Виктимного поведения: ВИКТИМНОЕ ПОВЕДЕНИЕ — Старовольский УПК детский сад- НШ

Содержание

Обзор современных исследований виктимного поведения у студентов Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

ОБЗОРЫ

УДК 159.99

DOI: 10.23888/humJ20174745-761 © Кемяшова П.Н., Фаустова А.Г., 2017

ОБЗОР СОВРЕМЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ВИКТИМНОГО ПОВЕДЕНИЯ У СТУДЕНТОВ

Кемяшова П.Н., Фаустова А.Г.

Рязанский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова, ул. Высоковолътная,9, 390026, г. Рязань, Российская Федерация

Аннотация. Актуальность представленного обзора определяется тем, что негативные процессы, происходящие в социуме обуславливают неизбежный рост рисков виктимизации населения. Это важно, в частности, для студенческой молодежи, отличающейся наивысшей социальной активностью, а также интенсивно протекающим процессом развития интеллекта и личности в целом. Целью обзора явилось изучение и обобщение результатов современных исследований виктим-ного поведения студентов.

Анализ исследований последних лет показывает, что в настоящее время исследованию особенностей виктимности юношеской возрастной группы посвящено относительно небольшое количество исследований. Анализ психологической литературы показал, что личности в юношеском возрасте присущи социально -психологические особенности, детерминирующие склонность к виктимному поведению. В качестве одного из основных факторов, детерминирующих склонность к виктимному поведению, выделяют неадекватный уровень самооценки. Рассматриваются гендерные особенностей сексуальной виктимизации студенческой молодежи; выявлены значимые различия внутриличностных детерминант

между гипервиктимными, средневиктимными и невиктимными юношами и девушками. Был сделан вывод о том, что в смысловой сфере гипервиктимных личностей самыми важными являются их смысложизненные ориентации.

Сделаны обобщающие выводы о том, что склонность к виктимному поведению определяются как объективными факторами внешних условий, так и внутренними личностными факторами; исследования виктимологических особенностей на современном этапе направлены на выявление возможных детерминант и факторов виктимного поведения, также в исследованиях выявляется значимость смысловой сферы личности, для лиц, склонных к виктимному поведению.

Также в статье кратко описано проведенное нами исследование, направленное на изучение смысложизненных ориентаций студентов, склонных к виктимно-му поведению. На основании полученных результатов были сделаны выводы о существовании достоверных различия в смысложизненных ориентациях у студентов с разным типом виктимного поведения, а также о том, что виктимное поведение может быть взаимосвязано, как с низкой, так и с высокой осмысленностью жизни.

Ключевые слова: виктимность, виктимное поведение, смысложизненные ориентации, студенты, юношеский возраст, юношество.

Актуальность обзора. В современном обществе наблюдается сложность и нестабильность. Негативные процессы, происходящие в социуме обуславливают неизбежный рост рисков виктимизации населения. Это важно, в частности, для студенческой молодежи, отличающейся наивысшей социальной активностью, а также интенсивно протекающим процессом развития интеллекта и личности в целом. В подобных условиях остро встает проблема профилактики виктимного поведения в юношеском возрасте. Потребность в разработке необходимых превентивных мероприятий для предупреждения виктимизации молодых людей выводит

в фокус всеобщего внимания необходимость тщательного изучения особенностей виктимного поведения и его детерминант, в частности у лиц юношеского возраста.

Таким образом, юношеский возраст связан с выбором жизненного пути, жизненной позиции, с активным формированием личности в целом, что во многом определяет особенности поведения. В связи с этим представляется важным изучение особенностей виктимного поведения студенческой молодежи.

Целью обзора является изучение и обобщение результатов современных исследований виктимного поведения студентов.

Виктимология — это развивающееся комплексное учение о лицах, находящихся в кризисном состоянии (жертвах преступлений, катастроф, различных форм насилия и др.), и мерах помощи таким жертвам [1]. Решая задачи широкого спектра, виктимология, наряду с изучением жертвы (как лица, которому индивидуально или коллективно был нанесен материальный, моральный или другой вред общественно опасными действиями), виктимности, виктимизации, исследует собственно виктимное поведение. Последнее понимается, как предпосылка виктими-зации, как поступки или действия человека, так или иначе провоцирующие причинить ему какой-либо вред [2].

Таким образом, очевидна необходимость более полного изучения конкретной личности на предмет выявления таких внутренних психологических личностных особенностей, которые могут оказаться причинами виктимного поведения, и при определенных внешних обстоятельствах могут реализоваться в нем. Такая тенденция переориентации на более психологизированную виктимологию начинает отображаться в современных исследованиях, посвященных виктимности и виктимному поведению.

Анализ исследований последних лет показывает, что в настоящее время исследователями изучаются преимущественно психологические характеристики подростковой возрастной группы, обусловливающие их виктимность. В частности

в исследовании С.А. Фалкиной рассматриваются психологические характеристики подростков, склонных к виктимному поведению в Интернет-сети [3]. В исследовании О.Б. Бовть изучаются стратегии поведения в конфликте подростков с разным типом виктимного поведения, в результате чего разработаны рекомендации по профилактике виктимного поведения детей и подростков [4]. В одном из исследований О.О. Андронниковой рассматривается самоповреждающее виктим-ное поведение подростков, в результате чего выделены пять типов подростков с суицидальным поведением и дана их характеристика [5].

Исследованию особенностей виктимности юношеской возрастной группы в настоящее время посвящено малое количество исследований. Однако отмечается, что трудные жизненные ситуации, с которыми сталкивается современный молодой человек, могут обладать виктимогенным воздействием и приводить к викти-мизации личности [6].

Анализ современной психологической литературы показал, что личности в юношеском возрасте присущи социально-психологические особенности, детерминирующие склонность к виктимному поведению. В результате психологических исследований доказано, что юноша с такими личностными особенностями как неадекватная самооценка, высокий уровень тревожности и агрессивности, эмоционально-волевая неустойчивость, «готов» стать жертвой насилия [7]. Таким образом, студенческая молодежь имеет повышенную виктимность, вызванную возрастом и соответствующей ему активностью и кроме того, повседневная жизнь молодых людей протекает в среде с повышенной виктимогенностью, обусловленной особенностью стиля жизни студенчества.

В исследовании на тему психологической основы виктимного поведения личности в юношеском возрасте авторы Л.С. Стуколова и Н.С. Волкова определяют особенности личности молодежи, как детерминанты склонности к виктим-ному поведению. В выводах авторы заключают, что основным фактором, детерминирующим склонность к виктимному поведению, является неадекватный уро-

вень самооценки, что в свою очередь может вести к неадекватному типу самоутверждения или отказу от него. Кроме того, отмечается, что юношеский возраст, в силу его характерологических особенностей, является фактором способствующим повышению риска виктимизации.

Т.В. Шипунова провела пилотажное исследование гендерных особенностей сексуальной виктимизации студенческой молодежи, по результатам которого удалось установить, что в студенческой среде широко распространена сексуальная виктимизация как девушек, так и юношей; студенческой молодежи присущи некоторые личностные характеристики виктимной предрасположенности [6].

В одном из современных исследований, посвященном исследованию структуры внутриличностных детерминант юношей и девушек разного виктимного типа методом факторного анализа, выявлены значимые различия внутриличностных детерминант между гипервиктимными, средневиктимными и невиктимными юношами и девушками. Выявлено, что личностные детерминанты юношей и девушек из гипервиктимных и невиктимных групп плохо структурированы, конфликтны, хаотичны. Структура средневиктимной личности наиболее компактна и гармонична. Каждая группа так или иначе содержала в числе факторов смысло-жизненные ориентации, однако гипервиктимные — единственная группа, в которой фактор смысложизненных ориентаций выходит на первое место. Таким образом в исследовании сделан вывод о том, что в смысловой сфере гипервиктимных личностей самыми важными являются их смысложизненные ориентации [8].

Таким образом, теоретический обзор современных исследований особенностей виктимного поведения студентов позволяет сделать следующие обобщающие выводы:

• студенческая молодежь, находящаяся на переходном жизненном этапе и характеризующаяся развитием внутренней позиции, самосознания, обладает специфической склонностью к виктимному поведению и имеет особый риск вик-тимизации;

• виктимность и склонность к виктимному поведению определяются как объективными факторами внешних условий, так и внутренними личностными факторами;

• исследования виктимологических особенностей на современном этапе направлены на выявление возможных детерминант и факторов виктимности и виктимного поведения, выявляется значимость смысловой сферы личности, для лиц, склонных к виктимному поведению;

• в настоящее время возникает потребность развития «психологической» виктимологии, занимающейся выявлением полного спектра личностных предпосылок виктимного поведения для осуществления профилактики виктими-зации.

Заинтересовавшись проблематикой малоизученности происхождения вик-тимного поведения и, в частности, определяющих его психологических факторов, в числе которых исследователи отмечают смысловую сферу личности, мы провели исследование, направленное на изучение смысложизненных ориентаций студентов, склонных к виктимному поведению.

В качестве гипотез исследования выступили предположения:

1) смысложизненные ориентации студентов с разным типом виктимного поведения имеют значимые различия;

2) студенты с повышенной склонностью к виктимному поведению обладают низкой осмысленностью жизни и демонстрируют неразвитость смысложизненных ориентаций.

В исследовании принял участие 61 студент вузов г. Рязани. Сбор данных для исследования проводился методом стандартизированного самоотчета испытуемых с использованием методик «Склонность к виктимному поведению» О.О. Андронниковой и «Смысложизненные ориентации» Д.А. Леонтьева.

Методом кластерного анализа по данным шкал методики «Склонность к виктимному поведению» О.О. Андронниковой были сформированы 2 выборки по степени выраженности склонности к виктимному поведению. Сравнительному анализу были подвергнуты смысложизненные ориентации нейтрально виктимных студентов и студентов с выраженной склонностью к виктимному поведению. Оценка различий в уровне показателей шкал методики «СЖО» между кластерами была проведена с помощью и-критерия Манна-Уитни. Выявлены значимые различия в уровне выраженности показателей методики «СЖО» между двумя кластерами.

Впоследствии, в целях исследования качественной структуры различий между выборками с помощью г-критерия ранговой корреляции Спирмена мы провели анализ взаимосвязей между шкалами методики «Склонность к виктимному поведению» и шкалами методики «СЖО» внутри каждого кластера.

По результатам корреляционного анализа в кластере «нейтрально виктим-ные студенты» установлены отрицательные корреляционные связи. Анализ кластера «выраженная склонность к виктимному поведению» позволил установить иные корреляционные связи, в том числе выявлена положительная корреляционная связь между шкалой «Склонность к гиперсоциальному поведению» и всеми шкалами методики «СЖО».

На основании полученных результатов, мы сделали следующие выводы:

1. существуют достоверные различия в смысложизненных ориентациях у студентов с разным типом виктимного поведения.

2. в зависимости от уровня склонности к виктимному поведению у студентов по-разному проявляются: цели на будущую жизнь, представления о собственной свободе принимать решения, касающиеся своей жизни, представления о том, что жизнь подвластна собственному сознательному контролю, общая осмысленность жизни.

3. По большинству показателей СЖО студенты с выраженной склонностью к виктимному поведению демонстрируют большую осмысленность жизни, чем нейтрально виктимные.

4. Виктимное поведение может быть взаимосвязано, как с низкой, так и с высокой осмысленностью жизни.

Таким образом, наши результаты подтверждают, что смысловая сфера играет значительную роль в проявлении склонности к виктимному поведению. Результаты обзора свидетельствуют об актуальности дальнейшего исследования как смысложизненных ориентаций, так и других внутриличностных факторов детерминации виктимного поведения.

Конфликт интересов отсутствует.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Голубь М.С. К вопросу о трактовке основных понятий и категорий педагогической виктимологии // Историческая и социально-образовательная мысль. 2015. № 1. С. 9-15.

2. Одинцова М.А. К вопросу об исследованиях проблемы жертвы в психологии // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Психология. 2011. С. 28-31. Интернет-журн. URL: http://cyberlenmka.ru/article/n/k-voprosu-ob-issledovaniyah-problemy-zhertvy-v-psihologii (дата обращения: 21.04.2017).

3. Фалкина С.А. Психологические характеристики подростков, склонных к виктимному поведению в интернет-сети // Перспективы науки и образования. 2014. №1. С. 230-236.

4. Бовть О.Б. Взаимосвязь стратегий поведения в конфликте с типом виктимного поведения подростков // Известия Саратовского университета. Новая серия. Сер. Акмеология образования. Психология развития. 2015. №3. С. 262-265.

5. Андронникова О.О. Психологические факторы возникновения вик-тимного поведения подростков: автореф.дис. … канд. психол. наук. Новосибирск. 2005. 16 с.

6. Классен Н.О. Стиль жизни студенческой молодёжи и сексуальная виктимизация / Н.О. Классен, Т. В. Шипунова // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Социология. 2013. № 2. С. 166-174. Интернет-журн. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/stil-zhizni-studencheskoy-molodyozhi-i-seksualnaya-viktimizatsiya (21.04.2017).

7. Стуколова Л.С., Волкова Н.С. Психологические основы виктимности личности в юношеском возрасте // Символ науки. 2016. № 7. С. 124-126.

8. Субботина Р.А., Башанаева Г.Г. Исследование структуры внутрилич-ностных детерминант юношей и девушек разного виктимного типа // Общество: социология, психология, педагогика. 2016. №2. С. 14-23.

9. Петров Д.С. Биопсихосоциальный подход в науках о человеке (психиатрия и психология) [Электронный ресурс] / Д.С. Петров // Личность в меняющемся мире: здоровье, адаптация, развитие: сетевой журн. 2014. № 4 (7). Режим доступа: http://humjoumal.rzgmu.ru/art&id=105 (дата обращения: 23.10.2017).

Кемяшова Полина Николаевна — студентка 4 курса факультета клинической психологии Рязанский государственный медицинский университет имени академика И.П. Павлова, ул. Высоковольтная, д. 9, 390026 г. Рязань, Российская Федерация, e-mail: [email protected]

Фаустова Анна Геннадьевна — преподаватель кафедры общей и специальной психологии с курсом педагогики Рязанский государственный медицинский университет имени академика И.П. Павлова, ул. Высоковольтная, д. 9, 390026 г. Рязань, Российская Федерация, e-mail: [email protected]

© Kemyashova P.N., Faustova A.G., 2017

REVIEW OF CONTEMPORARY EVALUATIONS OF COLLECTIVE ADMINISTRATION IN STUDENTS

Kemyashova PN, Faustova AG Ryazan State Medical University. acad. I.P. Pavlova, Vysokovol’tnaya str., 9, 390026,

Ryazan, Russian Federation

Аbstract. The relevance of the presented review is determined by the fact that negative processes occurring in the society cause the inevitable increase of risks of victimization. This is particularly important for student youth who are characterized by the highest social activity, as well as the intensive development of intellect and personality. The aim of the review was to study and summarize results of modern research on students’ victim behavior.

The analysis of recent studies shows that there is currently a relatively small number of investigations purported on the exploring the victim characteristics of youthful age group. The analysis of modern psychological literature has shown that young persons have the socio-psychological features determining victim behavior. As one of the main factors that determine the propensity to victim behavior, the inadequate level of self-esteem is identified. Researchers consider gender features of sexual victimization of student youth; other researchers identify significant differences in the intrapersonal determinants between hyper-victim, middle-victim and none-victim young men and women. It was concluded that meaningful orientations are the most important part in the meaning sphere of hyper-victim persons.

Theoretical conclusions of the review include the statement that the propensity to victim behavior is determined by both objective factors of external conditions and internal personal factors; studies of victimological features are aimed at identifying determi-

nants and factors of victim behavior; also the significance of the meaning sphere of an individual for persons prone to victim behavior is revealed.

In addition, in the article, the study we conducted is briefly described, which was aimed at investigation of life meaning orientations in students prone to victim behavior. Based on the study’s results, we made conclusions about the existence of significant differences in the life meaning orientations of students with different types of victim behavior, and also that victim behavior can be interrelated both with the low and with the high meaningfulness of life.

Keywords: victimity, victim behavior, life meaning orientations, students, youthful age, youth.

The relevance of the review. The complexity and instability are observed in the modern society. The negative processes occurring in the society determine the inevitable increase of risks of victimization in the population. Particularly it is important for the students who are characterized by the highest social activity and intensive processes of development of intelligence and personality. In such conditions, the problem of preventive measures for victim behavior in youthful age arises. The need to develop the victimization preventive actions for young people draws everyone’s attention to the necessity of careful study of victim behavior features and its determinants particularly for persons of youthful age.

Thus, the youthful age is associated with a choice of a way of life, life position, with an active formation of personality in a whole that mostly defines features of behavior. In this regard, the studying of characteristics of victim behavior of student’s youth is obviously important.

The purpose of the review is studying and summarizing results of modern investigations of victim behavior in students.

Victimology is a developing complex field of science about the persons which are in a crisis state (crime victims, victims of accidents, violent crime victims, etc.), and ways of helping victims [1]. Solving problems of a wide range, victimology studies a victim (as a person who was harmed materially, morally, or otherwise by socially dangerous actions, individually or collectively), victimity, victimization, as well as victim behavior. The last is understood as a premise of victimization as well as acts or actions of a person that provoking to do him or her any harm [2].

Thus, it is important to study the precise personality in order to reveal such internal psychological personal features, which can be reasons of victim behavior, and can be implemented in it. The tendency of the reorientation to more psychological victimology begins to be displayed in the modern studies aimed at victimity and victim behavior.

The analysis of research projects conducted over the last years shows us that nowadays researchers study mainly psychological characteristics of a teenage age causing their victimity. For example, S.A. Falkina studies psychological characteristics of teenagers inclined to victim behavior on the Internet [3]. In O.B. Bovt’s research, they study strategies of behavior in a conflict in adolescents with a different type of victim behavior and then they develop recommendations on prevention of victim behavior in children and teenagers [4]. In one of O.O. Andronnikova’s studies, they investigate the self-damaging victim behavior in teenagers, after that, they identify and describe five types of adolescents with suicidal behavior [5].

The small number of studies is aimed at characteristics of victimity of youthful age group. However, it is noted, that young person’s difficult life situations can lead to victimization of a personality [6].

The analysis of modern psychological literature has shown that young people have socio-psychological features determining victim behavior. As a result in psychological studies, it is proved that a young person with such personal features as the inadequate self-assessment, the high level of anxiety and aggression, emotional and strong-

willed instability «is ready» to become a victim of violence [7]. Thus, the student’s youth has the raised victimity caused by age and activity and, besides that, by the students’ lifestyle.

In the research of a psychological basis of victim behavior at the youthful age, authors L.S. Stukolova and N.S. Volkova identify features of an identity of youth as determinants of proneness to victim behavior. Authors conclude that the major factor of victim behavior is the inadequate level of self-esteem, which in turn can lead to an inadequate type of self-assertion or rejection of it. Besides, it is noted, that the youthful age with its characterologic features is the factor promoting the increase in the risk of victimization.

T.V. Shipunova has conducted a pilot study of gender features of student’s sexual victimization. The results have shown that sexual victimization of both young women and young men is widespread; students also have some personal characteristics, which may be the bottom of a victim predisposition [6].

In one of the current studies aimed at exploring a structure of intrapersonal determinants of different victim type in young men’s and women’s (using the factorial analysis) significant differences of intrapersonal determinants between hyper-victim, middle-victim, and none-victim young men and women are revealed. It is discovered that personal determinants of young men and women from the hyper-victim and the none-victim groups are badly structured and chaotic. The structure of the middle-victim personality is the most compact and harmonious. Each group anyway contained the life meaning orientations. However, the hyper-victim group is the only group in which the life meaning orientations comes out on top. Thus, in the conclusions, it was said that the life meaning orientations are the most important for the hyper-victim personality’s meaning sphere [8].

Thus, the theoretical review of modern investigations of peculiarities of students’ victim behavior allows us drawing the following general conclusions:

• Student youth, who are in the transitional life stage and characterized by the development of the internal position and self-awareness, has a specific propensity to victim behavior and has a special risk of victimization;

• Victimity and propensity to victim behavior are determined by both objective factors of external conditions and by internal personal factors;

• Studies of victimological features at the present stage are aimed at identifying possible determinants and factors of victimization and victim behavior, revealing the significance of the meaning sphere of an individual, for those prone to victim behavior;

• At present, there is a need to develop a «psychological» victimology, engaged in the identification of a full range of personal prerequisites for victim behavior for a victim prevention.

Being interested in the problem of reasons of victim behavior and, in particular, in psychological factors (including the personality’ meaning sphere), we conducted a study aimed at studying the life meaning orientations in students prone to victim behavior.

Hypotheses of the study were the following:

1) Life meaning orientations of students with different types of victim behavior have significant differences;

2) Students with an increased inclination to victim behavior have the low level of the meaningfulness of life and demonstrate the underdevelopment of life meaning orientations.

The study involved 61 students from the universities of Ryazan. Data collection for the study was carried out using the method of standardized self-report of subjects with the questionnaires «Propensity to victim behavior» (O.O. Andronnikova) and «Life meaning orientations» (D.A. Leontev).

By the method of cluster analysis according to the scales of the questionnaire «Propensity to victim behavior» (O.O. Andronnikova) two samples were formed. The comparative analysis was subjected to the life meaning orientations of neutrally victim

students and students with a severe tendency to victim behavior. Also, within each cluster, the correlation analysis was conducted to identify relationships between indicators of victim behavior and life meaning orientations.

The assessment of differences in levels of scales of the questionnaire «Life meaning orientations» between clusters was carried out using the Mann-Whitney U-test. Significant differences in the life meaning orientations between two clusters were revealed.

Then, in order to investigate a qualitative structure of differences between the samples the Spearman’s rank correlation coefficient was used; we analyzed relationships between the scales of the questionnaire «Propensity for Victim Behavior» and the scales of the questionnaire «Life meaning orientation» within each cluster.

Based on the results of the correlation analysis, negative correlations are established in the cluster of «neutrally victim students». The analysis of the cluster «pronounced propensity to victim behavior» made it possible to establish other correlation links, including a positive correlation between the «Addiction to Hyper-Social Behavior» scale and all scales of the questionnaire «Life meaning orientation».

Based on the results of the investigation, we have drawn the following conclusions:

1. There are significant differences in the meaningful orientations of students with different types of victim behavior.

2. Depending on the level of propensity to victim behavior, students have different manifestations of the following: goals for the future life, ideas about their own freedom to make decisions about their lives, the notion that life is under to one’s own conscious control, and the general meaning of life.

3. For the majority of life meaning orientations’ indicators, students with a pronounced propensity for victim behavior demonstrate greater meaningfulness of life than neutrally victim students do.

4. Victim behavior can be interrelated with both low and high meaning of life.

Thus, our results confirm that the person’s meaning sphere plays a significant role in the manifestation of a propensity to victim behavior. The results of the survey indicate the relevance of further research on both the life meaning orientations and other intrapersonal determinants of victim behavior.

There is no conflict of interest.

REFERENCES:

1. Golub’ M.C. K voprosu o traktovke osnovnykh poniatii i kategorii peda-gogicheskoi viktimologii [To the question about the interpretation of the basic concepts and categories of pedagogical victimology]. Istoricheskaia i cotsial’no-obrazovatel’naia mysl’ [Historical and socio-educational thought], 2015, № 1, pp. 9-15. (in Russian)

2. Odintsova M.A. K voprosu ob issledovaniiah problemy zhertvy v psihkologii [To the question about researches ofproblems of the victim in psychology]. The Bulletin of South Ural state University, 2011, pp. 28-31. Available at: http://cyberleninka.ru/article/n7k-voprosu-ob-issledovaniyah-problemy-zhertvy-v-psihologii. (in Russian)

3. Falkina S.A. Psihologicheskie harakteristiki podrostkov, sklonnyh k viktimnomu povedeniju v internet-seti [The psychological characteristics of adolescents who are prone to victimization behavior in the Internet] // Perspektivy nauki i obra-zovanija [Perspectives of science and education]. 2014. №1. рр. 230-236.

4. Bovt’ O.B. Vzaimosvjaz’ strategij povedenija v konflikte s tipom viktim-nogo povedenija podrostkov [The relationship strategies of behavior in conflict with the type of victim behavior of adolescents. Ser. Educational Acmeology. Developmental Psychology] // Izvestija Saratovskogo universiteta [Scientific Notes of Saratov State University]. 2015. №3. Q 262-265. (in Russian)

5. Andronnikova O.O. Psikhologicheskie factory vozniknovenia viktimnogo povedeniia podrostkov. Diss. dokt. psikhol. nauk [Psychological factors of victim behavior of adolescents. Dr. psychol. sci. diss]. Novosibirsk, 2005, 16 p. (in Russian)

6. Klassen N.O. Stil’ zhizni studencheskoj molodjozhi i seksual’naja viktimi-zacija [The lifestyle of the student youth and sexual victimization] Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Serija 12. Sociologija. [Vestnik of Saint Petersburg University: Sociology]. 2013. № 2. pp. 166-174. (in Russian)

7. Stukolova L.S. Psihkologicheskie osnovy viktimnosti lichnostiv iu-nosheskom vozraste [Psychological foundations of the victimization of personality in adolescence]. Simvol nauki [The symbol of science], 2016, № 7, pp. 124-126. (in Russian)

8. Subbotina R.A. Issledovanie struktury vnutrilichnostnyhk determinant iu-noshei i devushek raznogo viktimnogo tipa [The study of the structure of intrapersonal determinants of men and women of different victimization type]. Obshchestvo: sotsiologiia, psihkologiia, pedagogika [Society: sociology, psychology, pedagogics], 2016, № 2, pp. 14-23. (in Russian)

9. Petrov D.S. Biopsikhosotsial’nyy podkhod v naukakh o cheloveke (psikhiatriya i psikhologiya) [Elektronnyy resurs] [Biopsychosocial approach in the human sciences (psychiatry and psychology)]/ D.S. Petrov // Lichnost’ v menyayush-chemsya mire: zdorov’ye, adaptatsiya, razvitiye: setevoy zhurn. [Personality in a changing world: health, adaptation, development: network journal] 2014. № 4 (7). Rezhim dostupa: http://humjournal.rzgmu.ru/art&id=105 (data obrashcheniya: 23.10.2017).

Kemyashova Polina Nikolaevna — 4 th year student of the faculty of clinical psychology Ryazan State Medical University named after Academician I.P. Pavlova Str. Vysokovol’tnaya, 9, 390026, Ryazan, Russian Federation, e-mail: polin-nik 15 @yandex.ru

Faustova Anna Gennadievna — teacher of the department of general and special psychology with a course of pedagogy Ryazan State Medical University named after academician IPPetrov. Pavlova Str. Vysokovol’tnaya, 9, 390026 Ryazan, Russian Federation, e-mail: [email protected]

Аутоагрессия как предиктор виктимного поведения личности

ЛИТЕРАТУРА

Абрамова, А. А., Дворянчиков, Н. В., Ениколопов, С. Н. и др. (2004) Особенности проявления агрессии при депрессивных состояниях. Журнал практического психолога, № 1, с. 3–14.

Андронникова, О. О. (2014) Методика исследования склонности к виктимному поведению. ОБЖ: Основы безопасности жизни, № 7 (217), с. 34–40.

Белашина, Т. В. (2019) К вопросу о взаимообусловленности понятий агрессия и гнев. В кн.: Психология безопасности. Психиатрия без опасности. Новосибирск: Новосибирский государственный технический университет, с. 49–50.

Бумаженко, Н. И. (2010) Виктимология. Витебск: ВГУ им. П. М. Машерова, 115 с.

Бэрон, Р., Ричардсон, Д. (2014) Агрессия. 2-е изд. СПб.: Питер, 411 с.

Голубь, М. С., Голубь, М. А. (2015) К вопросу о трактовке основных понятий и категорий педагогической виктимологии. Инновационная наука, № 12-2, с. 215–217.

Ильин, Е. П. (2017) Психология совести: вина, стыд, раскаяние. СПб.: Питер, 288 с.

Пилягина, Г. Я. (1999) Аутоагрессия: биологическая целесообразность или психологический выбор? Таврический журнал психиатрии, т. 3, № 3, с. 24–27.

Реан, А. А. (1999) Психология изучения личности. СПб.: Изд-во Михайлова В. А., 288 с.

Рудина, А. В., Лакреева, А. В. (2018) Аутоагрессивное поведение: подходы к определению феномена. Вестник совета молодых ученых и специалистов Челябинской области, т. 2, № 1 (20), с. 81–83.

Туляков, В. (1997) Виктимность и ее выражение. В кн.: Юридична освiта i правова держава. Одесса: Астропринт, с. 224–232.

Шамшикова, О. А., Белашина, Т. В. (2010) Адаптация фрайбургского опросника исследования факторов агрессии (FAF). Мир науки, культуры, образования, № 6-2 (25), с. 212–217.

Шамшикова, О. А., Белашина, Т. В. (2015) Психометрический анализ опросника «Оценка проявлений гнева» (STAXI-2) Ч. Д. Спилбергера. Мир науки, культуры, образования, № 6 (55), с. 269–273.

REFERENCES

Abramova, A. A., Dvoryanchikov, N. V., Enikolopov, S. N. et al. (2004) Osobennosti proyavleniya agressii pri depressivnykh sostoyaniyakh [Features of the manifestation of aggression in depressive states]. Zhurnal prakticheskogo psikhologa, no. 1, p. 3–14. (In Russian)

Andronnikova, O. O. (2014) Metodika issledovaniya sklonnosti k viktimnomu povedeniyu [Methodology for the study of tendency to victim behavior]. OBZh: Osnovy bezopasnosti zhizni, no. 7 (217), pp. 34–40. (In Russian)

Baron, R., Richardson, D. (2014) Agressiya [Aggression]. 2nd ed. Saint Petersburg: Piter Publ., 411 p. (In Russian)

Belashina, T. V. (2019) K voprosu o vzaimoobuslovlennosti ponyatij agressiya i gnev [On the issue of the interdependence of the concepts of aggression and anger]. In: Psikhologiya bezopasnosti. Psikhiatriya bez opasnosti [Psychology of security. Psychiatry without danger]. Novosibirsk: Novosibirsk State Technical University Publ., pp. 49–50. (In Russian)

Bumazhenko, N. I. (2010) Viktimologiya [Victimology]. Vitebsk: Vitebsk State University named after P. M. Masherov Publ., 115 p. (In Russian)

Golub’, M. S., Golub’, M. A. (2015) K voprosu o traktovke osnovnykh ponyatij i kategorij pedagogicheskoj viktimologii [On the interpretation of the basic concepts and categories of pedagogical victimology]. Innovatsionnaya nauka — Innovation Science, no. 12-2, pp. 215–217. (In Russian)

Ilyin, E. P. (2017) Psikhologiya sovesti: vina, styd, raskayanie [Psychology of conscience: Guilt, shame, repentance]. Saint Petersburg: Piter Publ., 288 p. (In Russian)

Pilyagina, G. Ya. (1999) Autoagressiya: biologicheskaya tselesoobraznost’ ili psikhologicheskij vybor? [Autoaggression: Biological expediency or psychological choice?]. Tavricheskij zhurnal psikhiatrii — Taurida Journal of Psychiatry, vol. 3, no. 3, pp. 24–27. (In Russian)

Rean, A. A. (1999) Psikhologiya izucheniya lichnosti [Psychology of the study of personality]. Saint Petersburg: Mikhailov V. A. Publ., 288 p. (In Russian)

Rudina, A. V., Lakreeva, A. V. (2018) Autoagressivnoe povedenie: podkhody k opredeleniyu fenomena [Auto-aggressive behavior: Approaches to the definition of a phenomenon]. Vestnik soveta molodykh uchenykh i spetsialistov Chelyabinskoj oblasti, vol. 2, no. 1 (20), pp. 81–83. (In Russian)

Shamshikova, O. A., Belashina, T. V. (2010) Adaptatsiya frajburgskogo oprosnika issledovaniya faktorov agressii (FAF) [Adaptation of the Freiburg aggression factor research questionnaire (FAF)]. Mir nauki, kul’tury, obrazovaniya — The World of Science, Culture, Education, no. 6-2 (25), pp. 212–217. (In Russian)

Shamshikova, O. A., Belashina, T. V. (2015) Psikhometricheskij analiz oprosnika “Otsenka proyavlenij gneva” (STAXI-2) Ch. D. Spilbergera [Psychometric analysis of the “Assessment of anger” questionnaire (STAXI-2) Ch. Spielberger]. Mir nauki, kul’tury, obrazovaniya — The World of Science, Culture, Education, no. 6 (55), рр. 269–273. (In Russian)

Tulyakov, V. (1997) Viktimnost’ i ee vyrazhenie [Victimism and its expression]. In: Yuridichna osvita i pravova derzhava [Legal education and the rule of law]. Odessa: Astroprint Publ., pp. 224–232. (In Russian)

понятие в психологии, причины и типы виктимного поведения

Человек — это продукт взаимодействия с социальной средой. При этом среда оказывает решающее влияние на формирование личности, и далеко не всегда это влияние идет во благо. В ряде случаев процесс социализации приводит к тому, что индивид превращается в забитое или агрессивное существо, готовое принести себя в жертву. Не ради каких-то высших идеалов или благополучия близких, а просто потому что позиция жертвы для него близка и привычна. Эта особенность поведения и мировоззрения личности называется виктимностью, что в дословном переводе с латинского означает «жертвенность».

В чем проявляется виктимность

Термин «виктимизация» первоначально появился в юриспруденции и криминалистике. Означал он процессы, приводящие к тому, что некоторые люди предрасположены стать жертвами агрессии, насилия, мошенников. Поведение жертв таково, что они сами провоцируют различных асоциальных субъектов на противоправные действия в отношении их.

Виктимное поведение с точки зрения психологии

В психологии это явление стали изучать сравнительно недавно – в конце прошлого века. Но интерес исследователей к нему увеличивался по мере того, как становилось понятно, что истоки виктимного поведения нужно искать именно в психологических особенностях жертв. Тем более было доказано, что склонность подвергать себя опасности стать жертвой насилия – это не просто блажь или глупость, а отклонение от нормы, которое может превратиться в настоящее психическое заболевание, требующее серьезного, в том числе медикаментозного лечения.

Проявляется виктимность в своеобразном поведении человека, который провоцирует людей, склонных к агрессии, вызывает по отношению к себе проявление насилия. В народе о таких очень точно говорят: «Сам напросился». Примеры виктимного поведения разнообразны: жена грубит и ведет себя вызывающе с пьяным мужем; девушка, откровенно заигрывающая с «плохими парнями» в баре; подросток, жалующийся учителям на своих сверстников; заложник, демонстративно отказывающийся подчиняться террористам и т. д.

Но людей, склонных к виктимному поведению, нельзя назвать глупцами или мазохистами. Хоть со стороны кажется, что роль жертв их привлекает, но это верно лишь отчасти. Такие индивиды обычно очень любят жаловаться на свою судьбу, тем самым привлекая к себе внимание, которого иным способом они добиться не могут. Но открыто демонстрируя свои слабости, обиды, раскрывая перед всеми свою жалкую сущность, они вызывают не жалость, а презрение и агрессию.

Это хорошо заметно в компаниях подростков или в школьных классах, где издевательствам подвергаются самые жалкие и, казалось бы, безобидные дети. Известный исследователь поведения людей и высших животных этолог Конрад Лоренц сравнивал подростковую группу со стаей животных. В стае не место слабым и ущербным, они – то слабое звено, из-за которого может пострадать весь социум. Поэтому слабые вызывают неприязнь и агрессию, их изгоняют из стаи, а то и вовсе убивают.

Конечно, общество – это не стая волков или обезьян, однако древние поведенческие механизмы дают о себе знать, особенно у людей, склонных следовать животным инстинктам, а не социальным нормам. К сожалению, здесь справедливо высказывание: «Если есть жертвы, то найдутся и насильники». Правда, проявляется провоцирующее поведение жертв по-разному и далеко не всегда его можно сразу распознать.

Два типа виктимного поведения

Различие в поведении жертв обусловлено их психологическими особенностями. Среди людей, склонных к виктимному поведению, встречаются не только потенциальные жертвы, но и потенциальные насильники, в другой ситуации охотно демонстрирующие агрессию и жестокость. Поэтому можно выделить два типа виктимного поведения, которые существенно различаются.

  • Комформное (соглашательское) поведение людей, с готовностью принимающих роль жертвы, ждущих в отношении себя насилия, оскорблений, обмана. Эти люди робкие, склонные к подчинению, часто боготворящие находящегося рядом с ними насильника, так как видят в нем сильную личность, способную на поступки, которые недоступны жертве. Для таких «жертв» характерна заниженная самооценка и уверенность в собственной никчемности, неудачливости. И в то же время им свойственно чувство перманентной обиды на весь мир, они любят жаловаться, демонстрируя свой статус «жертвы».
  • Эмоционально-неустойчивое, демонстративное и вызывающее поведение. Этот тип виктимного поведения часто проявляется в агрессивности самой «жертвы», в склонности к провокациям. Это характерно, например, для подростков и для людей, страдающих инфантилизмом. Люди с этим типом поведения обычно сами любят травить тех, кто слабее, нередко примеряют роль насильников и преступников. Склонность к жестокости и подавлению слабых делает в глазах этих индивидов подобные действия обычными, и в ситуации, когда насильник сталкивается с более сильной личностью, он сам принимает роль жертвы. Про таких говорят: «Удалец среди овец, а перед удальцом сам овца».

Бывает, что в роли жертвы оказываются сильные, уверенные в себе личности с повышенным чувством ответственности. Иногда обстоятельства складываются так, что эти люди сознательно идут на жертву, чтобы отстоять свои принципы, защитить близких людей, свою страну и т. д. Но несмотря на многие признаки виктимного поведения, такая жертвенность к нему не относится. Чаще всего она объективно оправдана.

Факторы, порождающие склонность к виктимности

Психологи считают, что для людей, склонных к виктимному поведению, характерны различные явления деформации личности и психические заболевания. Однако считать их единственными причинами синдрома жертвы нельзя. Скорее, нарушения в психике и деформация личности не только сопровождают виктимность, но и порождены общими с ней причинами. В психологии выделяют две группы факторов, порождающих психологию жертвы.

Социальные факторы

Совершенно очевидно, что выросший и воспитанный в нормальных условиях человек не может даже подсознательно желать себе вреда. Кроме этого, работает еще и инстинкт самосохранения, препятствующий виктимному поведению. И нужны действительно особые условия, чтобы врожденная программа начала давать сбой. Поэтому многие психологи считают виктимность порождением уродливой социализации, формирующей у индивида искаженные представления о системе ценностей, о себе самом и своих отношениях с другими людьми. Можно выделить несколько социальных причин, влияющих на склонность человека принимать статус жертвы:

  1. Особенности семейного воспитания: конфликты в семье, пьянство, наркомания, асоциальный образ жизни родителей, жестокое обращение с ребенком и манипулирование им.
  2. Отсутствие у ребенка ощущения любви, заботы и чувства защищенности со стороны родителей.
  3. Чрезмерная опека родителей, ограждающих ребенка от всякого влияния внешнего мира. В результате этого он вырастает неспособным различать добро и зло и противостоять опасностям, о которых даже не подозревает. Гиперопека – это причина инфантилизма, социальной недальновидности и незнания часто жестоких законов социума.
  4. Проблемы и конфликты со сверстниками, особенно в подростковом возрасте.
  5. Наличие негативного эмоционального опыта, связанного с наблюдением за сценами насилия.
  6. Ощущение собственной неполноценности и ущербности под влиянием реакции социума на какие-то отклонения, дефекты, травмы человека.

Все эти причины так или иначе связаны с неблагополучной социальной средой, в которой рос ребенок. И эти условия привели к развитию деформированных представлений о своем месте в социуме, о низкой значимости и ценности собственной личности.

Феноменологические факторы

Под влиянием неблагополучной социальной среды формируются качества индивида, которые превращают его в слабовольную и зависимую жертву обстоятельств.

Так, психологи считают важной предпосылкой виктимного поведения повышенную агрессивность, проявляющуюся еще в детском возрасте. Демонстрируя собственную жестокость по отношению к более слабым детям и животным, ребенок привыкает к ней и вырастает человеком, для которого жестокое и агрессивное поведение – норма. Он готов к тому, что и в отношении его будет применено насилие, потому что для него это обычное дело.

Нередко привычной и естественной становится жестокость подростков не только из-за неблагополучного семейного воспитания, но и под влиянием общения с агрессивными сверстниками, жестоких фильмов, компьютерных игр со сценами насилия.

Но все же следует подчеркнуть, что реальные социальные условия играют решающую роль – подросток вполне способен отличить виртуальную действительность от реальной, если только последняя не демонстрирует ему то же самое насилие. Под влиянием постоянных столкновений с жестокостью в своем окружении и на экране дети становятся более черствыми, равнодушными, притом не только к окружающим, но и к самим себе.

Это касается и взрослых, состоявшихся личностей. Постоянное пребывание под влиянием отрицательных эмоций, отсутствие позитива в жизни, душевного тепла близких порождает у людей повышенную тревожность, постоянное ожидание чего-то еще более худшего, а также психические заболевания: неврозы, депривации, депрессии и т. д.

Как избавиться от виктимности

Виктимность, особенно в ярко выраженном виде – это психическое отклонение, болезнь, а лечение любой болезни следует начинать с устранения ее причины. Но в психотерапии это, к сожалению, не всегда возможно. Так, если синдром жертвы сформировался под влиянием дефектов детской социализации, то ничего в прошлом мы изменить уже не можем. Поэтому придется устранять не причину, а ее последствия. И здесь есть несколько путей, но все они требуют вмешательства квалифицированного психолога, психотерапевта, а то и психиатра:

  • Изменение отношения к прошлому. Ведь именно оно в данном случае формирует поведение человека. Психотерапевтические методики позволяют избавиться от последствий детских психических травм, изменить отношение человека к тому, что случилось с ним в прошлом, научить его отпускать прошлое и чувствовать себя независимым от него.
  • Формирование позитивного отношения к себе и окружающим, повышение самооценки и самоуважения. Уверенность в себе и обретение чувства независимости позволят человеку отказаться от статуса жертвы.
  • Использование методов когнитивной психотерапии для коррекции установок, взглядов, ценностей, отношения к себе и окружающим.
  • Развитие самоконтроля, формирование установок на адекватный тип поведения, развитие коммуникативных навыков и способности взаимодействовать с другими людьми, правильно оценивать их намерения и отношение. Этого можно достигнуть с помощью специальных социально-психологических тренингов.
  • Снятие напряженности и последствий стресса, выход из состояния депрессии, что достигается с помощью специальных медикаментозных средств, назначенных психиатром.

Но важным условием коррекции поведения людей с синдромом жертвы является создание благоприятной социальной обстановки, обретение истинных друзей, единомышленников, близких людей. И возможно, для этого необходимо будет сменить место жительства и уехать туда, где в этом человеке не будут видеть жертву.

Факторы виктимного поведения подростков как социальная проблема психологической науки

В последние годы проблема виктимности подвергается глубокому междисциплинарному анализу, связанному с исследованием культуры насилия,  выявлением социальных, культурных, психологических и биологических факторов данного социального феномена, в этом контексте становится необходимым рассмотрение второй стороны процесса, а именно, виктимного поведения жертвы.

Несмотря на то, что изначально поведение жертвы в достаточной степени описано в криминальной виктимологии, остро стоит проблема смещения акцентов изучения данного явления в область общей и возрастной психологии. Важным является рассмотрение природы виктимного поведения детей и подростков, выявление факторов его детерминирующих, причин и возрастных особенностей виктимизации и виктимного поведения в подростковом возрасте как наиболее уязвимом.

В российской психологии крайне мало экспериментальных исследований по теме виктимного поведения личности, имеются лишь единичные работы, изучающие психологические особенности детей и подростков на судебно-психиатрическом материале (Бурелов Э. А., Морозова И. Г., Кузнецов И. В., Догадина М. А., Пережогин Л. О; Кудрявцев И. А., Васильев В. Л., Мамайчук И. И.). Однако необходимость в таких исследованиях все более возрастает в практическом отношении. До настоящего времени малоизученными оказались проблемы генезиса виктимного поведения, системы факторов, детерминирующих его возникновение, особенности проявления этих закономерностей поведения у подростков, не ставших жертвой криминальной ситуации. Практически нет  удовлетворительного диагностического материала, позволяющего выявлять потенциальную виктимность подростка. Также мало разработана система предупреждающих мероприятий, направленных на предотвращение виктимного поведения.

В современной психологической науке при анализе агрессогенных конфликтов  и  ситуаций  выделяются два основных подхода. Один из них акцентирует внимание на характеристиках ситуаций и внешних объективных обстоятельствах, другой — на внутренних качествах личности. Объединяя эти подходы, следует отметить, что на фоне конкретных ситуативных обстоятельств, при наличии определенных виктимогенных особенностей личности ребенка и особого психоэмоционального состояния происходит становление виктимного поведения, следствием актуализации которого становится процесс виктимизации, то есть ребенок оказывается в качестве жертвы. При этом, виктимное поведение  может иметь как провоцирующий характер, так и способствующий.

Наше исследование, раскрывающее факторы виктимного поведения подростков (Матанцева Т.Н., Чашкина К.С., 2014) показало, что  в механизме виктимизации  принимают участие как минимум четыре компонента:

— ситуативные факторы виктимного характера – например, конфликт;

— виктимные индивидуально-психологические особенности – такие как агрессивность, конфликтность, тревожность, неуверенность;

— специфическое психоэмоциональное состояние  – в первую очередь эмоциональная неустойчивость;

—  виктимогенное поведение – например, провоцирование конфликтов, драк или наоборот, демонстрация нерешительности, неуверенности.

Отметим, что именно ситуативные факторы играют главную роль в становлении виктимного поведения подростков, они провоцируют возникновение виктимных ситуаций и их развитие. От особенности ситуации зависит будет ли решающим психоэмоциональное состояние или виктимогенные качества подростка. При этом может иметь место сложное сочетание всех обозначенных компонентов, что определит наибольшую интенсивность процесса виктимизации поведения.

Помимо ситуативных виктимогенных факторов существует немало первичных и вторичных виктимогенных признаков личности и поведения подростка, которые обусловливают его виктимизацию. Большое значение в процессе виктимизации имеют, как мы уже отмечали, индивидуально-психологические особенности, особенности поведения и психоэмоциональные состояния подростков как потенциальной жертвы, без выяснения которых не могут быть раскрыты полностью ни конкретные обстоятельства, ни причины и условия подростковой виктимизации. Если подросток позволяет себе обзывать, дразнить своего сверстника, то закономерным следствием этого  становится конфликт; в котором подросток может оказаться жертвой, это является лишь следствием его  собственного виктимного (в данном случае — провоцирующего) поведения. В процессе обучения также следствием виктимного поведения  в форме неуважения к педагогу могут стать неудовлетворительные оценки, приглашение в школу родителей с последующим конфликтом с родителями. Таким образом, можно констатировать: и в первом и во втором случае подросток проявляет признаки виктимного поведения, что становится причиной его же собственных психологических проблем.

Но не всегда подростки виктимологически уязвимы  вследствие собственных активных действий виктимогенного характера. Существуют определенные категории детей, которые не провоцируют относительно себя ни конфликты, ни проявления агрессии, и все же часто становятся жертвами, страдают от ущемляющих действий  окружающих. В данном случае причиной является виктимность ребенка, которая лежит в основе его виктимного поведения.

Под виктимностью, как особенностью личности подростка, следует понимать совокупность качеств, явлений, психологических особенностей, характеристик личности ребенка, способствующих его виктимизации. Виктимность или виктимогенность — это приобретенные ребенком физические, психические и социальные черты и признаки, которые могут сделать его склонным к превращению в жертву [1].

Ряд исследователей выделяют ситуативную, личностную и ролевую виктимность. Эта классификация видов виктимности в русле анализа проблемы подростковой виктимизации представляется нам наиболее целесообразной и обоснованной, хотя не может считаться достаточно полной и исчерпывающей.

Наше исследование показало, что ситуативная виктимность детей подросткового возраста проявляется очень часто. Подростки  становятся соучастниками конфликтов, агрессивных ситуаций, совершаемых отдельными личностями в отношении сверстников или педагогов, становясь жертвой наказания ввиду наличия признаков ситуативной виктимности. Примером проявления ситуативной (и возрастной) виктимности детей являются также террористические акты, во время которых детей не редко захватывают и удерживают в качестве заложников.

Наиболее сложной является проблема наличия у многих подростков признаков личностной виктимности. Речь идет конкретно о индивидуально-психологических и внешних характеристиках, которые в определенных условиях могут независимо от местонахождения, действий или желаний ребенка провоцировать агрессивность окружающих против него.

В первую очередь речь идет о некоторых индивидуально-психологических характеристиках подростка, которые прямо способствуют его виктимизации. Это  могут быть:

1. негативные, осуждаемые окружающими качества: агрессивность, конфликтность, надменность, демонстративность, наглость, дерзость;

2. «нейтральные» или  социально одобряемые качества: скромность, уравновешенность, спокойность;

3. признаки имеющихся комплексов: нерешительность, неуверенность, тревожность, боязливость.

По мнению Р.Бэрона и Д.Ричардсон существует определенная категория людей, которая сама притягивает к себе несчастья и агрессию; возможно к такой категории можно отнести подростков с обозначенными выше качествами.

Нужно отметить, что нередко внешние признаки виктимного характера подростки могут создавать сами. Например, девочки-старшеклассницы,  отдающие предпочтение коротким юбкам, глубоким декольте и коротким «топам» чаще всего не осознают, что их внешний имидж имеет виктимогенные признаки. Можно  выделить имиджевую виктимность подростков, которая может быть связана со специфическими особенностями одежды (слишком богатый или, напротив, убогий вид; распущенный, «приглашающий»), наличием дорогих вещей, украшений и других аксессуаров. Имидж ребенка составляет также его стиль поведения и высказываний, особенности пола, пантомимики. Все это может быть неадекватно понято и субъективно проинтерпретировано окружающими, в силу чего ребенок может пострадать.

Подростки, полярно осваивающие программу школьного обучения, а также относящиеся к различным социальным слоям не всегда находят общий язык в реальной сфере общения со своими одноклассниками, поэтому не всегда имеют высокий статус в коллективе сверстников. Наоборот, чаще они принадлежат к социометрическим категориям «изолированных», «пренебрегаемых». В результате происходит рост уровня статусной виктимности подростков.

Помимо роли подростка, в классном коллективе сверстников и школьных микрогруппах  ученик  играет определенные роли в сфере межличностного общения: «заводила», «весельчак»,  «козел отпущения» [2]. Ролевая виктимность также может иметь место во время некоторых игр детей; а её уровень  может зависеть от правил игры, особенностей конкретной роли, которую исполняет ребенок. В этом случае ролевая виктимность подростка может сочетаться с ситуативной.

Следует также указать на наличие у подростков возрастной виктимности, которая обусловливает виктимизацию ребенка в так называемом вертикальном направлении: ребенок страдает от действий людей, которые старше его — педагогов, родителей и каких-либо других взрослых (террористов). Это обусловлено отсутствием у подростков достаточного социального и жизненного опыта, определенного объема социальных знаний и достаточного уровня сформированности навыков социального взаимодействия. Принадлежность к определенному возрастному периоду развития создает предпосылки для возможного нахождения ребенка в качестве жертвы мошенничества и грабежа (из-за отсутствия необходимого социального и жизненного опыта, недостаточного развития интеллектуальной сферы, низкого уровня развития критичности мышления и бдительности, доверчивости), хулиганства и разбоев (чаще из-за недостатка физического развития). Негативными последствиями использования подростками неадекватных поведенческих форм самоутверждения могут стать демонстративность, дерзость, наглость, самоуверенность, гиперкоммуникативность, склонность к риску, беспечность, конфликтность, или же конформизм, неуверенность, чуткость, обидчивость, тревожность, замкнутость, пассивность, заторможенность, слабоволие [3].

Наше исследование показало наличие семейной виктимности. Так, в некоторых семьях родители отличаются непомерной авторитарностью, склонностью к наказаниям, следствием которых становятся унижение, подавление чувства собственного достоинства у подростка.

В целом необходимо отметить, что отдельные виды виктимности подростков «в чистом виде» практически не встречаются. Часто встречается сложное «наслоение» нескольких видов, что значительно осложняет прогноз виктимного поведения в каждом конкретном случае. Приведём в качестве примера девушку – подростка, демонстрирующую как минимум шесть видов виктимности: физическую, личностную, имиджевую, возрастную, ролевую и ситуативную, а именно внешне невзрачная, неуверенная, тихая, с тревожным взглядом и тихой речью.

Таким образом, становление виктимного поведения подростков происходит на фоне конкретных ситуационных обстоятельств  при наличии четырех составляющих механизма виктимизации: ситуативные факторы, виктимогенные индивидуально-психологические особенности личности (виктимность), специфическое психоэмоциональное состояние, виктимное (виктимогенное) поведение. В зависимости от набора возрастных и индивидуальных виктимогенных свойств у подростков формируются определенные виды виктимности, детерминирующие разные виды их виктимного поведения.

Факторы виктимизации – это совокупность обстоятельств в жизни людей и общества, которые детерминируют процесс превращения данной личности в жертву преступления либо тем или иным образом способствуют содействию реализации этого процесса.  Условиями виктимизации являются разнообразные явления объективного и субъективного характера, которые наращивают степень виктимности, существенно облегчают возможность возникновения конфликтов, нагнетают эскалацию виктимогенной ситуации [4].

Исследователями выделяются следующие внутренние, психологические факторы, которые способствуют быть жертвой преступлений:

— потребность в престиже, в самоуважении;

— потребность в риске;

— эмоциональная неустойчивость;

— агрессивность;

— наличие акцентуации характера;

— отклонения в психическом развитии;

— низкое самоуважение;

— неадекватная самооценка [5].

К основным причинам и факторам возникновения виктимного поведения относят:

— Индивидуально-психологические особенности несовершеннолетних, способствующие формированию девиаций поведения: нарушения в эмоционально-волевой сфере. Такие особенности чаще всего, если они не являются патологическими, формируются в результате неудовлетворительного, ошибочного воспитания в семье, в результате различного рода нарушений родительско-детских отношений.

— Акцентуации (чрезмерно выраженные отдельные черты) характера подростка как крайний вариант нормы, при которой отдельные черты характера подростка чрезмерно усилены, при этом существует избирательная уязвимость в отношении определенного рода психогенных воздействий при хорошей и даже повышенной устойчивости к другим. При определенном стечении обстоятельств такие подростки неожиданно иначе, чем другие, реагируют на явления окружающей жизни, неадекватно поступают, казалось бы, в стандартной ситуации.

— Бурно протекающий подростковый кризис, стремление к взрослости, на фоне противоречий физиологического и психического развития (отсюда и неадекватность реакций во взаимоотношениях с окружающими и противоречивость в действиях и поступках). Часто неадекватное, вызывающее поведение несовершеннолетних в подростковом возрасте (что, собственно является нормой в этом возрасте) в результате неправильного, неграмотного реагирования родителей, учителей и других взрослых закрепляется и укореняется.

— Негативное влияние стихийно-группового общения в формировании личности подростков. Основным видом деятельность подростков является общение, хотя они в своем большинстве и не умеют это делать грамотно и конструктивно. Примечательно также, что грамотно и конструктивно общаться подростков специально никто и не учит, поэтому основными источниками научения являются семейные и «киношные» образцы общения. При этом очень велико влияние референтной группы подростков, т.к. процесс освоения общественных норм и ценностей у подростков происходит через неформальную группу. Отверженность в семье, изоляция в классном коллективе вынуждают подростков искать среду обитания вне больших, организованных коллективов, в кругу себе подобных, в сфере стихийно-группового общения. Последнее же является важным фактором социализации несовершеннолетних, здесь подростки находят условия и возможности для собственной самореализации и самоутверждения.

— Школьная дезадаптация также является одной из причин появления виктимности поведения, как правило, агрессивной и социально-пассивной направленности. Педагогические ошибки, особенно на ранних этапах обучения, порождают психосоциальные проблемы личности дезадаптирующего характера, которые не будучи разрешенными в младшем школьном возрасте, становятся основой для всевозможных отклонений психосоциального развития несовершеннолетних и в подростковом возрасте резко изменяют поведение несовершеннолетних в негативную сторону: агрессия, склонность к употреблению психоактивных веществ и уходу в виртуальный мир (компьютерная и интернет-зависимости), самовольные уходы из дома и школы на длительное время, отказ от обучения и т.д.

Анализ субъективных факторов виктимизации показал, что игровая роль жертвы становится «излюбленным» способом адаптации. Подобная адаптация носит несколько консервативный и регрессивный характер, происходит стагнация личностных ресурсов, блокируется стремление к более высокому уровню и качеству жизни. Постепенно четче вырисовываются черты виктимности (безразличие к происходящему; боязнь рисковать; избегание, уход от проблем и трудностей; нежелание действовать, проявлять активность и инициативу; неудовлетворенность своей самореализацией и продуктивностью своей жизни; стремление к комфорту и т.п.). Активизируются рентные установки, выражающиеся в утилитарном подходе к своему бедственному положению; в ощущении себя особенно пострадавшими и беспомощными; в фокусировании психической активности на страданиях; в беспомощности, пассивности и безразличии [6].

Важным фактором виктимизации могут считаться специфические биогенетические особенности, влияющие на изменения поведения и психики подростка.

Пубертатный возраст, с точки зрения биологических изменений, физического и полового созревания является периодом значительных изменений, происходящих на всех иерархических уровнях личности субъекта.

В предложенной российским психологом Е. В. Руденским культурогенетической концепции феномен «социально-педагогическая виктимизация личности» обосновывается с позиции интеграции ряда факторов риска его возникновения. Этим обусловлено то, что в качестве факторов риска социально-педагогической виктимизации  подростка им рассматриваются:

— субъектные, интрасубъектные и интерсубъектные факторы развивающейся личности подростка.

— Субъектные, интрасубъектные и интерсубъектные факторы личности учителя.

— Системные факторы педагогического общения, отраженные в системе взаимодействия учителя (родителя) и развивающейся личности подростка.

— Психосоциальные факторы (макрофакторы) социально-педагогической ситуации развития личности подростка.

—  Индивидуально-психологические факторы (микрофакторы), обусловленные спецификой возрастной индивидуальности и психологической типологией личности подростка  [7].

Таким образом, автор в процессе психологического и социально-педагогического исследования анализирует не только механизм социально-педагогической виктимизации личности подростка с девиантным поведением, но и вовлеченные в него действия подростков, учителей, родителей, педагогические технологии общения и стиль взаимодействия, а также опосредующую этот механизм психосоциальную ситуацию развития личности. В этом позиции автора во многом созвучны с идеями, высказанными ранее известными социологами. Так, например, французский социолог и философ Э. Дюркгейм, характеризуя процесс воспитания и социализации подрастающего поколения, трактовал его как ежеминутно испытываемое ребенком давление социальной среды, стремящейся сформировать его по своему образцу и имеющей своими представителями и посредниками родителей и учителей [8]. Суть позиции Э. Дюркгейма – в признании за обществом его приоритета над личностью.

В этом отношении особое внимание психологи, социологи и педагоги уделяют такому фактору, как влияние личности учителя.

Если следовать позиции Ч. Тойча, то деформированная личность учителя в процессе взаимодействия с развивающейся личностью подростка посредством не только вербальных, но и невербальных средств оказывает репрессивное влияние на личность последнего. Подросток становится экспрессором – жертвой травматической проекции учителя, а педагогическое общение – механизмом компенсирующей проекции опыта травматического развития личности учителя. Компенсирующая проекция социальной травмы или травматического опыта развития определяет не только стиль принуждения в отношении учителя к ученику, но и характеризует обращение к репрессивным социально-педагогическим психотехникам. Вырабатывается и закрепляется своего рода позиция принуждения, характеризующая деформированную личность учителя [8].

Вот какими признаками определяет позицию принуждения ученика учителем, реализуемую в психотехниках социально-педагогического воздействия, А. Ситаров:

— раздражительность, обидчивость, эмоциональная неустойчивость,

— неуверенность в себе,

— негативная открытость (принятие, но с ориентацией на отрицательное),

— эгоцентричность, наличие комплекса психологических защит,

— нетерпимость к чужому мнению, другим людям (детям, учащимся),

— ограничение субъективной свободы,

— приоритет дисциплинарных воздействий над организационными,

— низкий уровень способности подключать детей к собственным целям и подключаться к целям школьников,

— повышение у учащихся напряженности, приоритет негативных форм оценивания над позитивными.

Эти признаки позволяют рассматривать социально-педагогическое воздействие на развивающуюся личность в системе образования как виктимогенное педагогическое влияние, приводящее к виктимизации учащегося, что говорит о необходимости коррекции межличностного взаимодействия субъектов в образовательной системе.

Анализ типичных случаев подростковой виктимизации позволяет определить её конкретные причины: при каких обстоятельствах ребенок может пострадать из-за неблагоприятного стечения обстоятельств; когда главную роль играют особенности обстоятельств, а когда главную роль играет способствующее или провоцирующее виктимное  поведение самого подростка.

Выделение конкретных случаев социальной виктимности детей и подростков представляется очень важным для осуществления дифференциального подхода, который ведет к выявлению путей предупреждения виктимизации школьников. 

Социально-психологические предикторы виктимного поведения в подростковом возрасте

ЛИТЕРАТУРА

Андронникова, О. О. (2005) Психологические факторы возникновения виктимного поведения подростков. Диссертация на соискание степени кандидата психологических наук. Новосибирск, НГПУ, 213 с.

Вишневецкий, К. В. (2014) Виктимизация: факторы, условия, уровни. Теория и практика общественного развития, № 4, с. 226–227.

Иовчук, Н. М. (2002) Детско-подростковые психические расстройства. М.: Изд-во НЦ ЭНАС, 80 с.

Кемяшова, П. Н., Фаустова, А. Г. (2017) Обзор современных исследований виктимного поведения у студентов. Личность в меняющемся мире: здоровье, адаптация, развитие, т. 5, № 4 (19), с. 745–761.

Кузнецова, Л. Э., Ерошенко, А. Н. (2013) Психологические особенности проявления виктимного поведения у современной молодежи. Актуальные вопросы современной психологии: Mатериалы II международной научной конференции. Челябинск: Два комсомольца, с. 73–75.

Макаров, А. С., Бобченко, Т. Г. (2019) Психологические особенности виктимной личности. Студенческий, № 13 (57). [Электронный ресурс]. URL: https://sibac.info/journal/student/57/136196 (дата обращения 01.10.2019).

Матанцева, Т. Н. (2016) Факторы виктимного поведения подростков как социальная проблема психологической науки. Научно-методический электронный журнал «Концепт», т. 8, с. 74–81. [Электронный ресурс]. URL: http://e-koncept.ru/2016/56124.htm (дата обращения 01.10.2019).

Мудрик, А. В., Петрина, М. Г. (2015) Социально-педагогическая виктимология: исторический экскурс. Сибирский педагогический журнал, № 5, с. 119–125.

Наследов, А. Д. (2011) SPSS 19: Профессиональный статистический анализ данных. СПб.: Питер, 400 с.

Реан, А. А. (2015) Семья как фактор профилактики и риска виктимного поведения. Национальный психологический журнал, № 1 (17), c. 3–8. DOI: 10.11621/npj.2015.0101

Руденский, Е. В. (2013) Методология и теория исследования виктимогенеза личности. Новосибирск: Изд-во НГПУ, 222 с.

Субботина, Р. А. (2016) Личностные детерминанты виктимного поведения юношей и девушек. Интеграция образования, т. 20, № 1 (82), c. 51–62. DOI: 10.15507/1991-9468.082.020.201601.051-062

Холл, К. С., Линдсей, Г. (2008) Теории личности. 2-е изд. М.: Психотерапия, 652 с.

Шейнов, В. П. (2019) Внутриличностные предикторы виктимизации. Институт психологии Российской Академии Наук. Организационная психология и психология труда, т. 4. № 1, c. 154–182.

REFERENCES

Andronnikova, O. O. (2005) Psikhologicheskie factory vozniknoveniya viktimnogo povedeniya podrostkov [The psychological factors of the origin of adolescent victim behaviour]. PhD dissertation (Psychology). Novosibirsk, Novosibirsk State Pedagogical University, 213 p. (In Russian)

Hall, C. S., Lindzey, G. (2008) Teorii lichnosti [Theories of personality]. 2nd ed. Moscow: Psikhoterapiya Publ., 652 p. (In Russian)

Iovchuk, N. M. (2002) Detsko-podrostkovye psikhicheskie rasstrojstva [Adolescent mental disorders]. Moscow: NZ ENAS Publ., 80 p. (In Russian)

Kemyashova, P. N., Faustova, A. G. (2017) Obzor sovremennykh issledovanij viktimnogo povedeniya u studentov [A review of current research on student victim behaviour]. Lichnost v menyayushchemsa mire: zdorovje, adaptaziya, razvitiye — Personality in a Changing World: Health, Adaptation, Development, vol. 5, no. 4 (19), pp. 745–761. (In Russian)

Kuznetsova, L. E., Eroshenko, A. N. (2013) Psikhologicheskie osobennosti proyavleniya viktimnogo povedeniya u sovremennoj molodezhy [Psychological features of the victim behaviour developing of modern youth]. In: Aktualnye voprosy sovremennoj psikhologii: Materialy 2 mezhdunarodnoj nauchnoj konferentsii [Actual questions of modern psychology: Materials of the 2 International scientific conference]. Chelyabinsk: Dva komsomol’tsa Publ., pp. 73–75. (In Russian)

Makarov, A. S., Bobchenko, T. G. (2019) Psikhologicheskie osobennosti viktimnoj lichnosti [Psychological features of victim personality]. Studencheskij, no. 13 (57). [Online]. Available at: https://sibac.info/journal/student/57/136196 (accessed 01.10.2019). (In Russian)

Matantseva, T. N. (2016) Factory viktimnogo povedeniya podrostkov kak sotsial’naya problema psikhologicheskoj nauki [Factors of adolescent victim behaviour as a social problem of psychological science]. Nauchno-metodicheskij ehlektronnyj zhurnal “Kontsept”, vol. 8, pp. 74–81. [Online]. Available at: http://e-koncept.ru/2016/56124.htm (accessed 01.10.2019). (In Russian)

Mudrik, A. V., Petrina, M. G. (2015) Sotsialno-pedagogicheskaya viktimologiya: istoricheskij ekskurs [Socio-pedagogical victimology: Historical excursus]. Sibirskij pedagogicheskij zhurnal — Siberian Pedagogical Journal, no. 5, pp. 119–125. (In Russian)

Nasledov, А. D. (2011) SPSS 19: Professional’nyj statisticheskij analiz dannykh [SPSS 19: Professional statistical data analysis]. Saint Petersburg: Piter Publ., 400 p. (In Russian)

Rean, А. А. (2015) Sem’ya kak factor profilaktiki i riska viktimnogo povedeniya [Family as a factor in prevention and risk of victim behavior]. Natsionalnyj psikhologicheskij zhurnal — National Psychological Journal, no. 1 (17), pp. 3–8. DOI: 10.11621/npj.2015.0101 (In Russian)

Rudenskij, E. V. (2013) Metodologiya i teoriya issledovaniya viktimogeneza lichnosti [Methodology and theory of the study of victimization of personality]. Novosibirsk: Novosibirsk State Pedagogical University Publ., 222 p. (In Russian)

Shejnov, V. P. (2019) Vnutrilichnostnye prediktory viktimizatsii [Intrapersonal predictors of victimization]. Institut psikhologii Rossijskoj Akademii Nauk. Organizatsionnaya psikhologiya i psikhologiya truda, vol. 4, no. 1, pp. 154–182. (In Russian)

Subbotina, R. A. (2016) Lichnostnye determinanty viktimnogo povedeniya yunoshej i devushek [Personal determination of victimication among juveniles]. Integratsiya obrazovaniya — Integration of Education, vol. 20, no. 1 (82), pp. 51–62. DOI: 10.15507/1991-9468.082.020.201601.051-062 (In Russian)

Vishnevetskij, K. V. (2014) Viktimizatsiya: factory, usloviya, urovni [Victimization: Factors, conditions, levels]. Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya — Theory and Practice of Social Development, no. 4, pp. 226–227 (In Russian)

Личная (антропологическая) виктимность

Личная (антропологическая) виктимность – это предрасположенность лица стать при определенных обстоятельствах жертвой преступления или неспособность избежать опасности там, где она была предотвратима.

Личная виктимность – состояние, при котором лицо наиболее уязвимо и которое возникло от его взаимодействия с внешними факторами и заключается в реализации или нереализации присущих ему качеств в ходе совершения в отношении него преступления.

Личная виктимность зависит от субъективных и объективных предрасположений и выступает как неспособность противостоять преступнику. Ее характер определяется количеством потерпевших от преступлений и особенностями лиц, в отношении которых совершаются преступления.

Жертва – физическое лицо, которому преступлением причинен физический, моральный или материальный вред. Потерпевшим становится то лицо, качества которого делают его уязвимым.

Виды потерпевших

Личная виктимность подразделяет потерпевших:

  • По содержанию субъективной стороны – жертвы преступлений, совершенных умышленно или по неосторожности;
  • По направленности преступного посягательства – жертвы подразделяются по однородным объектам или по определенным видам преступлений;
  • По характеру причиненного вреда – материального, морального или физического;
  • По степени осознания наступления последствий – осознающие и в неведении;
  • По видам взаимоотношений с преступником – случайные, неопределенные и определенные;
  • По роли жертвы – нейтральные, соучастники, провокаторы;
  • По биофизическим характеристикам. Потерпевшие подразделяются по возрасту, полу или состоянию, в котором находились в момент совершения преступления;
  • Жертвы преступлений – потенциальные, реальные и латентные.

Личная виктимность характеризуется теми же особенностями, что и сам преступник: мотивы, цели, умысел или неосторожность потерпевшего, которые определяют степень его участия в причинении вреда, восприятие, осознание и отношение к результатам виктимизации.

Виды виктимного поведения

  • Активное – поведение потерпевших носит провоцирующий характер. Это противоправное или аморальное поведение;
  • Интенсивное – действия жертвы являются положительными, правомерными, но вызывают противоправное поведение преступника;
  • Пассивное – жертва не оказывает никакого сопротивления.

Конкретные лица как бы предназначены стать жертвами в силу своих личностных черт (излишняя доверчивость, раздражительность, агрессивность) или же поведения (склонность к авантюризму, наглость, несдержанные поступки). Сюда же можно отнести и людей, которые ведут своеобразный образ жизни, вращаясь среди тех, кто представляет для них опасность, – бродяги, проститутки, наркоманы, алкоголики.

Социально-психологические предикторы виктимного поведения в подростковом возрасте

Социально-психологические предикторы виктимного поведения в подростковом возрасте – DOAJ

Abstract

Read online

Cтатья посвящена описанию результатов исследования социально-психологических предикторов виктимного поведения в подростковом возрасте. В работе делается попытка описать и уточнить степень значимости вклада социально-психологических предикторов в виктимное поведение подростков. В исследовании принял участие 91 подросток в возрасте 15–16 лет, проживающий в Республике Хакасия и обучающийся в сельской средней общеобразовательной школе с углубленным изучением отдельных предметов. Для измерения предрасположенности подростков к реализации различных форм виктимного поведения использовалась методика «Склонность к виктимному поведению» для старшего подросткового возраста О. О. Андронниковой. Для измерения черт личности, отражающих относительно устойчивые способы взаимодействия человека с окружающим миром и самим собой, был применен многофакторный личностный опросник Р. Кеттелла (подростковый вариант 14 PF). Для выявления типов взаимодействия родителей и детей с позиции подростков применялся опросник «Взаимодействие “родитель — ребенок”» И. М. Марковской. Изучение социально-экономического положения семьи проводилось с помощью архивного метода (социальный паспорт класса). Полученные результаты были подвергнуты статистической обработке с помощью программы IBM SPSS Statistics 23 с использованием метода множественной регрессии. В качестве социально-психологических предикторов были исследованы независимые переменные: переменные многофакторного личностного опросника Р. Кеттелла, параметры социального статуса семьи, переменные опросника «Взаимодействие “родитель — ребенок”» И. М. Марковской. В качестве зависимой переменной были исследованы показатели по каждой шкале методики «Склонность к виктимному поведению» О. О. Андронниковой. Методом множественной регрессии, пошагового отбора установлена достоверная значимость вклада предикторов (независимых переменных) в виктимное поведение подростков: переменные многофакторного личностного опросника Р. Кеттелла, степень эмоциональной устойчивости, степень принятия моральных норм, самоконтроля и внутреннего напряжения, а также склонность к чувству вины, застенчивость — авантюризм. Переменные опросника «Взаимодействие “родитель — ребенок”» И. М. Марковской, выражающие особенности взаимодействия родителей с детьми: эмоциональная дистанция, отвержение, автономность — контроль по отношению к подростку, непоследовательность родителей; социально-экономические характеристики семьи: уровень дохода и состав семьи.

Keywords

Published in

Комплексные исследования детства
ISSN
2687-0223 (Online)
Publisher
Herzen State Pedagogical University of Russia
Country of publisher
Russian Federation
LCC subjects
Social Sciences
Website
https://kid-journal.ru/

About the journal

Руководство по медиации между потерпевшими и правонарушителями: восстановительное правосудие посредством диалога

> >


I. Посредничество между потерпевшим и правонарушителем: национальная перспектива

Все больше жертв преступлений предпочитают встречаться лицом к лицу. с лицами, которые их преследовали. Они могут позволить обидчикам знать, как преступление повлияло на их жизнь, чтобы получить ответы на многие затяжные вопросы, и принимать непосредственное участие в привлечении правонарушителей к ответственности за причиненный ими вред.Посредничество потерпевшего и правонарушителя признается жизнеспособная альтернатива более традиционным карательным ответам за обслуживание потребности потерпевших по пробации, прокуроры, суды, исправительные объекты и сообщества. Как область медиации потерпевшего и правонарушителя значительно выросла за последние 25 лет, она становится все более и более важно проводить процесс с высокой степенью чувствительности к жертвам, в то время как учитывая потребности правонарушителей.

Прежде чем приступить к рассмотрению основных принципов и указаний жертвы-правонарушителя посредничество, описание процесса посредничества следует.

Что это такое?

Посредничество между потерпевшим и преступником (VOM) — это процесс, который обеспечивает жертвам (в первую очередь, имущественных преступлений и мелких посягательств) возможность встретиться со своими обидчиками в безопасной и организованной обстановке. Цель привлекать правонарушителей к прямой ответственности, оказывая при этом важную поддержку и помощь жертвам.С помощью подготовленных медиаторов потерпевшие могут сообщить правонарушителям, как преступление повлияло на них, получать ответы на свои вопросы и принимать непосредственное участие в разработке план реституции, предусматривающий финансовую ответственность правонарушителей за убытки, которые они нанесли. Правонарушители несут прямую ответственность за свои поведения и, следовательно, должны полностью изучить влияние того, что они сделали, и разработать план возмещения ущерба, насколько это возможно, лицам они нарушили.Невыполнение правонарушителями договора о реституции приводит к дальнейшим последствиям, налагаемым судом. Некоторые программы VOM называются «встречи потерпевшего и преступника», «примирение потерпевшего и преступника» или «потерпевшего преступника» конференции ».

Медиация потерпевшего и правонарушителя — одно из самых ярких проявлений восстановительного справедливость, движение, которому уделяется большое внимание во всем Северная Америка и Европа.Существующие системы ювенальной юстиции и уголовного правосудия в первую очередь ориентированы на преступников, с карающим принципом «следи за ними, прибивай их, точка зрения, которая рассматривает преступление как преступление против государства и мало помогает жертвам преступлений.

Восстановительное правосудие, однако, обеспечивает совершенно иную основу для понимание преступлений и виктимизации и реагирование на них. Выходя за рамки Ориентируясь на правонарушителей, восстановительное правосудие выделяет трех клиентов: отдельные жертвы, пострадавшие сообщества и правонарушители.Преступление понятно в первую очередь как преступление против людей внутри сообществ, в отличие от к более абстрактному юридическому определению преступления как нарушения штат. Тем, кто непосредственно пострадал от преступности, разрешается играть в активная роль в восстановлении мира между людьми и внутри сообществ. Восстановление эмоционального и материального ущерба, причиненного преступлением гораздо важнее, чем наложение постоянно растущих уровней дорогостоящего наказания на преступника.Долг правонарушителей конкретен. А не пассивно «принимая наказание», преступников поощряют к активному восстановлению потери, насколько это возможно, потерпевшим и общинам. Использование диалог и переговоры между жертвами, пострадавшими сообществами и правонарушителями подчеркивается. По правде говоря, суть того, что называют восстановительным правосудие глубоко укоренилось в традиционной практике многих коренных народов люди во всем мире, такие как американские индейцы, жители островов Тихого океана, маори в Новой Зеландии и коренные народы в Канаде.

Когда передаются дела?

В некоторых программах дела в первую очередь передаются на рассмотрение посредничества между потерпевшим и правонарушителем. в качестве отвлечения от судебного преследования, при условии, что соглашение о медиации успешно завершенный. В других программах дела передаются в первую очередь после формального Признание вины принято судом при посредничестве являясь условием условного осуждения (если потерпевший заинтересован).Некоторые программы получать направления дел как на уровне переадресации, так и после вынесения судебного решения. Большинство дел передают сотрудники ювенальной юстиции. системы, хотя некоторые программы также получают рекомендации от взрослых преступников система правосудия. Судьи, сотрудники службы пробации, адвокаты потерпевших, прокуроры, поверенные защиты или полиция могут направлять участников в программы VOM.

Национальное исследование программ VOM, проведенное в рамках данной Проект обнаружил, что из 116 программ, с которыми были проведены интервью (из в общей сложности идентифицировано 289 человек), 34 процента указали, что их основное направление был на отвлекающем уровне; 28 процентов, после вынесения судебного решения, но предрасположенность уровень; и 28 процентов, на уровне направления после распоряжения (приложение А).

Чем он отличается от других видов посредничества?

Посредничество используется во все большем количестве конфликтных ситуаций, например, дела о разводе и опеке над детьми, общественные споры, коммерческие споры и другие гражданские конфликты, связанные с судом. В таких условиях стороны называются «спорщиками», и предполагается, что оба вносят свой вклад в конфликт, и поэтому оба должны идти на компромисс для достижения урегулирования.Часто посредничество в этих случаях уделяет большое внимание по достижении урегулирования, с меньшим упором на обсуждение полного влияние конфликта на жизнь спорящих.

В медиации потерпевшего и правонарушителя вовлеченные стороны не являются «сторонами спора». Как правило, одна сторона явно совершила уголовное преступление и признался в этом, в то время как другой явно стал жертвой. Следовательно, вопрос о виновности или невиновности не урегулирован.И нет никаких ожиданий что жертвы преступления компрометируют или просят меньше, чем им нужно для восстановления свои потери. Хотя многие другие виды посредничества в основном основаны на урегулировании споров, Медиация между потерпевшим и правонарушителем в основном основана на диалоге с акцентом на при расширении прав и возможностей потерпевшего, привлечении правонарушителей к ответственности и возмещении убытков. Большинство сеансов VOM (более 95 процентов) приводят к подписанной реституции соглашение.Это соглашение, однако, вторично по отношению к важности начальный диалог между сторонами. Этот диалог обращается к эмоциональному и информационные потребности жертв, которые имеют ключевое значение как для расширения прав и возможностей жертв и развитие сочувствия жертвы у правонарушителей, которые могут помочь предотвратить преступное поведение в будущем. Исследования постоянно обнаруживал, что соглашение о реституции менее важно для жертв преступлений, чем возможность выразить свои чувства по поводу нападение непосредственно на преступников (Schneider, 1986).Восстановительное воздействие тесно связан с созданием безопасного места для диалога между жертва преступления и преступник.

Таблица 1 определяет ключевые характеристики медиации потерпевшего и правонарушителя, которая с наибольшей вероятностью окажут наименьшее и наибольшее реставрационное воздействие.

Таблица 1: Континуум медиации между жертвой и правонарушителем: От наименьшего к наибольшему восстановительному воздействию
>

НАИМЕНЕЕ ВОССТАНОВИТЕЛЬНОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ
На основе соглашения: Offender Focus

  • Все внимание уделяется определению суммы финансового возмещение, подлежащее выплате, без возможности напрямую говорить о полное воздействие преступления на жертв, общество, и преступники.
  • Отдельных подготовительных встреч с потерпевших и правонарушителей до их объединения.
  • Жертвам не предоставляется выбор, где они будут себя чувствовать наиболее комфортно и безопасно встретиться или кого они хотели бы иметь подарок.
  • Жертвам дается только письменное уведомление о явке в сеанс посредничества в заранее установленное время без подготовки.
  • Посредники или посредники описывают правонарушение и затем преступники говорят, а жертвы просто спрашивают несколько вопросы или ответы на вопросы посредника.
  • Проводится строго директивный стиль упрощения формальностей. с посредниками большую часть времени разговаривают, постоянно спрашивая обоих вопросы потерпевших и правонарушителей, практически без прямого диалога между вовлеченными сторонами.
  • Сеанс отличается низкой переносимостью моментов молчание или выражение чувств.
  • Посредничество для потерпевших является добровольным, но обязательным преступников, независимо от того, берут ли они на себя ответственность или нет.
  • Посредничество на основе урегулирования и очень краткое (10-15 минут).

САМОЕ ВОССТАНОВИТЕЛЬНОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ
На основе диалога: чувствительность жертвы

  • Основное внимание уделяется предоставлению возможности чтобы потерпевшие и правонарушители разговаривали друг с другом напрямую; позволять жертвы, чтобы выразить полное влияние преступления на их жизнь и получите ответы на свои важные вопросы; и позволить правонарушителям понять реальное влияние своего поведения на человека и брать на себя прямую ответственность за то, чтобы все исправить.
  • Реституция важна, но вторична по отношению к диалогу о последствиях преступления.
  • Жертвам постоянно предоставляется выбор на всем протяжении процесс: где встретиться, кто должен присутствовать и т. д.
  • Проводятся отдельные подготовительные встречи с потерпевшими и правонарушителей до их объединения, уделяя особое внимание прислушиваясь к тому, как преступление повлияло на них, выявляя их потребности и подготовка их к сеансу посредничества или конференции.
  • Недирективный стиль упрощения формальностей поощряется стороны разговаривают большую часть времени. Посредничество включает высокая толерантность к молчанию и использование гуманистических или трансформирующих модель посредничества (см. приложение B).
  • Посредничество отличается высокой толерантностью к выражениям чувств и полного воздействия преступления.
  • Посредничество является добровольным как для потерпевших, так и для правонарушителей.
  • Обученные волонтеры из числа местных жителей выступают в качестве посредников или комедиаторов вместе с сотрудниками агентства.
  • Сеанс посредничества основан на диалоге и обычно длиной около часа (или дольше).

Заинтересованы ли жертвы преступлений?

Интерес к медиации между потерпевшими и правонарушителями распространился в конце 1970-х годов, и местное финансирование начало поддерживать разработку новых программ в страна.Недавний опрос общественного мнения в Миннесоте показал: что 82 процента случайной выборки граждан по всему штату будут рассмотреть возможность участия в программе VOM, если они стали жертвами собственности преступления. Интервью с 280 пострадавшими, которые участвовали в программах VOM в г. 4 государства обнаружили, что 91% считают свое участие полностью добровольным. Для тех жертв в группе сравнения для этого исследования, а именно: те, кто не участвовал в медиации — 70% имели бы предпочли бы встретиться с преступником, если бы у них был выбор.Жертва-преступник медиация подходит не для всех преступлений. Во всех случаях это должно быть представлен как выбор жертве.

Сколько существует программ?

Национальное исследование в этой области выявило 289 программ VOM в США по состоянию на 1998 год. Сегодня более точная оценка будет в более 300. Обнародованы телефонные интервью со 116 программами. что 42 процента программ осуществлялись агентствами на уровне сообществ, 23 процента были церковными программами, 17 процентов спонсировались с испытательным сроком. и исправительных отделений, 3 процента базировались в службах помощи потерпевшим. агентствами, 4% управлялись прокуратурой, и 11 процентов управлялись агентствами другого типа.Программы наиболее часто определили свой основной источник финансирования как местный, штат штата или федеральный Правительство. Фонды были четвертым по частоте источником финансирования. Из этих программ, отвечающих на вопрос, работают 46 программ (45 процентов). только с малолетними правонарушителями и их жертвами 9 программ (9 процентов) работают только со взрослыми правонарушителями и их жертвами, а 48 программ (46 процентов) работают с обоими. Подавляющее большинство дел обрабатываются программами являются правонарушениями против собственности и мелкими посягательствами.Ряд более опытных программы, однако, периодически работают с более жестокими случаями.

После 20 лет разработки и многих тысяч случаев (прежде всего преступления против собственности и мелкие посягательства) в более чем 1000 населенных пунктов на всей территории Северная Америка (более 300) и Европа (более 700), жертва-преступник посредничество наконец начинает двигаться к центру криминального и системы ювенальной юстиции (таблица 2).Некоторые программы все еще маленькие, с очень ограниченное количество обращений. Многие другие программы получают несколько сотен рефералов в год. Несколько программ недавно были попросили отводить 1000 или более дел каждый год из судебной системы, и уездные власти выделили сотни тысяч долларов на финансирование эти программы VOM.

Очевидно, что область ВОМ значительно расширилась с момента первого Проект примирения потерпевших и преступников был начат в Китченере, Онтарио, Канада, в 1974 г., и воспроизведена в США в Элкарте, штат Индиана, в 1978 г.Возможно, самое ясное выражение того, как это поле продолжалось развитие — это признание, полученное в 1994 г., когда Американская коллегия адвокатов Ассоциация (ABA) одобрила практику медиации потерпевшего и правонарушителя. После многих лет поддержки медиации в гражданском суде с ограниченным интересом в уголовном посредничестве ABA теперь одобряет процесс и рекомендует использование «посредничества и диалога между потерпевшим и правонарушителем» в судах на всем протяжении Соединенные Штаты.Аналогичным образом, недавнее обследование службы потерпевших в масштабах штата провайдеры в Миннесоте обнаружили, что 91% считают, что жертва-преступник посредничество должно быть доступно в каждом судебном округе, поскольку оно представляет важный вариант обслуживания для жертв преступлений.

Таблица 2: Международное развитие программ посредничества между потерпевшими и правонарушителями
Страна

Номер

Австралия

5

Австрия

17

Бельгия

31

Канада

26

Дания

5

Англия

43

Финляндия

130

Франция

73

Германия

348

Италия

4

Новая Зеландия

Доступно во всех юрисдикциях

Норвегия

44

Шотландия

2

Южная Африка

1

Швеция

10

США

289

Что мы узнали из исследований?

Хотя потребность в дальнейших исследованиях в этой области сохраняется, По этому варианту существует больше эмпирических данных, чем можно найти по многим другим вмешательство исправительного правосудия.За последние несколько лет небольшая но растущий объем эмпирических данных появился из оценок на нескольких площадках в Канаде, Англии и США. Исследования, проведенные на за последние 12 лет по всей Европе и Северной Америке сообщается о высоком уровне удовлетворенность процессом и результатами посредничества со стороны потерпевших и преступники (Coates and Gehm, 1989; Collins, 1984; Dignan, 1990; Fischer и Jeune, 1987; Галавей, 1988 год; Галауэй и Хадсон, 1996; Гем, 1990; Маршалл и Мерри, 1990; Перри, Лажунесс и Вудс, 1987; Umbreit, 1989, 1991, 1993a, 1993b, 1994a, 1994b, 1995a, 1995b; Амбрайт и Коутс, 1993; и Райт и Галауэй, 1989).Некоторые исследования показали более высокую реституцию показатели завершения (Umbreit, 1994a и 1994b), снижение страха среди жертв (Umbreit and Coates, 1993; и Umbreit, 1994a и 1994b), и сокращенный дальнейшее преступное поведение (Nugent and Paddock, 1995; Schneider, 1986; и Umbreit, 1994a и 1994b). Мультисайтовые исследования в Англии (Маршалл и Мерри, 1990; и Umbreit and Roberts, 1996), США (Coates и Gehm, 1989; и Umbreit, 1994a и 1994b) и Канада (Umbreit, 1995a и 1995b) подтвердили большинство этих выводов.Большое мультисайтовое исследование в Соединенных Штатах (Umbreit, 1994a и 1994b) обнаружили, что жертвы преступники, которые встречаются со своими преступниками, с гораздо большей вероятностью будут удовлетворены с реагированием системы уголовного правосудия на их дела, чем потерпевшие аналогичных правонарушений, которые рассматриваются в обычном уголовном судопроизводстве.

Становится все более очевидным, что посредничество между жертвой и правонарушителем процесс может способствовать гуманизации опыта уголовного правосудия для обоих потерпевший и преступник.Он предусматривает прямую ответственность правонарушителей перед людей, которых они стали жертвами, позволяет более активно вовлекать жертвы преступлений и члены сообщества (в качестве добровольных посредников и поддерживающих человек) в процессе отправления правосудия, и снижает дальнейшее преступное поведение правонарушителей. В начале 1980-х многие сомневались, что жертвы преступлений хотели бы встретиться лицом к лицу со своим обидчиком. Сегодня ясно, исходя из эмпирических данных и опыта, большинство жертв преступлений кому предоставлена ​​возможность для посредничества и диалога выбрать участвовать в процессе, при этом показатели участия жертв во многих программах от 60 до 70 процентов.


>

Рекомендации для лиц, чувствительных к жертвам Посредничество между потерпевшим и преступником:
Восстановительное правосудие через диалог
Апрель 2000

Психология жертв у детей | Расширение прав и возможностей родителей

«Это несправедливо! Ты всегда на меня кричишь, даже если я не виноват! »

Знакомо? В ту минуту, когда вы говорите «нет», устанавливаете ограничения или пытаетесь обеспечить соблюдение правил, ваш ребенок сразу же говорит, что вы нечестны и всегда придираетесь к нему.Он постоянно слишком остро реагирует на обычные запросы и не несет ответственности за свое поведение. Независимо от обстоятельств, он всегда является тем, кого обидели или несправедливо обрушили, другими словами, жертвой.

Если это закономерность — типичная реакция вашего ребенка — она ​​демонстрирует менталитет жертвы. И она делает это, потому что это дает ей оправдание ее плохого поведения, которое работает на нее.

Когда дети приобретают менталитет жертвы, это становится формой неповиновения, используемой для того, чтобы не брать на себя надлежащую ответственность и не быть привлеченными к ответственности.И когда это играет на наших родительских эмоциях — заставляя нас задаться вопросом, возможно, мы были слишком жесткими или несправедливыми, или заставляя нас чувствовать себя виноватыми за любые ограничения, которые мы пытаемся установить, — правила забываются, ограничения игнорируются, и мы снижаем нашу ожидания.

Если оставить без изменений, менталитет жертвы может в конечном итоге повлиять на способность вашего ребенка поддерживать здоровые отношения и адекватно функционировать как взрослый. Жизненно важно, чтобы ваш ребенок получил новые навыки, чтобы управлять ответственностью в реальном мире.Чтобы начать этот процесс, полезно взглянуть на поведение, которое приводит к менталитету жертвы.

Ошибки мышления, поддерживающие менталитет жертвы

Ошибки мышления, попросту говоря, это неправильные или иррациональные модели мышления; они влияют на наши чувства и поведение, часто отрицательно. Другими словами, , когда ваш ребенок будет думать как жертву, он начнет чувствовать и вести себя как жертву. Ниже приведены некоторые из распространенных ошибок мышления, которые подпитывают менталитет жертвы вашего ребенка и связанное с ним поведение.

  • Стойка жертвы звучит так: «Почему ты всегда лежишь на моей спине на лужайке? Я работаю на работе после школы, и у меня нет времени на себя! У меня нет времени , чтобы косить газон! » Связанное с ним поведение включает:
    • Обвинение других (часто вас, родителей), когда он не выполняет свои обязанности
    • Всегда наготове оправдание
    • Борьба за право быть жертвой
  • Injustice звучит так: «Вы никогда не заставляли моего старшего брата убирать свою комнату, когда он был в моем возрасте.Потому что он мальчик, а я девочка. Ты всегда относишься ко мне хуже, чем к нему. Это нечестно!» Связанное с ним поведение включает:
    • Восприятие нормальных ожиданий как несправедливых
    • Отказ следовать тому, что считается несправедливым указанием
    • Жалоба на несправедливые последствия плохого поведения
  • Уникальность звучит так: «Ты не понимаешь и никогда не поймешь, потому что ты не заботишься обо мне так, как заботишься о моей сестре! Просто потому, что мне не нравятся те же вещи, что и ты! » Связанное с ним поведение включает:
    • Утверждая, что она другая и поэтому требует других правил
    • Обвинение других в непонимании ее
    • Сосредоточение внимания на этом «непонимании», а не на реальной проблеме
  • Гнев под углом звучит так: « Ты начал кричать на меня без причины, поэтому я сошел с ума и разбил вазу.Тебе нужно перестать кричать! » Связанное с ним поведение включает:
    • Теряет контроль над поведением и заявляет, что ничего не может с собой поделать
    • Обучение других, чтобы не заставлять его брать на себя ответственность
    • Использование гнева, чтобы иметь власть над людьми и вещами

Со временем родители слышат эти оправдания, видят такое поведение и начинают верить в то, что это должно быть правдой. Затем вы начинаете нездоровым образом реагировать на нездоровое поведение ребенка. Вы ходите вокруг ребенка на цыпочках, потому что можете предвидеть реакцию, которую собираетесь получить.Вы знаете, что ваша дочь начнет кричать, как только вы напомните ей, что ей нужно присмотреть за детьми. Вы задаетесь вопросом, стоит ли вам просто остаться дома; это может быть даже проще, чем большая ссора и риск, что она выльет гнев на своего младшего брата.

Эти ошибки мышления могут также привести к чувству фатализма со стороны вашего ребенка: он действительно начинает верить, что не может измениться, что ваши ожидания превышают его, и что он не может взять на себя ответственность за свои действия. Затем он перестает видеть свою роль в улучшении положения вещей.Важно избежать этой фаталистической ловушки, напоминая себе, что перемены могут произойти в любой момент.

4 шага, которые вы можете предпринять, чтобы помочь своему ребенку измениться

  1. Начните с нацеливания на одно поведение за раз. Определите то, что усложняет вам жизнь, но также и то, что, по вашему мнению, действительно может измениться. Например, вы можете начать с разумного времени для пробуждения и утреннего распорядка, завершить работу по дому или ожидать, что еда будет вежливой, без криков.
  2. Сядьте и поговорите с ребенком, когда вы оба успокоитесь. . Укажите им изменение, на котором вы хотите сосредоточиться. «Я хотел бы обсудить, как довести дело до конца. Это проблема для меня, потому что мне нужно, чтобы вы делали свою часть работы по дому. У всех нас есть свои обязанности в этой семье, и мытье посуды — ваше дело. Если вы хотите и дальше пользоваться автомобилем, вам нужно будет мыть посуду каждую ночь. Если вы не можете или не хотите этого делать, вам нужно будет сесть на автобус.”
  3. Во время родов ведите себя спокойно и деловито, так как ваш ребенок привык слишком остро реагировать на любые ожидания или ограничения. Думайте о том, что вы делаете, как о бизнесе. Родительская роль , устанавливающая предел , работает лучше всего, когда вы не эмоциональны. Однако не ожидайте, что вашему ребенку это понравится. На самом деле, они могут быть довольно стойкими, но сохранять спокойствие и сосредоточенность на начальных испытаниях.

  4. Не отказывайтесь от ожиданий и последствий — и не поддавайтесь плохому поведению .Требуется много времени, чтобы отказаться от менталитета жертвы и заменить его более ответственным образом мышления и поведения. Это вошло в привычку для вашего ребенка, и родители часто вырабатывают привычки в ответ. Легко вернуться к этим привычкам и подумать, что вместо того, чтобы устанавливать этот предел и бороться с неповиновением моего ребенка, я один раз откажусь от этого и отпущу его. Это естественно. Мы все стараемся избегать вещей, которые кажутся работой, но в этом случае работа того стоит.
  5. Обеспечьте положительное подкрепление, когда ваш ребенок берет на себя ответственность и делает правильный выбор. Поначалу изменения могут быть незаметными, но как только ваш ребенок начинает брать на себя ответственность за свои действия, он начинает избавляться от менталитета жертвы. Ему понадобится поддержка, чтобы он продолжал менять свое мышление и приобретал более здоровые навыки решения проблем, и вы можете это предоставить.

Помните: перемены не происходят в одночасье. Как только ваш ребенок поймет, что ожидания действительно изменятся, он начнет постепенно соответствовать этим ожиданиям. И как только изменения начнутся, можно будет рассмотреть дополнительные варианты поведения и добавить ожидания.

Помните о цели всей этой работы: воспитывать наших детей, чтобы они были ответственными взрослыми, способными действовать в жизни и решать проблемы, которые возникают в процессе. Чувство и поведение жертвы не приведут к той взрослой жизни, которую мы хотим для наших детей. Но как только ваш ребенок научится брать на себя ответственность за свое поведение, он станет лучше относиться к себе, сможет лучше решать проблемы и максимально использовать свою жизнь.

Материалы по теме:
Как создать культуру ответственности в вашем доме
Истина о воспитании детей: вы не виноваты в поведении своего ребенка

Как травматический опыт влияет на поведение и память жертвы после насильственных преступлений

Автор: Чафика Ходр Ага, эсквайр., Штатный поверенный и сотрудник программы, NCVC

Когда совершается преступление, такое как сексуальное насилие или похищение, жертва или свидетель обычно сосредотачивают свое внимание на тех моментах, которые были для них наиболее пугающими или травмирующими. Причина, по которой некоторые детали легко вспомнить, а другие трудно или совершенно невозможно запомнить, может быть связана с нарушениями кодирования памяти жертвы во время инцидента (-ов). Следовательно, важные факты, связанные с преступлением, известные как «второстепенные подробности», могут остаться в голове жертвы или полностью утеряны из их памяти.

Таким образом, ответная реакция, основанная на информации о травме, является ключом к расширению прав и возможностей потерпевших и их сотрудничеству, что в конечном итоге приводит к эффективным расследованиям и точному судебному преследованию.

Понимание травмы и того, как она влияет на память, поведение или перспективы человека, звучит сложно, и вы можете подумать, что для этого необходимо иметь медицинское образование. Но что удивительно, травма — это то, с чем большинство из нас может каким-то образом относиться.

При надлежащей подготовке и образовании специалисты в области уголовного правосудия могут реагировать на травмированных жертв, свидетелей, семьи и сообщества таким образом, который включает: (1) более глубокое понимание того, как травма влияет на память и поведение (2) доверительный, чуткий, достойный и безопасный процесс взаимодействия с жертвами и (3) процедуры, которые ограничивают повторную травму жертвы и способствуют использованию услуг поддержки жертв.

В этой статье мы обсудим, как травмирующее событие может повлиять на кратковременную и долговременную память и поведенческие реакции жертвы или свидетелей. Наша цель — предоставить вам более глубокое понимание того, почему жертва может не реагировать так, как вы ожидаете, после сексуального нападения, или как жертва кражи со взломом может запомнить всю структуру лица преступника. но забывайте, где они были и чем занимались всего за несколько часов до того, как стали жертвами.

Что такое травматическое событие?

Человек может пережить травмирующее событие несколькими способами: (1) непосредственно переживая событие (например, будучи жертвой попытки убийства), (2) лично засвидетельствовав событие, как оно произошло с другими, и ( 3) узнав, что в событии участвовал близкий родственник, друг или партнер, и / или (4) испытав постоянные и повторяющиеся аспекты травмирующего события (например, повторяющиеся акты домашнего насилия).

Когда жертва или свидетель переживает травмирующее событие (я), у них могут возникать одновременно чувства страха, ужаса, шока и бессилия.Это может вызвать значительный внутренний стресс, который оказывает легкое или тяжелое воздействие на гиппокамп, миндалевидное тело и префронтальную кору. Интересно, что эти области также отвечают за кодирование памяти. Однако при переключении на перегрузку их функции памяти ухудшаются, поскольку они подготавливают организм к опасности за счет выброса четырех ключевых гормонов — катехоламинов, кортизола, опиатов и окситоцина.

В зависимости от возраста, расы, генетики, социально-экономического статуса человека, предыдущей военной службы, предыдущей виктимизации и ряда других факторов организм жертвы может выделять значительное количество этих гормонов или совсем немного.

В результате не все жертвы получают травмы в результате насильственного преступления; на самом деле две жертвы могут испытать одно и то же преступление и иметь совершенно разные эмоциональные реакции. Например, жертва сексуального насилия и близкий член семьи, который не был свидетелем преступления, могут испытать одинаковую травму. В отличие от этого, свидетель ограбления банка может испытывать травму и симптомы посттравматического стрессового расстройства, а другая жертва, которая подверглась прямому нападению во время того же ограбления банка, может не испытать никаких травм во время или после события.

Кроме того, поскольку на функциональность миндалевидного тела, префронтальной коры и гипоталамуса влияет высвобождение этой комбинации гормонов, обработка и кодирование воспоминаний становится значительно сложнее во время травмирующего события. Таким образом, жертвы могут помнить о преступлении не в хронологическом порядке, и они могут демонстрировать поведение, которое обычно не ассоциируется с виктимизацией (например, кажущееся отстраненным или бесстрастным, или комфортным при обсуждении преступления).

Как организм реагирует на травматический опыт при воздействии этой комбинации гормонов?

В предыдущем разделе мы упомянули четыре ключевых гормона, которые высвобождаются в разной степени во время или после травматического события. Ниже вы найдете информацию о том, как каждый гормон может влиять на человеческий организм и индивидуальное поведение человека.

  1. Катехоламины — это гормоны в нашем организме, которые способствуют реакции «бей или беги», то есть оставаться и защищать тело или убегать в безопасное место.

  • Этот гормон может также вызвать реакцию «замораживания», которая преобладает в животном мире как инстинкт млекопитающих действовать так, как будто вы мертвы, чтобы выжить.

  • Реакция замирания отличается от тонической неподвижности, известной как «паралич, вызванный изнасилованием», когда жертва становится неподвижной.

2. Кортизол — это гормон, который влияет на количество энергии, имеющееся у человека

, доступное для борьбы или бегства из опасной ситуации.

3. Опиаты — это гормоны, которые естественным образом уменьшают физическую боль тела, подобную боли морфий. Он предназначен для подготовки организма к более сильной боли в чтобы защитить себя.

4. Окситоцин — это гормон в организме, который уменьшает эмоциональную боль и способствует положительные ощущения в теле.

  • Хотя известно, что это гормон «хорошего самочувствия», исследования показывают, что окситоцин также отвечает за укрепление памяти о негативных социальных взаимодействиях и увеличивает страх и тревогу в будущих стрессовых ситуациях.

Выводы: Как это влияет на поведение свидетеля или потерпевшего?

1. Поскольку опиаты должны быть естественным болеутоляющим средством, жертва или свидетель могут казаться равнодушными или бесстрастными после совершения преступления.

  • Выделение организмом естественных опиатов может вызвать сплошной эффект, заставляя жертву казаться бесстрастной, холодной, отстраненной или даже не верящей в то, что событие произошло. Это не означает, что они лгут или их не волнует ситуация.

  • Тело жертвы могло высвободить значительное количество опиатов, и ему просто нужно время, чтобы позволить им естественным образом исчезнуть. Это может занять от одного до трех циклов сна (24-72 часа).

  • Имейте в виду, что если ваша жертва сильно травмирована, возможно, она не сможет спать в течение всего цикла сна, что может означать, что ей потребуется больше времени для восстановления.

2. Адреналин снижает способность миндалины кодировать и объединять воспоминания, что затрудняет последовательное кодирование информации мозгом.

  • Из-за предшествующей физиологической реакции жертвы на травмирующий опыт может показаться, что она не может рассказать свою историю прямо или в хронологическом порядке. В действительности же они не могут объяснить свои воспоминания о событии в хронологическом порядке.

  • Жертва также может вспомнить только определенные аспекты события, забывая при этом другие. Воспоминания, которые они могут объяснить, часто являются моментами, которые могли быть для них наиболее травмирующими или пугающими.

4. С течением времени организм жертвы может бороться с регулированием кортизола, что влияет на количество энергии, которое у него может быть. Это также может вызвать нарушение циклов сна, что еще больше затрудняет консолидацию памяти.

5. Во время и после травматического переживания миндалевидное тело мозга может быть перегружено, что делает человека значительно более восприимчивым к потенциальным угрозам в его физическом окружении. Это также вызывает сильные эмоциональные реакции на определенных людей или ситуации — они известны как триггеры .

  • Триггером может быть что угодно, включая запах, звук, запись голоса, изображение или вопрос. Они возвращают воспоминания или эмоции, связанные с травмирующим событием. Такие воспоминания могут быть очень навязчивыми и чрезвычайно болезненными, потому что они заставляют человека заново переживать преступление или травму. Их тело даже может иметь соответствующие физиологические реакции, такие как учащенное сердцебиение, телесная дрожь, плач и т. Д.

  • При срабатывании триггера жертва может казаться параноиком и недоверчивой, заставляя ее отключаться.Помните, что им нужно чувствовать себя в безопасности, и, если они расстроены или напуганы, предложите им сделать перерыв.

  • Рассмотрите альтернативные места для собеседования, которые вызывают чувство нейтралитета и доверия (встретите жертву в месте, где они чувствуют себя в безопасности).

В целом, с помощью подходов к расследованию травм, расширения прав и возможностей, психологической поддержки и реабилитации жертвы могут исцеляться от психологических последствий и поддерживать усилия правоохранительных органов.Стратегии вовлечения потерпевших с учетом травм также способствуют безопасности жертв, что побуждает потерпевших доверять и поддерживать усилия правоохранительных органов на протяжении всего процесса уголовного правосудия.

Команда NCVC по обучению и технической помощи рада предоставить вашему агентству или организации дополнительную информацию о наших личных и виртуальных тренингах, семинарах и связанных мероприятиях по травмам, виктимизации и снижению преступности. Щелкните здесь, чтобы увидеть наши текущие направления обучения, и щелкните здесь, чтобы отправить нам сообщение.

Не стесняйтесь ставить лайки и комментировать ниже, чтобы продолжить разговор о травмах, памяти и виктимизации!

23 признака, что вы страдаете от менталитета жертвы ⋆ LonerWolf

Когда у нас есть менталитет жертвы, мы фильтруем все наше существование через узкую параноидальную ментальную линзу, которая используется для восприятия других людей и реальности.

В то время как важно претендовать на роль жертвы, если мы действительно стали жертвами или оскорблениями, мы не сможем жить дальше, пока не выйдем из роли жертвы и не перейдем к роли оставшегося в живых.

Что такое менталитет жертвы?

Менталитет жертвы — это психологический термин, обозначающий тип дисфункционального мышления, который стремится чувствовать себя преследуемым, чтобы привлечь внимание или избежать ответственности за себя. Люди, которые борются с менталитетом жертвы, убеждены, что жизнь не только находится вне их контроля, но и намеренно стремится причинить им вред. Эта вера приводит к постоянным обвинениям, обвинениям и жалости, которые подпитываются пессимизмом, страхом и гневом.


Проще говоря, менталитет жертвы означает, что вы обвиняете других людей и обстоятельства в своих несчастьях.

Как развивается самовиктимизация

Никто не рождается с менталитетом жертвы, так же как никто не рождается клинически подавленным или тревожным. Напротив, менталитет жертвы — это приобретенная черта личности, а это означает, что она является результатом обусловливания и механизмов выживания в раннем возрасте.

Большинство жертв в детстве так или иначе подвергались виктимизации, будь то физическое насилие, сексуальное насилие, эмоциональное насилие или психологическое насилие.Самовиктимизация может также развиваться через созависимые отношения, которые у нас были с нашими родителями, или просто наблюдая и принимая нездоровый менталитет жертвы, проявляемый одним или несколькими членами нашей семьи.

Однако, хотя то, что происходит с нами в детстве, полностью вне нашего контроля, мы, как взрослые, обязаны вступить в нашу силу и вернуть себе ответственность за наше счастье.

9 преимуществ быть жертвой

Игра в жертву на самом деле имеет ряд интересных преимуществ.Эти награды очень затрудняют избавление от такого мышления, поэтому кажется, что большинство жертв так эмоционально вкладываются в сохранение этого типа токсичного поведения.

Некоторые из перков включают следующее:

  • Отсутствие ответственности за что-либо
  • Другие люди, уделяющие вам внимание
  • Другие люди, которым вас жаль
  • Другие люди с меньшей вероятностью будут критиковать или расстраивать вас
  • У вас есть «право» жаловаться
  • Вы у вас больше шансов получить то, что вы хотите
  • Вы чувствуете себя интересным, потому что можете рассказывать людям все свои истории
  • Вам не нужно скучать, потому что происходит слишком много драмы
  • Вы можете избежать и обойти гнев потому что вы слишком заняты грустью

Можете ли вы увидеть, как здесь начинают проявляться некоторые основные закономерности?

Игра в роли жертвы на самом деле дает вам много силы: способность избегать ответственности, способность чувствовать «праведную» печаль и преследования, способность избегать неприятных эмоций и способность манипулировать другими людьми.

Темная сторона игры за жертву

Большинство людей, играющих жертву, делают это бессознательно или непреднамеренно. Даже в этом случае роль жертвы включает в себя огромное количество манипуляций и дерганий за веревочки. Люди, состоящие в отношениях или дружбе с жертвами, часто сообщают, что чувствуют себя марионетками, которые превращаются в то, кем жертва считает себя или хочет, чтобы они были.


Позволить другим людям вас пожалеть — это простой способ обернуть их вокруг вашего мизинца. Это бессознательное стремление контролировать других через их симпатии — на самом деле только способ для ума укрепить свою веру в эго-идентичность «я — жертва».

Разыгрывание личности жертвы дает много комфорта и искусственной «безопасности». Это не только вознаграждает вас тем, что вам не нужно брать на себя ответственность за любое ваше поведение (потому что «другие люди» всегда несут ответственность), но также предотвращает переживание неприятных эмоций, таких как вина и гнев, и в то же время заставляет вас чувствовать «О которых заботятся» другие.

Игра жертвой также часто используется жестокими людьми и / или социопатами, которые используют эту роль, чтобы держать своих близких на привязи. Например, нарциссический человек может постоянно подавлять своего партнера, а затем зацикливаться на одном моменте, когда его партнер щелкнул и назвал его «монстром», создавая впечатление, будто он на самом деле является «жертвой насилия». Или человек, совершающий физическое насилие, может использовать предлог, что ему «всегда приходится мириться с другим человеком», как повод для избиения своего партнера.

Как мы видим, отношение «бедный я» может использоваться с обеих сторон человеческого спектра: как с кажущимися «нормальными» людьми, так и с более экстремальными и дисфункциональными психопатическими людьми. Например, в созависимых отношениях самовиктимизация может использоваться инициатором и обидчиком, а иногда и теми и другими одновременно в своего рода борьбе за власть.

Не существует одного «типа» человека, который подходил бы для роли жертвы, поэтому неправильно говорить, что только нарциссисты или социопаты принимают на себя эту роль.Я лично видел, как все люди играют эту роль: от милых старых бабушек до подростков, матерей, отцов, профессионалов и даже «духовно пробужденных» людей.

23 Признаки менталитета жертвы

Вы или кто-то, кого вы любите, играете жертву? Вот некоторые общие признаки, на которые следует обратить внимание:

  • Вы постоянно обвиняете других людей или ситуации в том, что вы чувствуете себя несчастным
  • Вы обладаете философией «жизнь против меня»
  • Вы циничны или пессимистичны
  • Вы видите свои проблемы как катастрофы и раздуваете их
  • Вы думаете, что другие намеренно пытаются причинить вам вред.
  • Вы считаете, что подвергаетесь жестокому обращению только с вами. жаловаться на
  • Вы отказываетесь рассматривать другие точки зрения, когда говорите о своих проблемах
  • Вы чувствуете себя бессильным и неспособным эффективно справиться с проблемой или жизнью в целом
  • Вы чувствуете нападение, когда вас критикуют конструктивно
  • Вы верите себе ‘ Вы не несете ответственности за то, что происходит в вашей жизни (другие несут ответственность)
  • Вы считаете, что всем «лучше», чем вам
  • Кажется, вам нравится жалеть себя
  • Вы привлекаете таких же людей, как вы (которые жалуются, обвиняют и чувствуют себя жертвами жизни)
  • Вы верите, что мир — это страшное, в основном плохое место
  • Вам нравится делиться своими трагическими историями с другими людьми
  • У вас есть привычка обвинять, нападать и обвинять тех, кого вы любите, за то, как вы себя чувствуете
  • Вы чувствуете себя бессильным изменить свои обстоятельства
  • Вы ожидаете получить сочувствие от других, а когда вы этого не понимаете , вы расстроены
  • Вы отказываетесь анализировать себя или улучшать свою жизнь
  • Вы склонны «на равных», когда дело доходит до обмена травмирующим опытом
  • Вы постоянно унижаете себя

Как мы видим, постоянное ощущение себя жертвой глубоко разрушительно как внутри, так и снаружи.

Как перестать быть жертвой

Если вы читаете эту статью, потому что подозреваете, что цепляетесь за менталитет жертвы, вот несколько советов, которые помогут вам выйти из этой токсичной роли:

1. Начните заменять «вы» на «I»

Например, вместо того, чтобы сказать «ты меня так злишь», вы можете заменить это утверждение на «Я так злюсь, когда слышу, как ты это говоришь». Этот простой прием поможет вам научиться брать на себя большую ответственность за свое счастье.

2. Считайте себя выжившим

Жертва спорит с жизнью, выживший обнимает ее. Жертва живет в прошлом, оставшийся в живых живет в настоящем. Жертва считает себя беспомощной, а оставшийся в живых возвращает себе контроль над своей жизнью. Хотя менталитет жертвы вызывает привыкание, менталитет выжившего дает гораздо больше возможностей в долгосрочной перспективе. Как только вы начнете воспринимать себя как выжившего, вы начнете лучше относиться к жизни и будете привлекать других людей по правильным причинам.Слушать выжившего намного освежает и вдохновляет, чем слушать, как жертва погружается в жалость к себе.

3. Будьте добры и сострадательны к себе

Другими словами, будьте осторожны, чтобы не стать жертвой стать жертвой! Эту роль вы не выбираете: вы развили ее в результате детских обстоятельств. Будьте нежны с собой и проявляйте любовь к себе. Изучите свои основные раны и основные убеждения, которые усугубляют вашу личность жертвы, и замените ненависть к себе самосостраданием.Если вы изо всех сил пытаетесь преодолеть роль жертвы, попрактикуйтесь в уходе за собой, посоветовавшись с терапевтом. Поэкспериментируйте с такими практиками, как ведение дневника, утверждения, НЛП, КПТ и другие формы любви к себе.

4. Изучите свои ошибочные убеждения

Ошибочные убеждения вызывают тревогу, депрессию, гнев и обвинения. Многие из этих убеждений укоренились в теневой стороне нашей психики и могут быть исследованы только с помощью глубокой теневой работы. Вы, вероятно, будете ошеломлены тем, сколько типов ошибочных убеждений вы бессознательно приняли!

5.Спросите: «Какая мысль вызывает это страдание?»

Все страдания происходят из убеждений, которые не подвергаются сомнению и не исследуются в нашем сознании. Когда мы привязываемся к этим мыслям, мы страдаем. Помните, что вам не нужно верить мыслям в своей голове: мысли — это просто колебания энергии, которым мы придаем значение. Практика медитации может помочь вам заметить преходящие мысли.

6. Практикуйте благодарность

Благодарность — это простой, но действенный способ напомнить себе, что жизнь не так несчастна, как вы думаете.Каждый день старайтесь находить десять вещей, за которые вы благодарны. Вы можете вести дневник благодарности, в который вы записываете эти десять вещей или просто называете их мысленно. Постарайтесь почувствовать искреннюю благодарность за то, что у вас есть все это.

Узнайте больше о ведении журнала.

7. Подтвердите личную ответственность

Начните замечать все способы обхода ответственности. Будьте безжалостно честными и исследуйте, как получение сочувствия со стороны других заставляет вас чувствовать себя особенным и продолжает цикл показывать пальцем на других.Вы можете использовать такие утверждения, как «Я несу ответственность за свою жизнь» или «Я уполномочен создавать изменения», чтобы помочь вам перепрограммировать эту бессознательную потребность играть роль жертвы. Вы также можете сделать что-то, что укрепит вашу уверенность и на самом деле покажет вам, что вы способны… или поразмышляйте над чем-то в прошлом, с чем вы успешно справились.

8. Сделайте доброе дело для другого

Когда мы играем жертву, мы, как правило, сосредоточены исключительно на себе. Выберитесь из головы, сделав что-нибудь хорошее для другого человека, которого вы любите.Осознание того, что вы можете чувствовать себя хорошо, не манипулируя другим человеком, — важный способ избавиться от зависимости от самопожертвования.

Как справиться с комплексом жертвы в

Другие человек

Мы все встречали людей, которые постоянно хандрили и жалуются на свою жизнь.

Эти люди, кажется, верят, что мир против них, и им почти нравится чувствовать себя несчастными. В области психологии таких людей называют людьми, страдающими комплексом жертвы; тип невроза, который вращается вокруг получения жалости от других людей.

Что такое комплекс жертвы?

Комплекс жертвы — это образ мышления, который развивается в течение жизни и запускается, главным образом, в результате обусловленности в детстве. Люди, страдающие комплексом жертвы, постоянно считают себя жертвами других людей или обстоятельств. Это искаженное самовосприятие приводит к желанию получить привязанность и внимание других людей, одновременно избегая ответственности и обвинений.

В чем разница между менталитетом жертвы и

комплексом жертвы ?

Они оба звучат так похоже… так в чем же на самом деле разница?

Хотя и то, и другое может (и действительно) пересекаться, менталитет жертвы — более распространенная проблема.Большинство людей в тот или иной момент в течение жизни борются с менталитетом жертвы. Комплекс жертвы , а с другой стороны, — это коварный и глубоко укоренившийся поведенческий паттерн, который определяет весь взгляд на жизнь человека. В отличие от менталитета жертвы (который обычно бывает недолговечным), комплекс жертвы может определять жизнь человека на годы, даже на всю жизнь.

Другими словами, комплекс жертвы гораздо более серьезен и патологичен, чем менталитет жертвы.

14 Признаков комплекса жертвы

Люди, страдающие комплексом жертвы, будут демонстрировать большой процент следующих симптомов:

  • Они будут постоянно унижать себя
  • Они будут обвинять других людей или ситуации в том, что они чувствуют себя несчастными
  • Они откажутся анализировать себя, чтобы чувствовать себя лучше в жизни
  • У них есть философия «жизнь против меня»
  • Они чувствуют себя бессильными или беспомощными, чтобы изменить свои обстоятельства
  • Они думают, что другие намеренно пытаются причинить им вред
  • Им нравится делиться своими трагическими историями с другими
  • Даже когда дела идут хорошо, они все равно находят, на что жаловаться
  • Они считают, что мир — в основном плохое и опасное место
  • Они расстраиваются и реагируют на конструктивную критику
  • Они считают, что всем «лучше», чем им
  • Они склонны обвинять, нападать и обвинять тех, кого они любят, за то, как они чувствовать
  • Они видят свои проблемы как катастрофу и раздувают их
  • Они не берут на себя ответственность за т наследник счастья

Я понимаю, насколько неприятно жить с самопровозглашенной жертвой, работать с ней или просто находиться рядом с ней.Я имел дело со своей справедливой долей тех, кто борется с комплексами жертвы, но здесь важно помнить, что эти люди на самом деле страдают в результате своего мышления. Эти люди искренне верят, что они беспомощны и находятся во власти других людей и жизни. Эта выученная беспомощность не развивается как способ манипулирования вами (хотя ее можно использовать таким образом), она возникла в результате жестокого обращения с вами в раннем детстве. Поэтому важно, чтобы мы проявляли сострадание к людям в нашей жизни, страдающим от комплексов жертвы, не допуская, конечно, их искаженного самовосприятия.

Как поступать с самопровозглашенными жертвами

Итак, вопрос теперь в том, как вы можете справиться с жертвами, не причинив им вреда?

Справиться с теми, кто борется с комплексом жертвы, может быть непросто, особенно потому, что прямая конфронтация только усиливает их чувство преследования. Вот несколько советов, которые могут вам помочь:

1. Не поддавайтесь их чувствам

Помните, что жертвы бессознательно ищут внимания и признания.Однако, когда вы даете им то, чего они хотят, вы эмоционально запутаетесь в них, что плохо как для вас, так и для них. Старайтесь быть пассивным слушателем, не вовлекая себя активно в их вечеринку жалости. Помните, что они будут обращаться к вам за сочувствием как к способу укрепить свой менталитет жертвы, но не проявляйте к ним сочувствие. Просто оставайтесь нейтральными, если вы не решите практиковать пункт 3 (ниже).

2. Сделайте это своей проблемой

Люди, страдающие комплексом жертв, всегда найдут способ возложить вину и ответственность на другого человека, чтобы не брать на себя ответственность.Они также будут пытаться убедить вас согласиться с ними, чтобы укрепить их чувство «правоты». Вместо того, чтобы соглашаться, выразите, насколько вы уверены в их способности справиться с ситуацией в зрелом возрасте.

3. Искренне согласен

В этой практике используется немного обратной психологии: полностью согласитесь с их сопротивлением, чтобы полностью раздуть проблему. Поэтому, если жертва говорит, насколько ужасна ее жизнь в данный момент, согласитесь с ней: жизнь для нее действительно ужасна и ужасна.Эта тактика может заставить жертву изменить свою мелодию, говоря: «Ну, я думаю, жизнь не , а плохо…»

4. Не давать советов

Истина в том, что жертвы не хотят решать свои проблемы, потому что это подорвет их чувство жертвы! Поэтому давать им советы равносильно разговору со стеной: вы зря затаиваете дыхание. Когда жертвы обращаются за «советом и советом», то на самом деле они хотят свидетельства того, что вам не все равно. Вот что печально о жертвах: они путают жалость с любовью.


Old Souls: Mystics and Sages, электронная книга:

Вы одиноки, вдумчивы и интуитивны? Вы всегда чувствовали себя чужаком на этой планете? Если это так, вы можете быть Старой Душой — и вы не одиноки. Узнайте больше о своих редких подарках!

Попробуйте применить эти советы на практике, и вы обнаружите, что жертва либо начинает брать на себя ответственность за свою жизнь, либо ищет сочувствия в другом месте. В любом случае вам больше не придется быть «жертвой».

Наконец, не забывайте, что комплекс жертвы — это форма психического заболевания.Сохраняйте открытое и сострадательное сердце, но не помогайте.

***

Менталитет жертвы и комплекс жертвы — это поистине коварные и разрушительные формы поведения: они портят дружбу, разрушают отношения и разрушают вашу самооценку. Но, применяя советы из этой статьи, мы надеемся, что вы почувствуете вдохновение и силу, а не будете жертвой того, что с вами происходит.

Вы боретесь с менталитетом жертвы? Или, возможно, у вас есть любимый человек или коллега, который страдает комплексом жертвы.Не стесняйтесь поделиться и высказаться ниже!

Изучение взаимосвязи между стилем привязанности взрослого и идентифицируемым эффектом жертвы при оказании помощи некоторая информация известна как опознаваемый эффект жертвы. Результаты трех исследований, в которых стили диспозиционной привязанности измерялись (исследование 1) и активировались в ходе манипуляции с праймингом между субъектами (исследования 2 и 3), предполагают, что интенсивность этого феномена связана со стилем привязанности взрослого потенциального помощника.В частности, мы обнаружили, что люди, находящиеся под защитой, оказывают одинаковую помощь идентифицированным и неопознанным жертвам. Избегание привязанности связано с меньшими пожертвованиями обоим типам жертв. Наконец, самый большой разрыв между пожертвованиями идентифицированным и неопознанным жертвам был обнаружен среди тревожных людей, которые, как правило, жертвуют относительно большие суммы идентифицированным жертвам и меньшие суммы неопознанным. Более того, люди, находящиеся под воздействием прайминга привязанности-тревожности, склонны воспринимать меньшее сходство и связь между собой и неопознанными жертвами, в отличие от идентифицированных жертв, — тенденция, которая может лежать в основе эффекта идентифицируемости.

Основные моменты

► Опознаваемый эффект жертвы связан со стилем привязанности взрослого воспринимающего. ► Надежные люди предоставляют идентичный уровень помощи идентифицированным и неопознанным жертвам. ► Избегание привязанности связано с меньшими пожертвованиями обоим типам жертв. ► Тревожные люди, как правило, жертвуют относительно большие суммы идентифицированным жертвам. ► Тревожные люди, как правило, жертвуют неопознанным жертвам относительно небольшие суммы.

Ключевые слова

Опознаваемый эффект жертвы

Поведение помощи

Стиль привязанности взрослого

Сходство с другими людьми

Рекомендуемые статьиЦитирующие статьи (0)

Полный текст

Copyright © 2013 Elsevier Inc.Все права защищены.

Рекомендуемые статьи

Цитирование статей

Факторы раннего риска стать хулиганом, жертвой или хулиганом / жертвой в начальной и начальной средней школе. Продольное исследование TRAILS | BMC Public Health

  • 1.

    Kumpulainen K, Rasanen E: Дети, вовлеченные в издевательства в младшем школьном возрасте: их психиатрические симптомы и отклонения в подростковом возрасте. Эпидемиологический образец. Жестокое обращение с детьми Negl. 2000, 24 (12): 1567-1577. 10.1016 / S0145-2134 (00) 00210-6.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 2.

    Wolke D, Woods S, Stanford K, Schulz H: Издевательства и преследования детей младшего школьного возраста в Англии и Германии: распространенность и школьные факторы. Британский журнал психологии. 2001, 92 (4): 673.-10.1348 / 000712601162419.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 3.

    Винстра Р., Линденберг С., Олдехинкель А.Дж., Де Винтер А.Ф., Ферхульст Ф.К., Ормель Дж .: Издевательства и виктимизация в начальных школах: сравнение хулиганов, жертв, хулиганов / жертв и не вовлеченных подростков.Dev Psychol. 2005, 41 (4): 672-682.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 4.

    Перрен С., Альсакер Ф.Д .: Социальное поведение и отношения со сверстниками жертв, хулиганов-жертв и хулиганов в детском саду. J Детская психическая психиатрия. 2006, 47 (1): 45-57. 10.1111 / j.1469-7610.2005.01445.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 5.

    Феккес М., Пиджперс Ф.И., Верлоув-Ванхорик С.П .: Запугивание и ассоциации с психосоматическими жалобами и депрессией у жертв.J Pediatr. 2004, 144 (1): 17-22. 10.1016 / j.jpeds.2003.09.025.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 6.

    Шварц Д., Макфадьен-Кетчум С., Додж К.А., Петтит Г.С., Бейтс Дж. Э .: Проблемы раннего поведения как предиктор последующей виктимизации группы сверстников: модераторы и посредники на путях социального риска. J Abnorm Child Psychol. 1999, 27 (3): 191-201. 10.1023 / А: 1021948206165.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 7.

    Болл Х.А., Арсено Л., Тейлор А., Моган Б., Каспи А., Моффит Т.Э .: Влияние генетики и окружающей среды на жертв, хулиганов и хулиганов-жертв в детстве. J Детская психическая психиатрия. 2008, 49 (1): 104-112. 10.1111 / j.1469-7610.2007.01821.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 8.

    Сурандер А., Хелстела Л., Хелениус Х, Пиха Дж .: Сохранение издевательств с детства до подросткового возраста — продольное 8-летнее последующее исследование.Жестокое обращение с детьми Negl. 2000, 24 (7): 873-881. 10.1016 / S0145-2134 (00) 00146-0.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 9.

    Боуз Л., Арсено Л., Моган Б., Тейлор А., Каспи А., Моффит Т.Э .: Факторы школы, района и семьи связаны с вовлечением детей в издевательства: национально репрезентативное лонгитюдное исследование. J Am Acad Детская подростковая психиатрия. 2009, 48 (5): 545-553. 10.1097 / CHI.0b013e31819cb017.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 10.

    Piek J, Baynam G, Barrett N: Взаимосвязь между мелкой и крупной моторикой, самовосприятием и самооценкой у детей и подростков. Наука человеческого движения. 2006, 25 (1): 65-75. 10.1016 / j.humov.2005.10.011.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 11.

    Расмуссен П., Гиллберг К. Естественный исход СДВГ с нарушением координации развития в возрасте 22 лет: контролируемое, продольное исследование на уровне сообщества.J Am Acad Child Psy. 2000, 39 (11): 1424-1431. 10.1097 / 00004583-200011000-00017.

    CAS Статья Google ученый

  • 12.

    Скиннер Р., Пик Дж .: Психосоциальные последствия плохой координации движений у детей и подростков. Hum Movement Sci. 2001, 20 (1-2): 73-94. 10.1016 / S0167-9457 (01) 00029-Х.

    CAS Статья Google ученый

  • 13.

    Сигурдссон Э., ван Ос Дж., Фомбонн Э .: Являются ли нарушенные в детстве двигательные навыки фактором риска подростковой тревожности? Результаты исследования U.K. Когорта рождения и национальное исследование развития ребенка. Am J Psychiat. 2002, 159 (6): 1044-1046. 10.1176 / appi.ajp.159.6.1044.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 14.

    Яблонска Б., Линдберг Л.: Рискованное поведение, виктимизация и психические расстройства среди подростков в различных семейных структурах. Социальная психиатрия Psychiatr Epidemiol. 2007, 42: 656-663. 10.1007 / s00127-007-0210-3.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 15.

    Сприггс А.Л., Яннотти Р.Дж., Нансель Т.Р., Хейни Д.Л.: Вовлечение подростков в издевательства и восприятие семейных, сверстников и школьных отношений: общие черты и различия между расой и этнической принадлежностью. J Здоровье подростков. 2007, 41 (3): 283-293. 10.1016 / j.jadohealth.2007.04.009.

    Артикул Google ученый

  • 16.

    Шварц Д., Додж К.А., Петтит Г.С., Бейтс Дж. Э .: Ранняя социализация агрессивных жертв издевательств. Child Dev. 1997, 68 (4): 665-675.10.2307 / 1132117.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 17.

    De Winter AF, Oldehinkel AJ, Veenstra R, Brunnekreef JA, Verhulst FC, Ormel J: Оценка систематической ошибки отсутствия ответов в детерминантах психического здоровья и исходах в большой выборке детей младшего возраста. Eur J Epidemiol. 2005, 20 (2): 173-181. 10.1007 / s10654-004-4948-6.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 18.

    Achenbach TM: Руководство по форме отчета учителя и профиля 1991 года. 1991, Берлингтон: Вермонтский университет

    Google ученый

  • 19.

    Коэн Дж .: Статистический анализ мощности для поведенческих наук. 1992, Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум

    Google ученый

  • 20.

    Брэнсон К.Э., Корнелл Д.Г.: Сравнение самоотчетов и отчетов сверстников при оценке издевательств в средней школе.Журнал прикладной школьной психологии. 2009, 25 (1): 5-27. 10.1080 / 15377

  • 2484133.

    Артикул Google ученый

  • 21.

    Эмонд А., Ормель Дж., Винстра Р., Олдехинкель А. Дошкольные поведенческие и социально-когнитивные проблемы как предикторы разрушительного поведения (до) подросткового возраста. Детская психиатрия Hum Dev. 2007, 38 (3): 221-236. 10.1007 / s10578-007-0058-5.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 22.

    Ganzeboom HBG, Treiman DJ: Международные сопоставимые показатели профессионального статуса для Международной стандартной классификации занятий 1988 года. Soc Sci Res. 1996, 25 (3): 201-239. 10.1006 / ssre.1996.0010.

    Артикул Google ученый

  • 23.

    Ормель Дж., Олдехинкель А.Дж., Фердинанд Р.Ф., Хартман К.А., Де Винтер А.Ф., Венстра Р., Воллеберг В., Миндераа Р.Б., Буйтелаар Дж.К., Ферхюльст Ф.К .: Интернализация и экстернализация проблем в подростковом возрасте: общие и размерно-зависимые эффекты семейных нагрузок и черт подросткового темперамента.Psychol Med. 2005, 35 (12): 1825-1835. 10.1017 / S0033291705005829.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 24.

    Long J: модели регрессии для категориальных и ограниченно зависимых переменных. 1997, Thousand Oaks и т. Д .: Sage

    Google ученый

  • 25.

    Борооа В: Логит и пробит. Упорядоченные и полиномиальные модели. 2001, Таузенд-Оукс и др .: Sage

    Google ученый

  • 26.

    Ляо Т.: Интерпретация вероятностных моделей. Логит, пробит и другие обобщенные линейные модели. 1993, Таузенд-Оукс и т.д .: Sage

    Google ученый

  • 27.

    Ольвеус Д: Издевательства в школе: что мы знаем и что можем сделать. 1993, Оксфорд: Блэквелл

    Google ученый

  • 28.

    Ким Ю.С., Бойс В.Т., Кох Й.Дж., Левенталь Б.Л.: Временные тенденции, траектории и демографические предикторы издевательств: перспективное исследование корейских подростков.Журнал здоровья подростков. 2009, 45 (4): 360-367. 10.1016 / j.jadohealth.2009.02.005.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 29.

    Камодека М., Гуссенс Ф.А.: Агрессия, социальное познание, гнев и печаль у хулиганов и жертв. J Детская психическая психиатрия. 2005, 46 (2): 186-197. 10.1111 / j.1469-7610.2004.00347.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 30.

    Баркер Э.Д., Бойвин М., Брендген М., Фонтен Н., Арсено Л., Витаро Ф., Биссоннетт С., Тремблей Р.Э .: Прогностическая валидность и ранние предикторы траекторий взаимной виктимизации в дошкольном возрасте. Arch Gen Psychiatry. 2008, 65 (10): 1185-1192. 10.1001 / archpsyc.65.10.1185.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 31.

    Вольке Д., Вудс С., Блумфилд Л., Карштадт Л.: Запугивание в начальной школе и общие проблемы со здоровьем.Arch Dis Child. 2001, 85 (3): 197-201. 10.1136 / adc.85.3.197.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 32.

    Cummins A, Piek JP, Dyck MJ: Двигательная координация, сочувствие и социальное поведение у детей школьного возраста. Dev Med Child Neurol. 2005, 47 (7): 437-442. 10.1017 / S001216220500085X.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 33.

    Kanioglou A, Tsorbatzoudis H, Barkoukis V: Социализация и поведенческие проблемы учеников начальной школы с нарушением координации развития. Навыки восприятия моторики. 2005, 101 (1): 163-173. 10.2466 / pms.101.1.163-173.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 34.

    Силс Д, Янг Дж: Издевательства и преследования: Распространенность и отношение к полу, уровню обучения, этнической принадлежности, самооценке и депрессии. Подростковый возраст.2003, 38 (152): 735-747.

    PubMed Google ученый

  • 35.

    Дьюи Д., Каплан Б., Кроуфорд С., Уилсон Б.: Расстройство координации развития: связанные проблемы с вниманием, обучением и психосоциальной адаптацией. Наука человеческого движения. 2002, 21 (5-6): 905-918. 10.1016 / S0167-9457 (02) 00163-Х.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 36.

    Чейз М.А., барабанщик GM: Роль спорта как детерминанта социального статуса детей.Исследования для тренировок и спорта. 1992, 63: 418-424.

    CAS Статья Google ученый

  • 37.

    Dijkstra JK, Lindenberg S, Verhulst FC, Ormel J, Veenstra R: Связь между популярностью и агрессивным, деструктивным и нарушающим нормы поведением: смягчающие эффекты спортивных способностей, физической привлекательности и социальной активности. J Res Adolesc. 2009, 19 (3): 401-413. 10.1111 / j.1532-7795.2009.00594.x.

    Артикул Google ученый

  • 38.

    Лейнонен Дж. А., Солантаус Т. С., Пунамаки Р. Л.: Психическое здоровье родителей и приспособление детей: качество супружеского взаимодействия и воспитание детей как опосредующие факторы. J Детская психическая психиатрия. 2003, 44 (0021-9630; 2): 227-241.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 39.

    Дельгадо-Родригес М: Вспомните систематическую ошибку в исследовании случай-контроль низкой массы тела при рождении. J Clin Epidemiol. 1995, 48: 1133-1140. 10.1016 / 0895-4356 (94) 00241-Н.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 40.

    Rice F, Lewis A, Harold G, van den BM, Boivin J, Hay DF, et al: Соглашение между материнским отчетом и дородовыми записями для ряда дородовых и перинатальных факторов: влияние характеристик матери и ребенка. Early Hum Dev. 2007, 83: 497-504. 10.1016 / j.earlhumdev.2006.09.015.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 41.

    Зевок Б.П., Суман В.Дж., Якобсен С.Дж .: Материнское воспоминание о событиях отдаленной беременности. J Clin Epidemiol.1998, 51 (0895-4356; 5): 399-405.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 42.

    Visser J: Расстройство координации развития: обзор исследований подтипов и сопутствующих заболеваний. Hum Movement Sci. 2003, 22 (4-5): 479-493. 10.1016 / j.humov.2003.09.005.

    CAS Статья Google ученый

  • Как подойти к жертве

    Как поговорить с жертвой домашнего насилия

    Предложите поддержку

    Будьте рядом, если она / она хочет поговорить или поделиться своими чувствами.Не давите на них, но дайте им знать, что вы рядом, если вы ей / ей понадобитесь.

    Слушай и верь

    Слушай их историю, не осуждая ее / его действия. Прислушивайтесь к отрицанию или минимизации опасности. Сосредоточьте внимание на конкретном поведении партнера, которое кажется оскорбительным, контролирующим или насильственным. Назовите оскорбительное поведение, не избивая обидчика. Пример: «Никогда не позволять тратить свои деньги без согласия партнера — звучит так, будто вы находитесь под контролем. Как вам это кажется?» Или: «Называть кого-то, чтобы его обидеть, или говорить, что ты глуп или никчемный, — это эмоционально оскорбительно.»

    Поймите

    Уважайте его / его страхи, давление и потребности, которые он / она определяет. Признайте, что они могут любить своего партнера или чувствовать себя преданными ему.

    Предоставьте информацию

    Найдите время, чтобы узнать о домашнем насилии и о том, где он / она может обратиться за помощью. Может быть, порекомендуйте материалы для чтения, группы поддержки и номер кризисной линии.

    Сосредоточьтесь на безопасности

    Спросите, есть ли у нее / нее план безопасности. Защитники кризисной линии или программы убежища могут помочь им определить варианты безопасности и планирование.

    Будьте терпеливы

    Помните, что уход — это процесс. Прекращение отношений требует времени, а прекращение отношений, в которых присутствует контролирующее поведение, — еще дольше.

    Принятие

    Уважайте ее / ее в отношениях. Не критикуйте их выбор. Позвольте ей / ему принимать решения, если они готовы и могут это сделать.

    Позаботьтесь о себе

    Поймите, что будет болезненно наблюдать, как он / она проходит через свой собственный процесс борьбы с домашним насилием.Поддерживать любимого человека — это страшно, утомительно и неприятно. Найдите время, чтобы осознать влияние на себя. Позвоните в службу экстренной помощи в связи с насилием в семье, чтобы получить поддержку в связи с вашим опытом.

    Обратитесь за помощью

    Помните, что критика действий жертвы становится для обидчика оружием в попытках настроить жертву против ее / его систем поддержки.

    Добавить комментарий