.

Affordance дает нам один вид информации: то, что я называю физической информацией. Но то, что мы переживаем и используем для восприятия, — это информация, а не аффорданс, который ее создал. Познание захватывает информацию и действует в соответствии с ней, не особо разборчиво относясь к техническим особенностям источника информации.

Познание задействует всевозможные механизмы во имя познания мира из множества разрозненных телесных и сенсорных функций.Это работает так: soft assembly . Это процесс, в котором множество различных факторов взаимодействия тела и окружающей среды объединяются на лету, складываясь в поведение, эффективное для организма в данный момент. [] Из всей этой активности взаимодействия между окружающей средой и воспринимающим возникает сингулярное поведение. Теперь, когда мы можем даже встроить датчики и реактивные механизмы в нашу кожу, такой способ мышления о том, как эти маленькие части собираются в единое целое, может быть более актуальным, чем когда-либо. []

Мы привыкли считать себя отдельными от окружающей среды, однако экологический или воплощенный взгляд предполагает, что граница между собой и окружающей средой не является абсолютной; он пористый и текучий. Например, когда мы берем упавшую ветку дерева и используем ее как инструмент — возможно, чтобы сбивать плоды с верхних частей дерева, — инструмент становится продолжением наших тел, воспринимается и используется так, как если бы мы использовали более длинную руку. Даже когда мы водим машину, с практикой автомобиль сливается с нашим ощущением того, как наши тела вписываются в окружающую среду. []

Это не столь радикальное понятие, если мы не будем рассматривать внешний слой человеческого тела как абсолютную границу, а скорее как точку перегиба. Таким образом, перейти от «счета пальцами» к «счету палками» не так уж и сложно. Как объясняет автор Луиза Барретт: «Когда мы делаем шаг назад и рассматриваем, как когнитивный процесс работает в целом, мы часто обнаруживаем, что барьер между тем, что находится внутри кожи, и тем, что снаружи, часто является чисто произвольным, и, как только мы это осознаем, он растворяется.” [] То, как мы понимаем наш контекст, находится под сильным влиянием окружающей нас среды, отчасти потому, что познание включает в себя саму среду.

В статье Supersizing the Mind: Embodiment, Action, and Cognitive Extension (Oxford University Press) Энди Кларк утверждает, что наши тела и мозг очень плавно перемещаются между различными видами познания. Время от времени наше познание использует различные комбинации когнитивных циклов — субактивное познание, познание активного тела и расширенное познание, используя леса окружающей нас среды.Кларк объясняет, что наш разум «беспорядочно эксплуатирует тело и мир. Они постоянно тестируют и изучают возможности включения новых ресурсов и структур глубоко в свои воплощенные режимы действий и решения проблем ». []

Кларк также объясняет, как принцип сборки лежит в основе того, как познание работает максимально эффективно, используя «любое сочетание ресурсов для решения проблем, которое даст приемлемый результат с минимальными усилиями». [] Можно сказать, что мы используем комбинацию «петель наименьшего усилия. [] Вот почему зрители в театре наклонялись вправо, хотя для этого не было логической причины. Мы действуем так, чтобы воспринимать, основываясь на малейшей интерпретации предоставленной информации, даже если это иногда сбивает нас с пути. То есть мы можем легко неверно истолковать наш контекст и действовать до того, как наша ошибка станет нам понятна. Несмотря на то, что мы можем логически классифицировать множество ресурсов, которые воспринимающий рекрутирует для познания, для воспринимающего все это — большая смесь информации об окружающей среде .Для дизайнеров это означает, что они должны тщательно проанализировать, как каждый элемент среды может повлиять на действия пользователя, потому что пользователь, вероятно, просто будет действовать, не замечая разницы.

Возможно, эта идея цикла наименьших усилий помогает объяснить паттерн поведения, впервые описанный ученым-экономистом Гербертом Саймоном, который назвал его удовлетворительным . Удовлетворение — это концепция, объясняющая, как мы экономим энергию, делая все, что достаточно для достижения порога приемлемости.Это чемодан, сочетающий в себе слова «удовлетворить» и «достаточно». Его использование было расширено для объяснения других явлений, от того, как люди решают, что покупать, до того, как вид меняется в ответ на эволюционное давление. [] Удовлетворение — ценная идея для практики дизайна, потому что она напоминает нам, что пользователи используют то, что мы разрабатываем. Обычно они не задумываются над этим, не анализируют и не узнают все его чудесные секреты. Они действуют в мире на основе наиболее очевидной доступной информации и с минимальной концентрацией внимания.Это потому, что познание начинается и зависит от постоянного действия и взаимодействия с окружающей средой. Пользователи не заинтересованы в том, чтобы сначала понять окружающую среду. Они слишком заняты тем, что делают что-то, и на самом деле они склонны импровизировать на ходу, часто используя среду не так, как задумано дизайнерами. []

Даже самые осторожные пользователи в конечном итоге «теребят» среду, чтобы увидеть, как она отреагирует или куда она их приведет, щелкнув или коснувшись объектов, наведя курсор мыши, размахивая контроллером или телефоном в воздухе или ввод слов в поле поиска.Просто взгляд — это физическое действие, которое исследует среду на предмет структурной информации о возможностях, выбирая минимум, который кажется необходимым для перемещения, а затем приспосабливает среду к своим потребностям. Мы видим это, когда наблюдаем за людьми, использующими программное обеспечение: они часто пробуют что-то, чтобы увидеть, что происходит, или находят обходные пути, о которых мы даже не подозревали. Нехорошо называть их «плохими пользователями». Это люди, которые ведут себя так же, как люди. Это одна из причин, почему лабораторное тестирование может быть проблемой; Испытуемые могут быть настроены слишком много предполагать об исследуемом артефакте, и они могут чрезмерно обдумывать свои взаимодействия, потому что они знают, что за ними наблюдают.В мире они обычно менее осознают свое поведение и импровизированные действия.

Воплощенный вид переворачивает традиционную роль дизайнера. Мы привыкли думать о дизайне как о создании для пользователя замысловатой обстановки, в которой учитывается каждое действие. Но контекстное значение среды никогда не устанавливается окончательно, потому что контекст является функцией активного взаимодействия пользователя. Это означает, что основная цель дизайнера состоит не в том, чтобы разработать способы использования артефакта, а в том, чтобы спроектировать артефакт так, чтобы он был четко понят , [] , чтобы пользователь мог задействовать его в своем полном окружении любым способом. она нуждается.

У нас есть бостонский терьер по имени Зигмунд (рис. 4-10). Он коричневато-красного цвета, в отличие от типичных бостонов. Прогуливаясь по Зигмунду, я замечаю, что как бы хорошо он ни держался рядом со мной, иногда он не мог не уйти от задачи. Иногда он останавливается, как будто земля дотянулась до него и схватила его. И в некотором смысле именно это и происходит. Зигмунд замечает что-то в своей среде, что заставляет его остановиться. Это не преднамеренно и не рассчитано; это реакция на окружающую среду, похожая на удар в стеклянную стену.Для него это то, что он воспринимает как «мешающее» или даже опасное, например, угол тени на земле, который может быть дырой или чем-то, приближающимся к нему. Это происходит реже, когда он становится старше и больше узнает об окружающем мире. Раньше лестница сводила его с ума, но теперь он профессионал.

Но часто то, что влияет на поведение Зигмунда, для меня незаметно. Как и многие собаки, он гораздо лучше воспринимает звук и запах, чем гоминиды. В этих измерениях мир Зигмунда намного богаче моего.Если я вынесу его на улицу и мы столкнемся даже с легким ветерком, он остановится, направив нос вверх, и просто почувствую запах воздуха, как я могу смотреть фильм в IMAX. Конечно, мы дружим по-разному. В собачьем парке я в основном обращаю внимание на визуальные аспекты лиц вокруг меня, в то время как Зигмунд узнает себе подобных, обнюхивая другой конец. []

Для меня и Зигмунда большая часть наших миров пересекается; в конце концов, мы оба — теплокровные наземные млекопитающие. Мы просто отвечаем на разные виды информации в дополнение к той, которой мы делимся.Зигмунд может остановиться из-за запаха, который я не чувствую, но я могу остановиться, потому что вижу предупреждающий свет или знак остановки. Мы с Зигмундом ходим в несколько разных мирах — каждый из нас в своем собственном umwelt .

Умвельт — это идея, представленная биологом Якобом Иоганном фон Икскюллем (1874–1944), который определил его как мир, воспринимаемый и действующий со стороны данного организма. Уэкскюлл изучал органы чувств и поведение различных существ, таких как насекомые, амебы и медузы, и разработал теории о том, как они воспринимают окружающую среду. []

В результате этой работы Уэкскюлл утверждал, что биологическое существование нельзя понимать только как молекулярные части и части, но как организмы, воспринимающие мир как часть системы знаков. Другими словами, Юкскюлл первым связал биологию с семиотикой , создав область, которая теперь называется биосемиотика (мы более внимательно рассмотрим знаки, значения и семиотику в Части III). Его работы также сильно повлияли на основополагающие идеи в феноменологии таких авторов, как Мартин Хайдеггер и Морис Мерло-Понти.

Если мы немного расширим концепцию Уэкскюлл, мы сможем думать о разных людях как о находящихся в их собственном умвельте, даже если они принадлежат к одному виду. Наши потребности и опыт определяют то, как мы интерпретируем информацию о структурах вокруг нас.

Для скейтбордистов пустой бассейн имеет особое значение для занятий, которые не регистрируются для нерайдеров; для жонглеров предметы определенного размера и веса, такие как апельсины, могут означать «отлично подходят для жонглирования», в то время как для остальных из нас они просто выглядят восхитительно.

Когда вы ищете место для парковки в продуктовом магазине, вы замечаете все нюансы, которые могут указывать на то, пусто ли место. После того, как вы припаркуетесь, вы, вероятно, сможете вспомнить, сколько мест, по вашему мнению, было пустым, но оказалось, что на них припаркованы только небольшие автомобили или мотоциклы. Но когда вы выходите из магазина, вы больше не занимаетесь этой задачей с таким же уровнем явной концентрации; вы можете вообще не заметить пустых мест. Вместо этого вы пытаетесь найти выход со стоянки, что само по себе может быть упражнением в доведении до безумия.Парковка не менялась; физическая информация такая же. Но ваша точка зрения изменилась настолько, что другая информация о различных возможностях имела большее значение, чем раньше.

В сценарии аэропорта в главе 1, когда я разговаривал с коллегой о своем расписании, мое восприятие отличалось от его, потому что система понимания мира, в котором я жил (то есть мой взгляд на календарь), была другой. от его, хотя мы одного вида и даже соответствуем одной демографии пользователей.

Эта идея umwelt также может помочь нам понять, как цифровые системы, если они даны, являются своего рода разновидностями, которые видят мир определенным образом. Наши тела являются частью их окружающей среды так же, как их присутствие является частью нашего. Новые «умные» продукты, такие как интеллектуальные термостаты и беспилотные автомобили, и даже базовые веб-сайты и приложения, по сути, используют наши тела в качестве интерфейса между нашими потребностями и их действиями. Когда мы проектируем среду, в которой содержатся такие агенты, важно задаться вопросом: в каком умвельте живут эти агенты и как нам лучше всего переводить между ними и умвельтами их человеческих обитателей?

Теория самовосприятия в социальной психологии

В повседневной жизни люди наблюдают за действиями и поведением других людей и делают выводы об отношении других людей на основе того, что они наблюдают.Когда люди видят, как другой человек действует в той или иной ситуации, они часто связывают это поведение с его чертами характера и отношениями. Например, если вы видите, как кто-то в парке перерабатывает пластиковую бутылку с водой, а не выбрасывает ее в мусор, вы можете сделать вывод, что этот человек заботится об окружающей среде. Точно так же, если вы наблюдаете, как школьник хмуро смотрит на своего учителя, вы можете сделать вывод, что он расстроен или зол на учителя. Интересно, что иногда люди также наблюдают за своим поведением, как это сделал бы посторонний, и делают аналогичные выводы о своем отношении к себе, основываясь на своем поведении.Согласно теории самовосприятия, когда люди не уверены в своем отношении, один из способов сделать вывод — это посмотреть на их поведение. Дэрил Бем предложил теорию самовосприятия в 1967 году, когда он утверждал, что люди иногда анализируют свое поведение так же, как они анализируют поведение других.

В то время Бем предлагал что-то, что противоречило тому, как люди думали об отношении и поведении. Большинство людей согласятся, например, с тем, что человек, который считает себя заинтересованным в езде на велосипеде, может в результате этого интереса купить велосипедное снаряжение и совершить длительные велосипедные поездки.То есть отношение и самооценка человека влияют на его или ее поведение. Бем, однако, изменил это соотношение, предположив, что люди также могут понимать свои взгляды и интересы, потому что они сделали выводы, основанные на своем поведении. Таким образом, этот человек может сделать вывод о том, что он или она интересуется шоссейным велосипедом, на основании частых поездок на велосипеде и щедрых затрат на хороший шоссейный велосипед.

Теория самовосприятия дает аналогичное объяснение эмоциям, предполагая, что люди определяют свои эмоции, наблюдая за своим телом и своим поведением.Другими словами, эмоции и другие чувства людей возникают в результате таких действий, как выражение лица, позы, уровень возбуждения и поведение. Таким образом, чувства являются следствием поведения, а не наоборот. Люди злятся, потому что хмурятся, и счастливы, потому что улыбаются — это эффект самовосприятия.

Эффект самовосприятия испытал каждый. Представьте на мгновение, что у вас был ужасный день — что-то пошло не так, и вы чувствуете себя очень раздражительным и ворчливым.Тем не менее, вы заранее планировали встретиться с друзьями на небольшом общественном мероприятии в этот вечер. Когда вы приедете, вы улыбаетесь и демонстрируете теплое, вежливое поведение. Когда другие на собрании приветствуют вас «Привет, как дела?» вы отвечаете: «Хорошо, как дела?» На вечеринке с друзьями сложно хмуриться и сохранять раздражительность. Итак, вы вместо этого улыбаетесь и, по сути, притворяетесь счастливым. У большинства из нас первоначальное чувство раздражительности уменьшается после улыбки и «счастливого» поведения.Наше поведение меняет наше отношение.

Даже то, как люди ходят, может повлиять на их самочувствие. Проверьте это на себе. Когда вы встанете, ходите взад и вперед по комнате, шаркая, сгорбившись, глядя в пол. Что ты чувствуешь? Точно так же представьте, что вы весь день сидите сутулясь, вздыхаете, когда с вами разговаривают, и говорите очень низким голосом. Вы, вероятно, чувствуете себя немного подавленным или подавленным. Теперь попробуйте пройти по комнате большими шагами, высоко взмахивая руками и улыбаясь.Такое разное поведение может вызывать разные эмоциональные переживания.

Исследования в поддержку теории самовосприятия

После предложения теории самовосприятия было проведено несколько исследований, подтверждающих гипотезу Бема. Как предсказывает теория самовосприятия, исследования показали, что люди, которых заставляют действовать так, как будто они что-то чувствуют, например, счастье, сообщают, что действительно ощущают это, даже если они не осознают, как возникли их чувства. Этот эффект был продемонстрирован для самых разных чувств и для еще большего разнообразия поведения.

Например, в простом исследовании, призванном продемонстрировать, влияет ли выражение лица на аффективные реакции — явление, тесно связанное с самовосприятием, — психологи изучали, влияет ли выражение лица на эмоциональные реакции людей на мультфильмы. Чтобы управлять мимикой или лицевой активностью, испытуемых просили держать ручку во рту одним из двух способов: (1) между зубами с открытыми губами, чтобы облегчить работу мышц, обычно связанных с улыбкой, или (2) зажать между губами. потому что он подавлял мышцы, используемые во время улыбки.(Попробуйте это, чтобы увидеть, сможете ли вы понять, какой была бы ваша мимика, если бы вы были в эксперименте.) Задача участников заключалась в том, чтобы прочитать серию мультфильмов с ручкой во рту и оценить их за их смешность. Как и предсказывала теория самовосприятия, психологи обнаружили, что те, кто держали ручку между зубами (облегчая улыбку), сообщали о более высоком уровне юмора на основе мультфильмов, чем участники, которые держали ручку между губами.Исследователи пришли к выводу, что воспринимаемая забавность мультфильмов зависит от мышечной активности, связанной с улыбкой.

Эффект самовосприятия может также отразиться на более позднем поведении. Например, представьте, что обычно вы стесняетесь на вечеринках, но недавно решили, что хотите найти новых друзей. Вы решили, что на следующей вечеринке постараетесь быть особенно разговорчивой, чтобы познакомиться с новыми людьми, и все идет хорошо. Такое поведение влияет на ваше отношение к социальному поведению и заставляет вас ощущать в себе большую открытость.В следующий раз, когда вы будете на вечеринке, вы продемонстрируете общительное социальное поведение без особых усилий. Ведите себя так, как будто вы общительный, и вы можете стать еще более общительным.

В исследовании, демонстрирующем этот эффект переноса, исследователи изучали влияние общественных работ на уровень сочувствия, социальной ответственности и заботы о других у подростков-добровольцев. Результаты этого исследования показывают, что общественные работы положительно влияют на сочувствие и сострадание к другим, чувство заботы об обществе в целом и готовность действовать, чтобы помочь другим и сообществу.Это демонстрирует, что поведение — участие в волонтерской помощи — может создать сдвиг в сторону более заботливого и помогающего отношения и устойчивых действий в служении.

В другом интересном исследовании того, как поведение влияет на отношение, Марк Леппер и его коллеги обнаружили, что предоставление людям внешних причин (например, денежного вознаграждения) за выполнение поведения, которое им уже нравится, снижает их внутреннюю мотивацию к этому — явление, называемое эффектом чрезмерного обоснования. Например, в исследовании, проверяющем этот эффект, дети, которые изначально интересовались рисованием, сообщили о значительно более низком внутреннем интересе к рисованию после двух недель получения внешнего вознаграждения, тогда как дети, которые не получали внешнего вознаграждения за участие в этом занятии, не сообщали об этом. снижение интереса через две недели.Согласно теории самовосприятия, люди подвергаются эффекту чрезмерного оправдания, когда их действия больше не могут быть связаны с их внутренней мотивацией, а, скорее, с ожиданием внешней награды. В предыдущем примере принципы теории самовосприятия утверждали, что первоначальный интерес детей к деятельности был подорван созданием ситуации, в которой деятельность была явным средством достижения внешней цели — другими словами, внешние награды превратились в «игру». »(Т. Е. Деятельность, осуществляемая ради нее самой) на« работу »(т. Е.е. деятельность, которой занимаются только при наличии внешних стимулов).

За десятилетия, прошедшие после публикации оригинальной статьи Бема, большое количество исследований было направлено на то, чтобы попытаться отделить теорию самовосприятия от широко принятой теории когнитивного диссонанса, которая утверждает, что несоответствие, представленное верой в одно и совершением другого, порождает эмоциональный дискомфорт, который направляет поведение, направленное на уменьшение несогласованности или диссонанса. Однако диссонанс возникает, когда есть несоответствие или лицемерие между взглядами, убеждениями или поведением.Таким образом, известны взгляды или убеждения в этих ситуациях. Годы исследований в этой области привели к выводу, что теории когнитивного диссонанса и самовосприятия имеют разные приложения: теория самовосприятия более применима в ситуациях, когда отношение людей изначально расплывчато, двусмысленно или слабо.

Важность и значение теории самовосприятия

Поскольку теория самовосприятия предполагает, что, когда внутреннее осознание людьми своего отношения или эмоций является слабым или неоднозначным, они могут рассматривать себя во многом так же, как внешний наблюдатель, можно полагаться на внешние сигналы или поведение, чтобы делать выводы о внутреннем состоянии людей. .Возможно, вам понравятся следующие события: «Это мой второй бутерброд; Думаю, я был голоднее, чем думал »или:« Я грыз ногти весь день; что-то, должно быть, меня беспокоит «. В обоих случаях отношение или эмоции выводятся из поведения. Таким образом, даже если люди в целом обладают самосознанием, они не всегда могут точно сказать, почему они так себя чувствуют. Эффект самовосприятия позволяет людям собирать важные подсказки из своей внешней среды и применять их, чтобы понять, какие отношения или эмоции они испытывают внутри себя.

Эффект самовосприятия также может иметь важное значение, когда отношения и поведение несовместимы или когда желательно изменение поведения. Например, терапевты, работающие с людьми, страдающими алкогольной зависимостью, сообщили, что принципы теории самовосприятия помогают создавать изменения. Люди, которые начинают сознательно наблюдать за количеством выпитого, могут по своему поведению сделать вывод о том, что они напряжены или тревожны, а затем предпринять какие-то действия, кроме выпивки.Точно так же изменение поведения может информировать людей об их внутреннем отношении к алкоголю. Например, люди, сообщающие о своих намерениях по поводу употребления алкоголя, могут сделать вывод о своем отношении к алкоголю, слушая, как они говорят. Другими словами, поведение, говорящее другим: «Я собираюсь сократить употребление алкоголя», может позволить людям сделать вывод об отношении или внутреннем осознании того, что их употребление алкоголя создало проблемы для них самих или других. В общем, исследователи в области психологии применили теорию самовосприятия к широкому спектру установок и поведения с очень интересными и важными последствиями.

Добавить комментарий